– Твою же дивизию! Так это было подстроено! – я даже вскочил на ноги. – Спецом заслали казачка, этого вашего Дзинко. А он втерся в доверие и потом подставил твою семью. Да таких пидарасов мочить надо, желательно в сортире. Так это был его запах? Ты его сегодня почувствовал? Он ещё жив?
– Да, сегодня я почувствовал его запах. А ещё раньше я чувствовал его на твоей одежде. Неуловимый, но он присутствовал легкой отдачей. И нет, он мертв. Я узнал, что господина Дзинко через пару лет после казни моих родителей убили. Его убил кто‑то из якудзы. Не знаю, это Хаганеноцуме‑кай или какая другая группировка, но его труп нашли в Токийском заливе. Говорят, что ему перерезали горло танто, а потом этот самый кинжал вогнали в черное сердце по рукоять.
Танто? Вроде бы этот кинжал я собирался использовать, чтобы внести переполох в ряды Тораноаши. Но с ними ходят Хино‑хеби‑кай… Или кто‑то просто настиг ловкого мошенника и по‑самурайски расправился с хитрюгой?
– А если он снова всех обманул и подставил вместо себя другого?
– Нет, я был возле его урны на кладбище. Это был он… Мой нос почуял его запах внутри урны. Господина Дзинко больше нет… Как и моих родителей…
Я заметил, как в уголке глаза Киоси блеснула небольшая слезинка. Вот только сырости мне тут не хватало. Я встал и отвернулся к окну. В отражении видел, как мальчишка украдкой смахнул влагу.
– Скажи, а какой секрет был у господина Дзинко, что твои родители так просто приняли его?
– Он тоже был не человеком. Нелюдям приходится порой держаться вместе в мире людей, чтобы выжить. Господин Дзинко был кицунэ…
Глава 15
Старый якудза сэнсэй Норобу приполз настолько «невменько», что полчаса признавался в любви чучелу мартышки, принимая его за гейшу. Я собрался было снять на камеру это признание, но потом подумал, что запись обязательно попадет в широкий доступ, поэтому зашвырнул телефон подальше. Вместо этого взял сок и спокойно наблюдал за представлением.
– Лотос незабвенный, твои губы полны персикового сока, а в карих глазах отражается вся красота… ик… вечерней Фудзиямы.
При этом Норобу не смотрел в глаза мартышке, так как такой взгляд считается грубостью, а напротив – взирал флиртующим взглядом. Флиртующий взгляд выглядит так – нужно смотреть вниз и в сторону, как будто ищешь потерянную иену. Расфокусированный взгляд Норобу прекрасно справлялся с этой ролью.
Чучело мартышки благоразумно молчало. Я давил смех. Конечно, стыдно подглядывать, но черт побери – как же весело!
– Молчишь? Да ты смущаешься? Не надо, старый Но… ик… какой же я старый? Мужчина в самом расцвете лет вряд ли обидит такую красотку. Хочешь, я познакомлюсь с твоими родителями? Я могу, у меня и костюм есть…
Мартышка бы и рада была помотать башкой, но она у неё была крепко зафиксирована.
– Ты сомневаешься в моих… ик… в моих намерениях? Да как может красавица с такими ласковыми ручками сомневаться в чистоте помыслов такого дерзкого мужчины, как я? Да если ты хочешь знать, то я недавно победил десять раз на «Черном Кумитэ»! Да! Победил бы и больше, но меня с поклонами… ик… с поклонами просили уйти, потому что у них кончились участники. Вот! Я очень силен! Пощупай бицуху!
Сэнсэй согнул руку в локте и подсунул тощий бицепс под маленькую лапку мартышки.
– Ай! Да не жми ты так! Ну и ручка у тебя, красотка… Прямо можешь гвозди гнуть… Я бы хотел, чтобы такие ручки сделали мне массаж… Ты умеешь делать массаж? Опять молчишь? Стесняешься? Ну да ничего, я люблю молчаливых женщин, так они кажутся умнее…
Мартышка бы и рада была прокричать, но увы, вынуждена слушать признания старого весельчака.
