– Да, мы ещё повоюем! - Ричард поднялся на ноги и выкрикнул эти слова в ночь, в сторону королевского дворца.
А вот маршал не особо верил в победу. Получалось, что у Рошфора сейчас не меньше двух тысяч воинов. К архимагу вполне могли подойти отряды его сторонников, или, вернее, противников и Реджинальда, и Фердинанда. Насколько знал маршал, невдалеке от Тронгарда находилось от пяти до десяти тысяч баронских дружинников. И опять же, не говоря о жителях окрестных городов и деревень...
Понтифик Ланжер мечтал, чтобы подобные проблемы свалились сейчас на него! Он был бы не прочь повоевать даже против сорока тысяч воинов, но только не магов. И не с тем оружием, на которое так надеялся Эдмон Рошфор.
Ближе к рассвету возле храма Дайаны, на другом конце одной из улиц, показались алые рясы, мелькавшие за рядами воинов. Как ни странно, последние медленным, но уверенным шагом пёрли прямо на баррикады, не обращая внимания на залп лучников.
– Палатор всемилостивый! Я точно видел, что стрела угодила одному прямо горло! - Ланжер достал свой меч, молясь Справедливому. Понтифик был уверен, что Палатор не оставит его в такую минуту. И он оказался прав.
Эдвард почувствовал магию, хлынувшую в него неиссякаемым потоком. Надо было только успевать её использовать. И Ланжер делал это, о, как он это делал!
Один из алых магов кинул в баррикады "огненный шар", готовясь использовать "молот земли". Но пламя, ударив в еле заметный золотистый барьер, протянувшийся через всю ширину улицы, отлетело назад к своему создателю. Ужасный крик заставил содрогнуться даже видавших виды воинов гарнизона. Но бойцы алых магов продолжали надвигаться на баррикады как ни в чём не бывало.
– Даркос, приди и защити! - это был заговор от злых духов. Хоть это и являлось богохульством в присутствии священников, произнёс эти слова именно Понтифик Палаторский. Выхода просто не было...
– Что за... - прошептал один из воинов-жрецов, выхватив двуручный меч.
Во-первых, воины алых магов без проблем прошли за "святой щит" - у людей это должно было вызвать некоторые затруднения. А во-вторых, у многих из шедших на баррикады были некоторые... Более всего подошло бы слово "увечья"... Например, у многих были заметны раны и запёкшаяся кровь, оставшаяся на изрезанных кольчугах или кожаных доспехах. У других в теле торчали стрелы.
Но хуже всего было то, что все они были бледны как мертвецы. Да они и были мертвецами!
Гильдия и священники очень долго спорили о возможности существования нежити. А теперь она сама пришла сюда...
Через несколько мгновений Ланжер догадался, зачем алым магам нужно было похищать людей. Доказательств до этого, к сожалению, не было, зато теперь они пришли сами. Алым нужны были трупы, чтобы научиться их оживлять. Вот почему никого сильнее мага I ступени ещё не показалось в центре Белого города: все поднимали нежить. Зомби, как их называли ксариатские книги. К сожалению, там тоже описывалась только возможность их создания и единичные представители, неизвестно как появившиеся. А вот как уничтожить их...
– Братья мои, силой Палатора ударим по этой мерзости! - Ланжер первым применил магию, кинув в зомби пучок света.
Нежить сгорела в один миг. Алые маги, шедшие за рядами поднятых ими трупов, засуетились.
– Ага, не так уж сильна армия Ордена! - воскликнул Ланжер, продолжая метать сгустки света во врагов. - Именем Палатора Справедливого!
Примеру Понтифика последовали и остальные жрецы, так что до баррикад дошло не больше трёх или четырё зомби. Их специально оставили, чтобы узнать, как можно убить нежить холодным оружием. Вскоре выяснилось, что иного варианта, кроме как изрубить на куски, остановить немёртвых нет. Ну что ж, это было хоть что-то.
Защитникам Тронгарда предстояло самое трудное утро во всей истории Королевства. Ночь, когда сила магии не смогла победить человеческую преданность и честь. И не сумела поколебать человеческую веру. Единственное, что оставалось у простых воинов...
Блистательная Партафа. Ипартафар.
Все последовавшие за обороной Серебряных ворот ночь и два дня Андроник потратил на подготовку воинов к предстоящему делу.
Теперь некогда заснеженная равнина представляла собой ряды траншей, рвов, валов и частоколов. Сложнее всего было строить именно деревянные укрепления, потому что поблизости не было дерева. А те колы, что таскали во время марша на себе легионеры, были пущены на обогрев войска. Спасли положения люди Ибрагима: на склоне одной из окрестных гор они нашли густой лес, из которого и строился частокол вокруг вражеской столицы.
На совете легатов, где присутствовали и Ибрагим с Менгли-Дубреем, решено было оставить вокруг Ипартафара восемнадцать тысяч воинов, а пять сотен легионеров, горцев и айсаров должны были сыграть главную роль в предстоящем штурме.
Андроник с радостной улыбкой отметил, что никто даже и не подумал критиковать его план. Практически невыполнимый. Слишком уж много случайностей должно было совпасть...
После битвы у Гусиного брода, после марша по Партафе, после штурма Ефратисия, после взятия в осаду Ипартафара - воины готовы были отправиться за своим дрункарием даже в царство Даймоса. Ну, или на худой конец, восстанавливать Ксариатскую империю. Ласкарий уже слышал подобные разговоры среди легионеров...
Те пять сотен воинов решено было набирать из добровольцев. Андроник едва не ахнул, когда услышал от легатов, что все воины шагнули вперёд, едва объявили о предстоящем сражении.
Все двадцать тысяч, а пуще всего горцы и аркадцы из освобождённых Южной армией селений, желали, чтобы дукс Андроник Ласкарий лично повёл их на штурм. Пришлось кидать жребий, но проигравшие не особо огорчились. Андроник лично вышел к войску и объявил, что пока он будет вести свои пять сотен храбрецов, остальные должны будут пойти на штурм Золотых ворот Ипартафара. Вот это была как раз задача для истинных героев...
Воины прокричали троекратное "ура!" и вернулись на позиции, точа мечи.
Но вот наконец-то настал день зимнего солнцестояния. Как ни странно, Менгли-Хазрей не пытался прорвать блокаду. Похоже, видел разгром отряда Рустам-Бека, а это вполне могло отвадить даже самого храброго полководца от дальнейших попыток прорыва...
Когда над долиной начал подниматься рассвет, пять сотен храбрецов во главе с Андроником дошли до замёрзшего озера, скрытого в горах. Именно там начинался ипартафарский акведук, аж четыре лиги петлявший меж скалами и холмами и подходивший к столичному водохранилищу. Сильной промашкой архитекторов была разница в высоте городских стен и акведука - целых пять метров. Воины вполне могли ползком преодолеть опасное расстояние, на котором их бы не заметили воины на стенах или дозорные на башнях. Башни хоть и были всего на два метра ниже акведука, но и тут аркадские строители словно специально постарались для своих потомков. Чтобы вода, упаси Аркар, не вытекала из этого водопровода, были построены полуметровые стенки. Которые ничем не накрыли...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
