— третий: представительность, когда новый текст конституционных норм рождается в столкновении политических и экономических интересов, социальных программ, отражающих существующие в обществе настроения;
— четвертый: неангажированность, означающую беспристрастную объективность лиц, работающих над конституционной реформой.
Большинство экспертов и авторов законопроектов пришло к выводу, что совместить эти принципы в тексте законопроекта невозможно из-за их взаимоисключения.
Существующие проекты, в том числе подготовленный общественным движением «За Веру и Отечество» и внесенный мною законопроект, предлагают разные способы совмещения указанных принципов. И проект Г.А. Зюганова, Н.М. Харитонова, Н.И. Рыжкова и других «левых», и «коалиционный» проект, внесенный Б.Б. Надеждиным, А.И. Лукьяновым, В.В. Володиным, Е.Б. Мизулиной и В.А. Крючковым. Как и проекты О.О. Миронова, В.П. Зволинского и других авторов.
Что общего у всех законопроектов?
Все проекты закона, в том числе мой, морально устарели. Они рассчитаны на ситуацию стабильного и бесконфликтного развития российского общества, когда КС должно решить некие формально-юридические вопросы, а все ветви власти, направляющие своих руководителей в состав КС, пользуются доверием и уважением граждан. Увы, ныне все виды власти не пользуются ни доверием, ни уважением.
А потому главным становится вопрос: как учесть настроения в обществе при формировании Конституционного Собрания, чтобы решения этого Собрания восполнили вакуум легитимности?
На мой взгляд, оптимальным вариантом легитимации реформ является созыв КС на основе дополненного авторского проекта закона видного российского государствоведа С.А. Авакьяна. Об этом проекте и хочу коротко сказать.
В проекте Федерального конституционного закона о КС, опубликованном С.А. Авакьяном, предполагается, что КС должно состоять из 300 членов, входящих в него по должности, по избранию и по назначению (ст. 5 законопроекта).
По должности членами КС являются: Президент РФ, Председатель, заместители Председателя, руководители комитетов СФ ФС РФ; Председатель, заместители Председателя, руководители депутатских объединений и председатели комитетов ГД ФС РФ; Председатель и заместители Председателя Правительства РФ; Председатели Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного Судов РФ; Генеральный прокурор РФ; Председатель ЦИК РФ; Уполномоченный по правам человека в РФ.
Членами КС по избранию являются по два представителя от каждого субъекта РФ, избранные законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта РФ тайным голосованием на альтернативной основе.
Члены КС по назначению включаются в его состав указом Президента. Ими должны быть, по замыслу С.А. Авакьяна, ведущие ученые-юристы, не являющиеся членами СФ и депутатами представительных органов любого уровня, не занимающие штатных должностей государственной или муниципальной службы и достигшие возраста 30 лет ко дню назначения.
Сегодня жизнь требует дополнить технологический подход С.А. Авакьяна актуальным политическим.
Численный состав Конституционного Собрания должен быть увеличен, очевидно, до 350 или 400 человек. Дополнительно необходимо делегировать в КС представителей от центров «политического возбуждения» и морального авторитета — от официально зарегистрированных политических партий, имеющих своих депутатов в органах представительной власти различных уровней, и от Архиерейского Собора Русской православной церкви. Последнее необходимо (несмотря на отделение Церкви от государства) в силу исторических особенностей России и экстраординарности самого КС, призванного решать проблемы не только государства, но и общества. Дай Бог, чтобы хотя бы в этой форме КС получило доверие общества и восстановило легитимность власти.
Модернизация политики, экономики и социальной жизни России возможна, более того, она необходима. Но такая модернизации, независимо от конкретных целей и задач, будет успешна только после возвращения органам власти, осуществляющим эту модернизацию, доверия народа. А оптимальным путем восстановления этого доверия, легитимации и сакрализации власти, может быть только созыв Конституционного Собрания.
