друзья, там, на родине. Отчего бы тебе не вернуться к ним?
— Отчего бы не вернуться? — повторил он. — Если ты возьмешь меня с собой, я пойду.
— Я охотно возьму тебя с собой. Бежим скорее!
С этими словами Франческа взяла за руку своего недавнего тюремщика.
Удивленная таким внезапным проявлением ума у человека, которого все давно считали помешанным, Насена молча пошла вперед. Пленники последовали за ней, попросив ее указывать им путь.
55. НЕУДАЧНОЕ ПАДЕНИЕ
Когда Насена отправилась в город, гаучо и его товарищи стали готовиться в обратный путь. Они решили спуститься с холма по тропинке. Уходя, Насена обещала привести пленницу к подошве холма. На этом оканчивалась ее миссия, дальше они должны были действовать сами.
Местом встречи назначено было начало тропинки у хлопчатника. Насена хорошо знала это дерево. В детстве она играла под ним, позже отдыхала в его тени. Тропинка эта была кратчайшим путем к холму. Боялись друзья лишь одного — что Насена не приведет с собой Франческу. Только Людвиг не сомневался.
Странное дело, к его радости по поводу освобождения сестры примешивалась нотка грусти. Он знал, что Насена помогает им не из чувства дружбы. Ее заставляет действовать ревность. Она освобождает пленницу, чтобы досадить Агуаре. Но Людвиг никому не сказал о своих подозрениях. Разговаривать, впрочем, было и некогда. После ухода Насены Гаспар подал сигнал к отъезду и они засуетились около лошадей.
— Незачем нам оставаться в этом грустном месте, — сказал Гаспар, седлая коня. — Если краснокожая красавица обманет нас, мы попадемся здесь, как в западне. Нас окружат и отрежут нам отступление. Чем раньше мы выберемся отсюда, тем лучше. На равнине мы по крайней мере можем ускакать от преследователей. Скорее прочь отсюда! Досадно только, что нам придется тащить с собой Шеботу, хотя, конечно, она не тяжелая. Это просто мешок с костями.
— Неужели ты хочешь взять ее с собой, Гаспар? — удивлялся Киприано.
— А как же иначе? Если мы отпустим ее, за нами тотчас пошлют погоню. Если оставим привязанной к столбу, завтра утром в городе станут ее искать и, не доискавшись, придут сюда. А место здесь самое подходящее для старой ведьмы.
— Нельзя ли отвести ее в лес и там привязать к дереву? — спросил Киприано. — В частом кустарнике ее никто не увидит. А если замотать ей голову, как сейчас, она не сможет и кричать.
— Все это ни к чему! — отвечал Гаспар. — Как мы ее не спрячем, ее найдут. Эти краснокожие, как змеи, проползут сквозь какие угодно тернии. Кроме того, у них, как вам это самим очень хорошо известно, есть собаки с великолепным, как у гончих, чутьем. Они за полмили почуют старуху и приведут своих хозяев туда, где она спрятана.
— Да, при таких условиях, конечно, они найдут ее, — сказал Киприано.
— А если не найдут, подумайте, как это будет ужасно! — заметил Людвиг.
— Отчего ужасно? — удивился Киприано. — Тем лучше для нас, если не найдут.
— Но для нее-то каково! Привязанная к дереву Шебота должна будет умереть от голода и жажды. Как ни отвратительна колдунья, мы сами будем на лучше ее, если поступим с ней так жестоко.
— Да, сеньор Людвиг, — согласился с ним для вида гаучо, — может быть, вы и правы. Но не о чем спорить. Мы не можем привязать Шеботу к дереву и оставить ее уже потому, что тогда нам самим грозит подобная участь: нас прикрутят к дереву, как пук хворосту, и поджарят на медленном огне. Есть еще один способ избавиться от Шеботы, не увозя ее с собой.
— Какой? — спросил Киприано, видя, что гаучо не решается высказаться.
— Пристукнуть ее хорошенько или прирезать. Не дурно было бы также повесить эту негодяйку. Тогда индейцы найдут ее, но она не расскажет им, в какую сторону мы ускакали. Вижу, что сеньору Людвигу не нравится мой способ.
— Что угодно, только не это! — с ужасом воскликнул юноша.
— Тогда не остается никакого другого выхода, как взять ее с собой. Я согласен быть галантным и посажу ее на свое седло. Если вам надоест тащить ее с собой, можете бросить ее электрическим угрям, когда мы будем переправляться через реку. Пусть себе позабавятся ее косточками.
В другое время слова Гаспара, может быть, вызвали бы смех, но теперь юношам было не до веселья. Людвиг только улыбнулся, а Киприано слушал гаучо недовольно, так как думал о Франческе и ему было не до плоских шуток.
— Тащи ее скорее сюда, Гаспар! — сказал он нетерпеливо. — Нам надо спешить.
Шутки не мешали, однако, Гаспару справляться с делом. Оседлав лошадей, он пошел за Шеботой и приволок старую колдунью, фигура которой походила на тюк тряпья.
Водрузив ее на седло и приказав сидеть смирно, он сел сзади нее. Не рассчитывая везти старуху всю дорогу, Гаспар не привязал ее к седлу. Это было крайне неосмотрительно. Когда всадники стали спускаться по крутой тропинке с холма, стук подков разбудил спавших в густой листве обезьян, и они жалобно завыли. Лошади испугались непривычного крика и понесли. Больше всех испугалась лошадь Гаспара. Она взвилась на дыбы, потеряла равновесие и упала.
Когда несколько оглушенный падением Гаспар встал, он убедился, что дальше поедет один. Колдунья исчезла.
56. ГНЕВ ЖЕНЩИНЫ
Ничего удивительного в исчезновении Шеботы не было. Как только старуха ощутила под ногами почву и почувствовала, что Гаспар не держит ее, она тотчас же на четвереньках поползла в кустарник. Как затравленный собаками барсук, скрылась она в тернистых кустарниках, куда не решилась бы залезть даже собака.
