что-то не верится мне. Не станет Шебота давать поручений такой красавице.
— Разве ты меня знаешь?
— Ты сестра Каолина, красавица Насена.
— Так почему же ты мне не веришь? Сестра Каолина не станет лгать. Почему ты думаешь, что я тебя обманываю?
— Иногда красавицы-то и обманывают! — вздохнул невольник, словно вспомнив что-то давно пережитое. — Я не верю тебе, хотя ты и красива, хотя ты и сестра Каолина.
— Посмотри на это и ты поверишь.
Насена показала ему страшное ожерелье колдуньи.
— Это дала мне Шебота, в доказательство того, что она позволила, даже приказала мне переговорить с пленницей.
При виде отвратительного ожерелья колдуньи недоверие стража исчезло. Он знал, как Шебота дорожила этим ожерельем, как ревниво оберегала его, давая лишь в крайних случаях. Невольник не спросил, зачем она дала его Насене, и только кивнув на дверь головой, сказал:
— Иди!
54. СПАСИТЕЛЬНИЦА
Франческа достаточно понимала язык това, чтобы догадаться по разговору Насены с тюремщиком, что девушка хочет переговорить с ней. Ее удивило, что Насена пришла так поздно ночью, и она не могла догадаться, по какому поводу. Она несколько раз видела Насену, но никогда с ней не разговаривала. Сестра Каолина явно избегала ее и никогда не приходила в дом Гальбергера. Когда они встречались, Франческе всегда казалось, что Насена недружелюбно смотрит на нее. Между тем девушке никогда и в голову не приходило обидеть чем-нибудь сестру Каолина, который был так дружен с ее братом. Вспомнив сердитые взгляды, какими награждала ее Насена, Франческа не ждала ничего хорошего от ее посещения.
Тем более удивилась она, когда не увидела на лице вошедшей никакого враждебного выражения. Напротив, Насена ласково и покровительственно улыбнулась пленнице. Действительно, ревности Насены как не бывало, когда она увидела свою соперницу такой беспомощной, такой жалкой. Мысль, что она избавится от нее навсегда, тоже радовала ее.
— Хочешь быть свободной? — прямо спросила она, и в голосе ее прозвучало желание освободить пленницу.
— Зачем ты спрашиваешь? — недоверчиво взглянула на нее Франческа.
— Потому что Насена может дать тебе свободу, если ты хочешь.
— Хочу ли? — воскликнула девушка. — Ты смеешься надо мной! Конечно, хочу. Но как ты освободишь меня?
— Насена возвратит тебя твоим бледнолицым.
— Они далеко отсюда. Разве ты отвезешь меня к ним?
— Нет. Но ты ошибаешься. Твои друзья близко. Они ждут тебя.
На мгновение глаза пленницы засветились давно потухшим огоньком надежды. Но недоверие снова овладело ею.
— О ком ты говоришь, Насена? — спросила она.
— О твоем брате, бледнолицем юноше, о твоем двоюродным брате и гаучо, который привел их сюда. Все трое ждут тебя недалеко от города, по ту сторону холма. Насена говорила с ними и обещала привести тебя. Белая сестра! — сказала она тоном, который не позволял усомниться в ее искренности. — Не будь так недоверчива. Насена сдержит свое слово. Она отдаст тебя твоему брату и другу, который ждет тебя с таким нетерпением.
Пленница удивленно взглянула на свою освободительницу. Неужели Насена угадала ее тайну? Каким образом?.. Ведь не выдал же ее Киприано, с которым она виделась и говорила? Франческа забыла, что индианка несколько лет жила недалеко от них и со свойственной ее расе проницательностью, хотя она и не бывала у них в доме, угадала, что между Франческой и ее кузеном существует чувство нежнее братского.
Между тем Насена стала торопить ее, снова напоминая о дорогом человеке, который ждет.
Франческа не заставила себя долго уговаривать.
— Я верю тебе, Насена, — сказала она. — Ты назвала меня своей белой сестрой. Я готова следовать за тобой всюду.
Франческа протянула Насене руку. Индианка взяла ее и уже хотела выйти за дверь, как вдруг вспомнила о стражнике. Лицо ее омрачилось. Ей пришла в голову мысль, что он помешает им бежать.
Франческа поняла ее колебания. Зная, что тюремщик может слышать их, они стали шепотом советоваться.
Насена, как более опытная, решила выйти не скрываясь, как бы с согласия Шеботы. Если он остановит их, они постараются бежать. За дверью слышались тяжелое дыхание невольника — он страдал астмой — и его шаги. Медлить было невозможно.
Держа друг дружку за руки, девушки перешагнули порог.
— Я забыла сказать тебе, — сказала Насена стражу, — что увожу ее. Шебота велела привести к ней бледнолицую пленницу.
— Ты не смеешь сделать это! — сердито закричал невольник. — Шебота убьет меня, если узнает, что я отпустил пленницу.
— Но сама Шебота приказала мне.
— Я ничего не знаю об этом.
— Ты забыл, что я тебе дала?
Насена указала на страшные четки, которые он взял от нее как залог.
— Не забыл, — сказал невольник, встряхнув ожерелье так, что зубы застучали. — Но я не могу отпустить с тобой бледнолицую девушку. Это может стоить мне жизни.
— Зачем тебе жизнь в неволе? — вдруг спросила Франческа на его родном языке.
Невольник вздрогнул, удивленно взглянул на молодую девушку и потер глаза, как будто проснулся от долгого сна.
— Что ты говоришь? — воскликнул он. — Свобода! Свобода!.. Я давно лишен ее… Я раб Шеботы… Я никогда не буду свободен.
— Можешь, если хочешь, сейчас же быть свободным.
— Хочу ли? Ты шутишь? Только покажи мне дорогу и пусть Шебота…
— Шебота тебе ничего не сделает. Слушай меня. — Франческа говорила медленно. — Мы с тобой одного племени, одной расы. За мной приехали друзья. Они близко. У тебя тоже должны быть