При политической импотенции Федерального Собрания РФ, когда в преддверии нового этапа мирового экономического кризиса его депутаты, как зомбированные, то превращают уголовное право в систему откупных платежей, то голосуют за переход к выборности глав субъектов Федерации, что ведет в некоторых регионах к неизбежным перестрелкам и во всех регионах — к отгораживанию от Центра и его бюджетных «инноваций», к полной неуправляемости Россией из Москвы, созыв Конституционного Собрания — это, возможно, последний способ остановить окончательный распад страны.
Наша с вами конференция потому и научно-практическая, что от нас ждут конкретных ответов на конкретные вопросы.
В емкий и содержательный проект нашей резолюции я и предлагаю в качестве первой меры в сфере публичного управления записать: «Использовать механизм Конституционного Собрания для укрепления легитимности государственной власти России». Будет своевременно и корректно. Даже дипломатично.
Религиозный фактор конституционного строительства[76]
Отношение общества к религии — одна из ключевых характеристик национальной самоидентификации каждого народа. С приходом к восточным славянам Православия зародился и отшлифовался Дух Русского мира, его духовная основа («душа души»). Православие для русского человека — не одна из многих религий, а система самой духовной жизни нашего народа. Как подчеркнул на XVI Всемирном русском народном соборе 1 октября 2012 года Святейший патриарх Московский и всея Руси Кирилл, у нас с вами есть духовные ценности и нравственные границы, которые ни в коем случае нельзя сдавать, которыми нельзя поступиться.
Главным препятствием для избавления нашего Отечества от духовной и социальной скверны, от новой великой Смуты является ряд норм действующих на постсоветском пространстве конституций, именно они препятствуют реальному возвращению Православия.
Необходимо принципиально исправить ст. ст. 13 и 14 Конституции России, как и соответствующие статьи конституций Белоруссии и Украины. Вспомним формулу ст. 13 Конституции РФ: «В Российской Федерации признается идеологическое многообразие. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной и обязательной». В украинской Конституции это ч. 2 ст. 15: «Никакая идеология не может признаваться государством как обязательная». Конечно, это запоздалый испуг перед марксизмом-ленинизмом. Но если кто-то скажет, что эта норма — триумф плюрализма, то он серьезно ошибется. В качестве конституционного принципа провозглашен нигилизм, в конституциях уравняли добро и зло. Объявлены равноправными лицемерие и искренность, идеология труда и идеология жульничества. Идеологическое многообразие, как и отрицание идеологии — это тоже идеология, с безоговорочной обязательностью и государственным принуждением отрицающая духовные и нравственные ценности.
Далее. Согласно ст. 14 Конституции РФ «Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом». Отождествление религии и религиозного объединения неправомерно, но откуда эта формулировка, столь оберегаемая пришедшими в 1993 году к власти либеральными «рыночниками»? Она унаследована от революционеров-большевиков.
Ст. 13 первой советской конституции — Конституции РСФСР 1918 г., принятой «в момент решительной борьбы пролетариата с его эксплуататорами», закрепила норму: «В целях обеспечения за трудящимися действительной свободы совести церковь отделяется от государства, а школа от церкви». Это «отделение» повторили конституции СССР 1936 и 1977 годов, соответствующие конституции союзных республик. Нынешние российские «либералы» в главных мировоззренческих вопросах сохраняют примечательную верность самому жесткому секулярному большевизму. Как и псевдолибералы украинские, ибо в ч. 3 ст. 35 Конституции Украины закреплено: «Церковь и религиозные организации в Украине отделены от государства, а школа — от церкви. Никакая религия не может быть признана государством как обязательная».
Современные подходы многих стран предполагают совсем иное, чем в Российской Федерации и Украине, отношение к вероисповеданию и верующим, к мировоззренческим принципам и историческим традициям, к национальным особенностям каждого народа.
Возьмем, например, Грузию, вышедшую, как и РСФСР с Украиной, из недр Советского Союза. Ст. 9 Конституции Грузии гласит: «Государство признает исключительную роль грузинской православной церкви в истории Грузии и вместе с тем провозглашает полную свободу религиозных убеждений и вероисповедания, независимость церкви от государства». Согласитесь: юридически корректно и с уважением к памяти предков. И не следует путать независимость церкви от государства с их отделением друг от друга. Обратите внимание: о независимости государства от церкви не говорится.
