когда я коснулась висков Эйвинда. Чжао Ин положил свои ладони поверх моих, и я почувствовала, как сила бессмертного переплетается с моей.
— Там, где должно быть ядро — пустота, — тихо отметил небожитель.
— Отсутствие там, где должно быть присутствие, — кивнула я.
Мы медленно начали плести структуру. Аврорная и божественная силы сначала создали каркас, а затем наполнили его жизнью. Когда основа была готова, огненный дух склонился над мальчиком:
— Прими дар первородного огня, великий воин, — прошептал яогуай, и в его голосе зазвучала древняя мощь.
Золотое пламя потекло с его пальцев, окутывая Эйвинда подобно кокону. Я почувствовала, как мальчик напрягся, но не от страха — от восторга. Огонь Шао был живым, тёплым, похожим на объятия любящего старшего брата.
Когда последние искры растворились, Эйвинд медленно открыл глаза. На мгновение они полыхнули тем же золотым светом, что и у Шао.
— Получилось? — мальчик запнулся, глядя на свои руки, где плясали крошечные язычки пламени. — Получилось… Огонь живой?
— Конечно живой, — фыркнул Шао, помогая ему сесть. — Это часть Шао, а Шао очень даже живой.
Я облегчённо выдохнула, только сейчас осознав, как сильно волновалась. Чжао Ин всё ещё держал свои ладони поверх моих, и его пальцы чуть сжались, привлекая внимание.
— Вы удивительны, — произнёс он тихо. — Использовать силу с такой точностью…
Я отстранилась, не зная, как реагировать на похвалу. Его слова заставили меня почувствовать себя неловко. Будто я — какой-то экспонат, выставленный на всеобщее обозрение.
— Небожитель впечатлён? — протянул Шао с явной насмешкой. — Или, может быть…
— Эйвинд, — перебила я яогуая, зная его любовь к необоснованным провокациям. — Как ты себя чувствуешь?
— Замечательно! — выдохнул мальчик, всё ещё зачарованно глядя на огоньки на своих ладонях. — Завораживает…
Когда мы вернулись в таверну через портал, созданный Чжао Ином, Эйвинд всё ещё неверяще смотрел на крошечные язычки пламени, танцующие на кончиках его пальцев.
— Теперь малыш понимает, почему Шао так любит играть с огнём, — довольно улыбнулся огненный дух, обнажив острые клыки.
— Только не вздумайте устраивать пожары в таверне, — предупредила я, заметив, как загорелись энтузиазмом глаза мальчишки.
— Эйвинд, — Харальд привлёк внимание брата, положив руку ему на плечо. — Пойдём, я покажу тебе, какие артефакты привезли с собой дворфы. Там есть очень интересные механизмы.
Эйвинд радостно кивнул и поспешил следом за годи в таверну.
— Маленькая хозяйка такая строгая, — промурлыкал Шао, привычно пристраивая подбородок мне на макушку и сцепляя объятия. — Но Шао знает: она волнуется. И правильно волнуется, — добавил он еле слышно. — Некоторым древним стоит помнить, что не всякий огонь можно приручить.
— Конечно, волнуюсь! — возмутилась я. — После твоего последнего веселья три занавески сгорели.
— Всего три? — усмехнулся яогуай. — Шао становится аккуратнее.
Бессмертный улыбнулся, наблюдая за нашей перепалкой.
— Возможно, — произнёс он, делая шаг ближе. — Вам стоит быть немного осторожнее с огнём, Вивека.
— Небожитель думает, что огонь может навредить маленькой хозяйке? — голос Шао стал низким, почти урчащим. — Или его беспокоит что-то другое? — протянул он с явной насмешкой, но вдруг замер, словно прислушиваясь к чему-то. — В таверну прибыли новые гости, — оживился яогуай, отстраняясь от меня. — Шао должен поприветствовать прекрасных альвов! — огненный дух скользнул к дверям, но остановился и обернулся. — Маленькая хозяйка точно в порядке? — в его золотых глазах мелькнуло беспокойство. — Нужно приготовить особый чай, — пробормотал он и шагнул ко мне, чтобы поддержать.
— Всё в порядке, — отмахнулась я. — Просто немного устала. Лучше пойди встреть гостей.
Шао колебался, бросая тревожные взгляды то на меня, то на Чжао Ина.
— Шао быстро, — наконец произнёс он, словно оправдываясь. — Но если маленькая хозяйка позовёт, Шао сразу прилетит.
С этими словами он, наконец, отступил и исчез за дверью, оставив меня наедине с небожителем.
— Надеюсь, он там ничего не, — начала я, но тут же покачнулась. Усталость накатила внезапно, как волна.
— Вам нужно отдохнуть, — Чжао Ин мгновенно оказался рядом, поддерживая меня за локоть.
— Я в порядке, — упрямо мотнула головой, хотя перед глазами всё плыло.
— Конечно, — в его голосе появились снисходительные нотки. — Но, может быть, позволите проводить вас? На всякий случай.
Чжао Ин предложил мне руку, и, помешкав, я приняла её, признавая, что помощь мне действительно необходима. Когда мы подошли к моей комнате, я попыталась отстраниться, но Чжао Ин удержал меня.
— Знаете, — произнёс он. — Вы удивительно хорошо справляетесь с ролью хозяйки таверны.
— Это не моя заслуга, — пробормотала я, чувствуя нарастающую неловкость. — У меня отличные помощники. И сама таверна…
— Вы же понимаете, что таверна ожила благодаря вашей силе?
— Благодарю за помощь, — я вежливо улыбнулась, желая поскорее завершить этот странный разговор. — С Эйвиндом. И… за всё остальное.
— Всегда рад быть полезным, — он наклонился ко мне. — Особенно для вас.
* * *
— Я очень ценю вашу помощь, — я освободила руку и сделала шаг назад, сохраняя вежливую улыбку. — Ритуал был сложным, и, думаю, вам тоже не помешает отдых.
Я направилась к двери своей комнаты, чувствуя нарастающие усталость и раздражение. Подойдя к ней, я остановилась и уважительно поклонилась Чжао Ину.
— Ещё раз благодарю за всё, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно.
После этого я, не дожидаясь ответа, открыла дверь и, сохраняя спокойствие, вошла под защиту своей комнаты.
Кажется, я начала понимать, почему Шао так насторожен к бессмертному. С каждым разом он вёл себя всё более странно, словно ему дозволено нечто большее. Почему его «исследования» стали такими фамильярными? Получается, что Шао прав? Или из-за намёков яогуая я вижу то, чего на самом деле нет? Не нравятся мне эти взгляды, прикосновения, слова. Казалось бы, ничего особенного. Хокон под воздействием Фрейи действовал куда настойчивее… Если бы можно было спрятаться в комнате и переждать сто лет, пока Хокон не вернётся.
Но прятаться я больше не собиралась, поэтому к вечеру, когда головная боль от напряжения после ритуала наконец отступила, я спустилась в общий зал.
В таверне было необычно оживлённо — скальды настраивали инструменты, а за столами уже собралась разношёрстная компания постояльцев. Даже Чендлер покинул своё
