Макс уставился на гнома с изрядным удивлением. Для изменения хода сражения этот безумец сделал не меньше, чем целая армия. Его гением только что от угрозы Хаоса был спасён город и, возможно, вся эта часть света, но теперь он собирается рисковать собой в водовороте битвы. Он именно так представляет себе настоящее участие в сражении! Макс выдал гному ухмылку, и Малакай Макайссон усмехнулся в ответ.
— Думаю, ты прав, Малакай! Я отправлюсь с тобой и погляжу, чем смогу помочь.
— Отлично! Довольно балакать. Пора убивать!
Арек усмехнулся, когда первый же его удар заставил гнома пошатнуться. Истребитель казался медлительным. Он едва успел заслониться тем страшным топором. Арек напомнил себе не проявлять излишней самоуверенности. Это всё же оружие невероятной мощи. Если что и способно пробить его непреодолимую броню, то именно оно, и у Арека не было желания проверять сие частное предположение на практике.
Теперь он уверенно двинулся вперёд. За его спиной громко зашумели воины Хаоса и зверолюды, не сомневающиеся в его победе. Арек осознал, какой страх начал внушать им Истребитель за последние несколько дней. Вид гнома, занятого на стенах своей кровавой деятельностью, явно не пошёл на пользу боевому духу. Будучи смертоносным убийцей, внушающим страх каждому, кто оказывался на его пути, Истребитель стал ещё и символом упорного городского сопротивления. «Ладно же, сейчас этому придёт конец», — подумал Арек. Никогда и никому он не проигрывал бой, не собирается делать это и сегодня.
Он спокойно сделал шаг вперёд, наметив, куда направит свой следующий удар. «Ложный выпад мечом, — думал Арек, — заставит врага раскрыться под смертельный удар топора». Он направил прицельный удар прямо в голову Истребителя. В последний момент тот пригнулся, и острый как бритва меч Арека срезал большую прядь окрашенных волос с головы гнома. Последовавший затем удар топора Арека, который должен был пробить гному грудную клетку и рассечь сердце, был встречен топором Истребителя. От удара адской стали о древний звёздный металл посыпались искры.
«Гном куда лучший боец, чем я себе представлял», — подумал Арек, невозмутимо отступая назад, парировав мечом два оглушающе мощных удара.
Истребитель сражался инстинктивно, повинуясь рефлексам, и был не менее опасен, чем загнанный в угол волк. Арек остался доволен. Тем слаще окажется его неизбежная победа.
Феликс краем глаза мимолётно взглянул на поединок. Оба бойца двигались слишком быстро, чтобы он мог за ними уследить. Их оружие выглядело лишь отблескам света, от столкновения которых сыпались искры, и раздавался звон ударов стали о сталь. «Словно наблюдаешь за богами, фехтующими молниями», — подумал Феликс, снова переключая внимание на зверолюда, который попытался срубить ему голову.
Феликс уклонился от удара и ответил прямым выпадом, пронзив клинком брюхо зверолюда. Движением запястья он изменил угол, направив клинок вверх, чтобы тот зацепил сердце или какие — либо жизненно важные органы. С учётом долгосрочной перспективы, это было не столь важно. Такая рана в живот неизбежно станет смертельной, если не применить магию. Однако, убив противника сразу, Феликс обезопасил себе жизнь. Многие из раненных бойцов утягивали противника за собой в ад. Феликс же хотел, по возможности, избежать подобного.
Он отступил назад, когда наружу хлынула кровь и желчь, и развернулся как раз вовремя, чтобы заблокировать удар утыканной шипами дубины, нанесённый здоровенным воином Хаоса. Феликс заметил, что мужчина потерял равновесие, и воспользовался этим, чтобы сбить того с ног подсечкой. Как только воин опрокинулся на спину, Феликс вонзил меч в щель его забрала. Он почувствовал, как ломается кость, а из отверстий шлема хлынула горячая кровь.
Феликс видел, как плечом к плечу сражаются Снорри и Бьорни, пытаясь прорубить себе путь к Готреку и воину Хаоса. Феликс был уверен, что Готрек вряд ли обрадуется их вмешательству в его судьбу, но он сейчас не в том положении, чтобы возражать. В конце концов, предводитель этой орды — желанная добыча для любого истребителя. Пасть в бою с ним — это как раз такая смерть, которую оценят они все. Честно говоря, именно этого Феликс был бы рад избежать, но понимал, что если трое истребителей погибнут, он, вероятнее всего, последует за ними, разве что окажется невероятно везучим.
Он отважился ещё разок взглянуть на поединок. На взгляд Феликса, всё складывалось не в пользу Готрека.
Теперь Арек оценил своего противника. Истребитель быстр, оружие у него мощное. Более того, для усовершенствованных чувств Арека было очевидно, что между гномом и его оружием имеется некая связь. Топор передаёт ему силы и энергию каким — то архаичным способом. Арек предположил, что, как и подозревали близнецы, за те годы, пока Истребитель владел топором, тот изменял его, делая сильнее и подвижнее, чем обычно бывает гном. У Арека был большой опыт использования подобного оружия. Хаос одаривал таким оружием против множества своих врагов.
Только топор сей был создан не последователями Тёмных богов. То было нечто иное. Что — то древнее и могучее создало топор. Руны, что горели на лезвии из звёздного металла, увеличивали его мощь, направляя в него ощутимые потоки магической энергии, добавляя кромке лезвия остроты, а владельцу проворства. Более того, топор источал враждебную силу, губительную для Арека и ему подобных.
Сейчас это не имело значения. Арек знал, что он превосходит гнома. Ни одному смертному не сравниться с ним в скорости или коварстве, а доспехи и оружие Арека столь же мощны, как топор Истребителя. Через несколько мгновений он уже будет лицезреть труп гнома.
Арек снова двинулся вперёд, сокрушительным ударом опуская меч вниз, целя в голову Истребителя. На сей раз гном уклонился медленнее, и Арек оставил ему порез на виске. Его топор снова обрушился на оружие Истребителя, вынудив гнома отступить ещё на шаг. Скоро оба окажутся у входа в горящее здание, и отступать гному станет некуда.
Арек видел в единственном целом глазу безумного гнома пылающую ярость и что — то похожее на страх. Его противник понимал, что обречён. И поэтому сейчас он стал ещё опаснее. Скоро гном вложит все свои силы в последнюю отчаянную атаку. Арек всё своё внимание сконцентрировал на противнике, готовясь встретить момент величайшей победы.
Для него оказалось полной неожиданностью ощутить, как что — то на полной скорости врезалось в него прямо под коленом. Нога начала подкашиваться. Он услышал голос, завопивший:
— Это от Бьорни Бьорниссона!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