– А мы чуточку с мужчинами поддали. Поддали из‑за того, что гордимся нашими воспитанниками. Хакаси и Нагаи гордятся Масаши, а я горжусь своим учеником по имени Изаму. Только тссс, – Норобу прижал палец к пасти мартышки. – Только не говори Изаму, что я им горжусь. Пусть он и редкостный разъебай, но его успехи заслуживают поощрения. Он… ик… он справился сам с заклятым врагом. В одиночку, почти без помощи… ик… молодец какой. Но распиздяй, вообще меня в хуй не ставит…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мне показалось или чучело в самом деле сдвинулось чуть ближе к двери? Возможно, какой‑нибудь шаловливый сикигами решил позабавиться в этот миг над старым оммёдзи. Но нет, чучело осталось терпеливо ждать на месте.
– Лотос моей жизни, я не утомил тебя рассказом об ученике? Нет? Вот и хорошо. Люблю этого подлеца, вот люблю и всё тут. Но не так, как мужчина мужчину, не‑е‑е‑ет… ик… не подумай, я только по женщинам. Я люблю его, как сына. Вот. Как сына, да… и пасть порву любому, кто посмеет его обидеть. Вот такой вот я ответственный… А хочешь, мы с тобой тоже ребеночка заведем? Назовем его тоже Изаму… А что? Я ещё ого‑го какой. Или иго‑го, хе‑хе‑хе…
В процессе признания узнал, что на самом деле сэнсэй Норобу гордится мной, как одним из лучших учеников потому, что я ещё живой. И хотя я «редкостный разъебай», но сэнсэй меня любит и даже признался сегодня мастеру Нагаи, что без молодого Такаги жизнь была бы скучной и грустной. Он меня не видел, а я посиживал в углу и ощущал, как внутри всё наливается теплом, а грудь сама собой расширяется.
Ну да, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Хорошо ещё, что сэнсэй смог себя проконтролировать и не выдать маленькую тайну про попаданца из другого мира.
Правда, после признания обо мне, сэнсэй взял с чучела мартышки честное самурайское, что она никому не расскажет о произнесенных словах. Когда та ответила молчаливым согласием, то сэнсэй полез целоваться, утверждая, что никогда не видел такую умную и такую красивую особу. Даже пообещал взять замуж, правда, после проведенной ночи. Ведь сэнсэй должен был удостовериться, что его суженая‑ряженая ещё девственница и всю жизнь ждала только плешиво‑морщинистого красавца.
Чучело не выдержало такого напора и рухнуло с подставки. Обрадованный сэнсэй рванул пояс‑оби на кимоно, но запутался, после чего упал с мартышкой рядом и довольно захрапел. Я в очередной раз сдержал порыв найти телефон и запечатлеть редкий кадр. Вместо этого поднял легкое тело сэнсэя на руки и отнес его в комнату. Там уложил на циновку и накрыл одеялом. Старик причмокнул губами и пообещал мне сквозь сон показать фокус с цветком лотоса.
Надо будет напомнить при случае, что это за фокус такой. После этого я убрал следы урагана по имени «Норобу» и доспал оставшиеся два часа до школы. Когда же утром встал, то не обнаружил чучело мартышки на своем месте. Зато оно нашлось в объятиях довольно посапывающего сэнсэя Норобу. Я поймал тоскливый взгляд мартышки и пожал плечами в ответ. Увы, кому‑то и после смерти не сыскать покоя.
Я не стал отбирать игрушку у спящего – пусть сам осознает всю глубину падения, когда проснется. Вместо этого отправился на зарядку. Обязательная утренняя тренировка взбодрила тело и заставила мозг работать гораздо лучше стакана крепкого кофе. Тануки уже не отставал от меня ни на пробежке, ни на остальных упражнениях. Я даже ощутил гордость за Киоси. Правда, как и сэнсэй, не стал говорить ему о своих чувствах, а то загордится ещё.
Чтобы не заходить в дом и не показывать тануки неприглядный вид сэнсэя, я заманил мальчишку в кафешку, где мы и позавтракали. После вчерашнего разговора глаза Киоси всё ещё оставались покрасневшими, но он уже бодрился и улыбался. Я пообещал, что всё будет нормально и что мы найдем источник запаха.
На уроке математики мне попалась задачка, над которой пришлось поломать голову у доски. Условия были просты, но я не раз взлохматил волосы прежде, чем допетрил до ответа. Нет, смешки одноклассников за спиной меня ни грамма не смущали. Я даже не оборачивался, просто пялился на зеленое полотно, похожее на поверхность бильярдного стола, установленного на попа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Если хотите, то тоже можете раскинуть мозгами. Условия просты:
Такэси позавчера было одиннадцать лет, а в следующем году ему исполнится четырнадцать. Какого числа какого месяца у Такэси день рождения?
