– Всё понятно, отче! Выступаем, ребята! - Суазон наконец-то поднялся и, подмигнув Эдуарду Ревенкьюлу, вышел в коридор, пропустив вперёд Эдварда Ланжера.
По пути к свите Суазона как-то сами собой пристали все гвардейцы, которых капитан встречал в казармах на пути к выходу. Воины чувствовали, что командир перешёл к решительным действиям.
Во дворе, забитом вооружёнными горожанами и убравшимися из дворца свитскими вперемешку с гвардейцами, Суазон произнёс коротенькую речь о трудных временах, мятежниках вообще и Рошфоре в частности. Причём Ланжер шёпотом добавил пару ласковых насчёт архимага алых, а потом капитан отдал приказание строить баррикады.
Те улицы, что назвал Понтифик Палаторский, змейкой проходили через весь Белый город так, что треть центра Тронгарда оказывалась в руках у гвардии. Только вот Большой Коронный дворец не входил в эту треть. Чуть позже маршал и Суазон возблагодарили богов, что Ланжер настоял именно на таком варианте.
Уже даже из казарм было видно пламя, перекинувшееся на несколько центральных улиц. Как ни странно, здание Гильдии магов даже копоть не затронула: оно гордо возвышалось над столицей, подавая пример мужества всем сторонникам...
Да уж, сторонникам! В тот момент и реджинальдисты, и фердинандисты исчезли. Остались только противники Эдмона Рошфора и Ордена.
Только минула полночь, но в Тронгарде было слишком уж светло: пламя пожаров и огненная магия озаряли улицы.
Противники Рошфора разбились на три больших отряда. Понтифик Ланжер командовал правым флангом, куда подтянулось несколько десятков воинов-жрецов. Там же расположились и горожане. В его ведении оказалась Шёлковая улица, выходившая на развалины Малого коронного дворца, а также храм Дайаны.
Реджинальд даже не посуетился отдать приказ расчистить руины, портившие некогда прекрасный вид. Зато теперь их, в случае чего, можно было использовать как укрепления. К зданиям ремесленных гильдий подтягивались вооружённые горожане. Кузнечная гильдия открыла свои погреба, так что теперь в распоряжении Эдварда Ланжера было до ста восьмидесяти латников. К сожалению, многие из них никуда не годились, а некоторых на ходу приходилось обучать владению мечом и копьём.
Левый фланг, то есть местность перед казармами и королевским дворцом, занял маршал Ревенкьюл с дворянами и тремя подошедшими сотнями гарнизона. Итого получалось чуть больше четырёх сотен. Все они прекрасно знали, как надо воевать. Баррикады здесь возвели быстрее всего, использовав стены гвардейских казарм как основу для укреплений.
Центр возглавил Людовик Суазон с гвардейцами и несколькими десятками вооружённых ремесленников. Всего шесть сотен, но баррикады здесь растянулись чуть ли не на пол-лиги. И всё из-за того, что приходилось прикрывать и подходы к Храму Онтара.
К сожалению, практически весь гарнизон был сконцентрирован в Белом городе, Чёрный защищали только городские стражники да полсотни особистов. Оттуда всем трём отрядам могла грозить опасность. Никто не знал, как можно повести себя чернь в сложившейся ситуации.
Лишь Эдвард Ланжер удерживал воинов и вооружённых горожан от атаки, понимая всю опасность отсутствия магической поддержки. К тому же Понтифик не знал, как отреагируют неизвестные воины, что держались в центральных кварталах, на наступление гвардии. Они могли как присоединиться, так и атаковать. Но тогда это явно распылило бы силы этих защитников столичного центра, и Рошфор вполне мог прорваться к линии обороны Суазона, Ланжера и маршала Ревенкьюла. Поэтому оставалось только ждать. Но совсем недолго...
Несколько горожан из соседних домов сообщили Ревенкьюлу, что во дворце слышен лязг оружия и крики, видны всполохи пламени. В общем, там шёл бой. Только вот маршал не мог понять, кого с кем: в том месте вполне могли сойтись в смертельном поединке сторонники и противники Реджинальда, поднять восстание охрана дворца или прорваться люди Рошфора.
Маршал отмёл третий вариант: во-первых, не было заметно использования магии, во-вторых, восточные подходы должны были держать эти неизвестно откуда взявшиеся воины, о которых говорил Понтифик и несколько выбравшихся оттуда гвардейцев. Как утверждал один из последних, несколько воинов окликнули его там. А когда он ответил, что является королевским гвардейцем, то пропустили его к баррикадам, да ещё и попросили сообщить, что Рошфор навсегда запомнит этот день. Как и гвардия. Ревенкьюл склонялся к тому мнению, что воины в центре - это "белый" отряд, что уничтожил здание Ордена алых магов.
Внезапно маршал увидел, как из улиц, ведущих к дворцу, начали приближаться несколько десятков воинов. Эдуард чуть не кинулся им на встречу, разглядев своего троюродного племянника Ричарда. Только вот странно, почему это он бежал к баррикадам почти в одиночестве, когда во дворце было не меньше пяти сотен воинов. Значит, охрана перебита? Или разбежалась? Или... Нет, лучше вот об этом думать.
– Помогите ему! - скомандовал маршал, и с баррикад спрыгнуло несколько свитских, вставших за спиной Ричарда, когда он взбирался к дяде.
– Ричард, мальчик мой! - маршал не был женат, его братья и кузены уже давно умерли, кое-кто погиб в войнах, и Ричард был ему ближайшим родственником. - Что случилось? Неужели Рошфор взял дворец?
– Хуже, милорд, много хуже! Гарнизон и особисты почти все переметнулись к алым магам!
– Все пятьсот? - сердце Ревенкьюла защемило.
– Все полторы тысячи: Особая охрана тоже с ними! Канцлер объявил о свержении Реджинальда и возложении регентских полномочий на плечи Рошфора! Но это слишком уж походило на фарс, даже больше, чем битва при Креси! Похоже, переворот уже давно готовился, - Ричард перевёл дыхание, усевшись на груду камней, выломанных из брусчатки. - Боюсь, что теперь столицу не удержать. Хуже будет, если только алых поддержит народ из Чёрного города.
– Не бойся, слишком уж горожане ненавидят магов. К тому же за нами стоят боги!
– Это уж точно, - с сарказмом проговорил Ричард, переводя дух.
– Именно Понтифик Палаторский предложил построить эти баррикады. - Маршал постучал по доске, выпиравшей из кучи щебня. - Он сейчас управляет правым флангом наших войск, и с ним несколько десятков жрецов Палатора. Так что у нас есть, что противопоставить алым магам!
– Да, мы ещё повоюем! - Ричард поднялся на ноги и выкрикнул эти слова в ночь, в сторону королевского дворца.
А вот маршал не особо верил в победу. Получалось, что у Рошфора сейчас не меньше двух тысяч воинов. К архимагу вполне могли подойти отряды его сторонников, или, вернее, противников и Реджинальда, и Фердинанда. Насколько знал маршал, невдалеке от Тронгарда находилось от пяти до десяти тысяч баронских дружинников. И опять же, не говоря о жителях окрестных городов и деревень...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
