— А что с Водопадами Плесси?
— Помните Канал Любви?
— Название слышала, — сказала Айн. — Какая-то история про то, как штат возбудил дело против химзавода, да?
— Да, что-то вроде. — Джоан уныло улыбнулась. — А Водопады Плесси — такая же история, только в конце 90-х. Это было — по крайней мере, когда-то — болото площадью двадцать акров на севере штата Нью-Йорк.
— Болото — это водопады?
— Через болото бежала речушка; в одном месте был четырехфутовый перепад, отсюда и название. Болото находилось за химзаводом по производству пластмасс, в 50-х его частично начали осушать, чтобы устроить свалку отходов. Очень ядовитых канцерогенов — там было более двух сотен видов, упакованных в металлические бочки по 55 галлонов, не защищенные от ржавчины.
— Канцерогены? — переспросила Айн. Она подчеркнуто неспешно затянулась через мундштук. — То есть так называемые вещества, способствующие возникновению рака?
Джоан не сразу поняла.
— Погодите, — сказала она, — вы же не хотите сказать, что до сих пор не воспринимаете предупреждения Минздрава серьезно?
— Статистические данные, на которых базируется их предупреждение, ненаучны, — ответила Айн. — И потому не являются объективным доказательством.
— Да? А что же является?
— Рациональные наблюдения. За причинами и следствиями.
— То есть если русский философ полвека курит по две пачки в день, а потом наблюдаешь, как ей вырезают пораженное раком легкое? Такие причины и следствия?
— Те полвека ежедневно случалось множество различных событий, — самодовольно возразила Айн. — Каждый день над нами проходит луна. Если уж вам так нравится полагаться на ненаучные статистические связи, почему бы не списать мой рак на нее?
— Потому что луну вы не вдыхали, — ответила Джоан. — В лунном свете не содержатся известные яды, вроде никотина и цианида, и когда впервые попадаешь под его воздействие, кашлять не начинаешь. Если обрить крысу и оставить ее под лунным светом, у нее не образуются кожные вздутия, но если по ней мазнуть сигаретной смолой…
— Заканчивайте давайте вашу чертову историю! — прорычала Айн.
— С радостью, — сказала Джоан, бросив тоскующий взгляд на голограмму «Мальборо» в мундштуке Айн. — К середине 60-х Водопады Плесси полностью осушили и заставили бочками с токсичными отходами. Бочки запечатали глиной, на глину набросали земли, посадили травку и кустики, чтобы смотрелось посимпатичнее, а потом, в 1975 году, продали все двадцать акров городку Кривые Ворота по договорной цене — всего за один доллар. Акт продажи включал пункт о передаче всей последующей ответственности за данный участок покупателю. Был еще и абзац, говорящий, что там захоронены «производственные отходы», но их состав и количество не указывались. Члены городского правления вопросов не задавали; они заключили сделку и построили на этом участке среднюю школу и спортивное поле… Примерно двадцать лет после этого все шло отлично. Такой срок понадобился, чтобы влага размыла глинистое покрытие и начала разъедать бочки. А потом все ученики разом начали болеть: необъяснимые головные боли, сыпь, воспаления глаз, респираторные и нервные расстройства, иммунодефицит и куча других симптомов; уровень подростковой беременности в городе резко снизился — и не потому, что они перестали беременеть, а потому, что стало куда больше выкидышей, хотя такая беда, пожалуй, была к лучшему. А преподаватели, которые приезжали в школу раньше и сидели там дольше, чувствовали себя еще хуже… Школу Водопадов Плесси закрыли, потом снова открыли и опять закрыли. Химзавод тщательно замел следы, так что на полное расследование ушло три года и сорок девять повесток в суд. Первый иск был подан в 1998-м, а затянулась битва до нулевых. В конечном итоге компания обанкротилась и вышла из дела, что для города стало пирровой победой, поскольку местная экономика зависела от этого завода. Так что из дела вышел и городок Кривые Ворота.
— Вот видите? — сказала Айн. — Поэтому нужны частные школы… но вы продолжайте. Как сюда вписываются «Промышленные Предприятия Ганта»?
— Так же, как и граждане Кривых Ворот, — ответила Джоан. — Посредством небрежения эпического размаха. Окончилось разбирательство тем, что компания согласилась принять данный участок у Водопадов Плесси обратно и очистить его. Но потом компания прекратила существование, так что вся грязь осталась. Токсичную школу попросту обнесли забором и забросили. Кривые Ворота стали городом-призраком… Потом, лет через двенадцать, когда об истории Водопадов Плесси перестали трубить в СМИ и все об этом позабыли, кроме статистики раковых заболеваний, там оказался Гарри Гант, искавший недорогой подержанный завод. У Гарри тогда родилась идея прозрачных тостеров — с прозрачными боковыми панелями, то есть чтобы человек заметил, если хлеб начнет подгорать, — и до него доползли слухи о том, что на севере стоит такой брошенный завод. Правда, это был завод не для электроприборов, но против цены было не устоять, и сделка состоялась.
— И он не проверил, почему завод заброшен?
— Ну, он должен был это сделать — то есть кто-то должен был, — но после Пандемии брошенная недвижимость никого не удивляла, так что Гарри ограничился самым очевидным выводом. И опять же не устоял против цены: по закону об освоении, введенному после Пандемии, чтобы стать владельцем, «Промышленным Предприятиям Ганта» достаточно было лишь выплатить налоги на собственность и заплатить штату за оформление документов. Именно это мы и сделали; и буквально в тот самый день, когда мы вступили во владение, кто-то из Юридической службы Ганта нашел вырезку о том скандале на Водопадах Плесси.
Поезд, сбавляя скорость, подъезжал к вокзалу Гранд-Сентрал; Джоан положила руку на пистолет, чтобы он не соскользнул. И продолжила:
— Так что великолепная сделка в итоге оказалась не такой уж великолепной. «Промышленные Предприятия Ганта», не зная того, стали хозяином гнойного токсичного ужаса.
— Но ведь не Гант должен за это отвечать, — возразила Айн.
— По документам все было иначе, — ответила Джоан. — Уж не говоря о правиле «покупатель должен быть бдителен».
— Но ведь это владельцы химзавода не выполнили обязательств и не очистили Плесси, так…
— Какой химзавод? Никакого химзавода уже не было. Как юридическое лицо он не существовал, все его бывшие администраторы на «золотых парашютах» улетели на пенсию в деревеньки Палм-Спрингс и Флорида-Киз. Можете быть уверены, мы хотели их разыскать, но на это потребовалось бы много времени и судебных издержек, и даже если бы мы отсудили у них все до цента — что маловероятно, — это все равно бы не покрыло стоимости очистки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
