Мы прочесали всё здание, просмотрели запись с дрона, но там только была видна размытая тень. И также нашли одного из защитников, который ошалело встряхивал головой. От него мы узнали, что кто‑то подкрался сзади и вырубил точным ударом по шее. Этот неизвестный кто‑то забрал маркер и пиротехнику.
– Сдается мне, что с нами только что кто‑то поиграл. И этот кто‑то очень некисло наказал четверть сотни здоровых мужиков, – хмыкнул Хакаси.
– Или использовал оммёдо, хотя мы договаривались о чистой физической силе и тактике, – пробурчал Норобу.
Я собрался было сказать про манекен с радужными глазами, но наткнулся на взгляд Киоси, который покачал головой. После этого он даже прислонил палец к губам, чтобы до меня доходчивее дошло.
– Ну что же, попробуем ещё раз? – спросил Хакаси.
– Да, думаю, что если этот шалун ещё раз появится, то мы его сможем отловить, – сказал Норобу.
Защитники снова двинулись в сторону дома, из окон которого всё ещё курился дымок, а нападающие отправились обратно. Киоси не подходил, создавая интригу и делая загадочный вид. Я же пока не спрашивал мальчишку. Захочет – сам расскажет.
Глава 14
Только один раз у нас получилось обойтись без жертв. Всего один раз. Но тогда мы все уже устали настолько, что решили вступить в последний бой. В последний бой мы бросились настолько стремительно и быстро, что комнада Хакаси не успела среагировать на должном уровне.
Я подстрелил троих, Масаши двоих, а наш маленький Киоси удачным броском гранаты заминусовал четверых. В общем, заход сверху был настолько удачным, что группам «Клюву» и «Хвосту» осталось только зачистить остатки.
После этого Хакаси, Нагаи и Норобу отправились обсуждать ошибки и успехи в небольшой ресторанчик, а мы с Масаши и Киоси поехали отмываться в его домашнюю баню. Перед этим Масаши позвонил домой, где распорядитель пообещал сделать всё в лучшем виде.
Я взял с Киоси слово ничего не трогать и ничего не касаться. Тот поклялся ходить на цыпочках, а руки держать исключительно за спиной. Я только хмыкнул – маленький тануки даже так мог произвести невероятные разрушения. Да, меня терзал вопрос о том неизвестном, который так легко справился с двумя командами, но пока что подавил любопытство внутри. Если Киоси не хотел рассказывать при Масаши, то на это должны быть свои причины.
В доме Окамото сначала пошли поздороваться со старшими членами семьи – с дедом и отцом Масаши. С бабушкой и матерью я ни разу не встречался. Похоже, что женщинам не разрешалось входить туда, где могли появиться чужие мужчины. Да, пару семейных фотографий Масаши выложил в соцсеть, где среди мужчин красовались взрослые женщины, но самих женщин я никогда не видел.
Окамото‑старший и Окамото‑средний поинтересовались успехами в тренировке и одобрительно покивали, когда услышали о победах под предводительством сына. Всё‑таки не зря Норобу поставил Масаши старшим – при таком раскладе поддержка клана Окамото вырастала в разы. Нам даже предложили пять спецкостюмов.
Пять!
А эти костюмы такая необычная хрень, что хватило бы и трех, чтобы без потерь зачистить здание. Правда, у нас на всё про всё десять минут, но этих десяти минут хватило бы, чтобы зачистить пятиэтажку. Потом свойства спецкостюмов начинали снижаться…
После такой радостной вести Масаши поклонился и попросил прощения. Сказал, что нам необходимо омыться после трудной тренировки. Окамото‑старший и Окамото‑средний легкими кивками отпустили нас. Я видел в их глазах гордость за продолжателя рода. На Масаши было совершено покушение и теперь пришла очередь Масаши нанести ответный удар группировке Хаганеноцуме‑кай.
Всё‑таки аристократические понятия о чести и достоинстве были порой для меня чересчур замудрены: первое убийство аристократ должен совершить сам, без помощи посторонних. Именно поэтому Масаши предупредил всех, что Иоши Сакамото (сайко‑комон Хаганеноцуме‑кай – третье лицо группировки), только его враг. Человек, убивший Иоши, наносил смертельное оскорбление молодому аристократу и автоматически становился врагом Масаши.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я‑то буду держать себя в руках, но вот не дрогнет ли рука мальчишки Киоси, если перед ним возникнет Иоши? Ведь он со своим другом Ёсимаса Сакурай казнили родителей тануки…
Надеюсь, что всё пройдет нормально и что двойная месть свершится без особых потерь. Пока же нужно было омыться и воздать должное японской бане. Я бы, конечно, предпочел бы русскую баньку, с веничком, обжигающим влажным паром и холодным квасом, но на нет и суда нет.
Правда, я не с первого раза выучил правила посещения общественной бани‑сэнто, а вот у Окамото дома была огромная бочка‑фурако с сухой ванной‑офуро. Как этим пользоваться – я вообще ни в зуб ногой… Пришлось бы придумывать на ходу оправдание своего неумения. Или лучше схитрить…
Когда мы втроем разделись в небольшой раздевалке, обшитой сосновой вагонкой, и накинули легкие халаты, то я сказал Масаши:
– Окамото‑сан, Киоси впервые в таком шикарном месте. Он не знает, что и как делать в первую очередь. Сможешь помочь и рассказать нашему маленькому другу о порядке действий?
– Да я… – начал было Киоси, но тут же замолчал, когда я выразительно дернул бровями.
– Да нет проблем, – улыбнулся Масаши. – Тут всё просто. Сначала принимаем душ. Потом распариваем и разогреваем ступни в специальных ванночках. Затем три девушки сделают массаж ступней…
– Три девушки? А Киоси не рановато? – поднял я бровь.
– Не волнуйся, это специально приглашенные массажистки. Они не допустят интима. Мастера своего дела именно в массаже, так что не бойся за поруганную честь Киоси. Во время массажа активируются биологически активные точки, которых на ступнях имеется большое количество. Результатом этой процедуры становится соответствующий настрой на расслабление и релакс.
– А они будут голыми? – спросил Киоси.
– Нет, в специальных нарядах, которые прогонят дурные мысли прочь. Затем придет очередь фурако… Впрочем, вы сами всё увидите. Если что, то я подскажу.
– Заметано, – улыбнулся Киоси.
– Помни, что ты поклялся ничего не трогать! – напомнил я маленькому тануки.
– Обижаешь, босс…
Да уж, такого обидишь… Он сам кого хочешь обидит, просто придя в гости. Три миловидные девушки сделали нам массаж ступней, при этом я старался пялиться в деревянный потолок, а не представлять их голыми. Почему‑то в моих фантазиях у Масаши и Киоси срочно нашлись дела, а мы остались втроем, причем девушки сразу же сбросили свои темные влажные кимоно и…
Эх, постарался переключиться на пересчет сучков на вагонке, но фантазии с девушками всё лезли и лезли в голову. Я старался, чтобы халат не сильно топорщился, даже щипал себя за бок, чтобы болью отвлечься от мыслей. Вроде помогло.
После массажа мы погрузились в большую бочку‑фурако. Вода в ней была около сорока пяти градусов. Причем Масаши предупредил, что вода не должна доходить до линии сердца, так как это вызовет излишние нагрузки и плохое самочувствие.
И какой же кайф было погрузиться в горячую воду… Все клетки тела встали в ряд и начали кланяться, благодаря за подобное удовольствие. В голове возникла блаженная пустота. Казалось, что мозг покинул место своего обычного содержания и вышел покурить. А тело кайфовало, растворяясь в неге и блаженстве.
Так продолжалось пятнадцать минут, после чего мы вышли, обернулись полотенцами и прилегли отдохнуть на кушетки. Возле каждой кушетки стоял маленький столик с налитым горячим чаем. И ароматный зеленый чай согрел изнутри, пока тело выплескивало из себя посторонние шлаки вместе с потом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы лениво обменивались впечатлениями о прошедшей тренировке, вспоминали забавные моменты, вроде того, когда у Киоси вылетел из крепления фидер и малыш остался без патронов. Он тогда пошел врукопашную, правда, сделал всего несколько шагов, прежде чем упасть подбитой шариками птицей. Или как я завис в воздухе, когда заклинил ролик передвижных качелей. Болтался соплей между небом и землей, пока не плюнул и не отправился на руках в сторону заданного дома.
