между болью и наслаждением.
— М-ма-а-х! Как же х-хорошо! Как же, м-м, приятно! Ещё! Хочу ещё! Сильнее!
Внутри было невероятно горячо и влажно, её тело обхватывало меня с такой силой, что я едва мог думать. Но Мавике этого было мало. Движения демоницы стали быстрее, более дикими. В такт каждому шлепку раздавался сладкий стон, который по непонятным причинам звучал для меня словно музыка. Мне хотелось, чтобы она продолжала это делать. Ещё громче и отчаянней.
Мавика вскрикнула от неожиданности, когда я резко перевернул её, взяв инициативу в свои руки. Теперь я был сверху, и ситуация полностью контролировалась мной. Мой мозг, казалось, разделился на две части: одна пыталась сдержать себя, замедляя темп, чтобы продлить наслаждение, а другая требовала ускориться, подчиняясь животному инстинкту. Шикарное тело демоницы, взмокшее от безумных скачек и напряжённое от накатывающих волн удовольствия, было полностью в моём распоряжении.
С каждым толчком вздохи становились громче, а стоны — отчаяннее. Руки метались по постели, не находя себе места. То пальцы впивались в мою спину, оставляя на коже следы от когтей, то хватались за простыни, сминая их в кулаках. В какой-то момент дыхание сбилось с привычного ритма, а бёдра начали активно двигаться, подстраиваясь под мои движения, словно пытаясь усилить и без того невыносимое удовольствие.
Темп ускорялся, и казалось, что температура в комнате достигла предела. Воздух стал густым, насыщенным ароматом кожи, пота и чего-то ещё, дикого и первобытного. Мы двигались в унисон, как будто наши тела были созданы друг для друга.
И вот наступил финал — неудержимый, ослепительный, словно взрыв. Крепко обхватив талию демоницы, я почувствовал, как её тело напряглось в ответ. В последний момент вошёл до упора, и всё вокруг словно остановилось. Волна наслаждения накрыла нас обоих, яркая и всепоглощающая.
Мавика вскрикнула, её тело задрожало, а затем замерло, будто она хотела продлить каждое мгновение этого момента или, наоборот, боялась спугнуть. Глаза, широко раскрытые, смотрели на меня с какой-то странной смесью благодарности и торжества.
— Это… Было… Нечто… — я рухнул рядом с ней, а она всё продолжала пялиться в потолок, растянув губы в свою фирменную зубастую улыбку.
Было и так понятно, что Мавике всё понравилось, но моему внутреннему чертёнку почему-то было важно услышать это из её уст.
— Ну… как? Пойдёт в обмен на секрет?
Демоница, не меняя лица, медленно повернула голову ко мне. Это выглядело немного жутковато, но в то же время завораживающе.
— Хочу ещё.
Я немного растерялся. Мне надо было переварить увиденное, услышанное и вообще… Но демоница, кажется, прочитала мои мысли и, в отличие от меня, точно знала, что с этим делать. Мавика переместилась на противоположный край кровати, встала в коленно-локтевую позу, выгнула спинку, затем подняла хвостик, открывая чудесный вид на истекающую соками киску, и игриво вильнула попкой.
— Кажется, я всё ещё помню своё имя, Хью. — ухмыльнулась близняшка. — Да и ножки кровати по-прежнему целые.
Аргументы были железными, как и стояк, который появился от такой картины.
— Ах! — взвизгнула демоница, когда почувствовала, как я вторгся внутрь неё.
Этот раунд мы начали без прелюдий, буквально с места в карьер. Жёстко, с криками и стонами.
Кажется, эта поза называется «по-собачьи»? Что ж, она мне нравится, и я быстро оценил все преимущества.
— Да-да-да! Дери эту суку! Этой суке нравится! — воскликнула демоница, когда я схватил её рог, заставив запрокинуть голову и выгнуть спину ещё сильнее. Без внимания не остался и хвостик, который периодически подвергался моим нападкам, да и попа, на чьей коже отпечатался след моей ладони в виде стыдливого румянца.
* * *
Мавика лежала на мокрой от пота простыне и тяжело дышала. Мы закончили уже четыре раза, и похоть вроде бы начала отступать, но уже нам не хотелось её отпускать.
— Я хочу ещё. — заявил сиплым голосом, глядя на то, как у демоницы поднимается и опускается грудь. Она снова повернула голову и уставилась на меня своим безумным взглядом. — Но…
— Но? — девушка чуть приподняла бровку. — Есть какое-то условие? — усмехнулась она.
На самом деле не условие, а скорее просьба, которую я несколько смущался озвучить.
— Ты можешь надеть своё платье с чулочками и встать на каблуки?
Я боялся, что она рассмеётся, но Мавика лишь хитро прищурилась.
— О-о, дерзкий раб хочет трахнуть свою надзирательницу? Ай-яй-яй, Хью…
— Не, ну, если ты не хочешь…
— А кто сказал, что я не хочу? — она тут же вскочила с постели и принялась наряжаться в свою форму. Особого внимания заслужили чулочки, которые она надевала, выставляя ногу на стул.
Когда всё было готово, демоница повернулась ко мне спиной и взглянула через плечо.
— Нравится?
— Нравится.
Она ухмыльнулась, а затем стала поднимать хвостик всё выше, пока из-под подола не показалась её голенькая попка. В обрамлении белоснежного подклада она выглядела ещё более аппетитно. Настолько, что, судя по ощущениям, у меня в голове сорвали стоп-кран, и я с рыком набросился на неё сзади. Впрочем, она была совсем не против.
* * *
Наши брачные игрища не закончились одномоментно. Уже после седьмого раза демоница просто забралась на меня сверху и продолжала медленно покачиваться то вверх, то вниз. Мы оба пребывали в состоянии блаженства, и выходить из него нам очень не хотелось. Наверное, так продолжалось бы до самого утра, но в какой-то момент до меня вдруг дошло, что в комнате почему-то слишком светло для этого времени суток.
Я несколько раз моргнул, возвращаясь в собственное сознание, повернул голову по направлению источника света и, мягко сказать, охренел от увиденного.
— Коша⁈
— Х-хью, п-привет. — тихонько поздоровалась девочка и скромно улыбнулась.
Мавика в этот момент тоже повернула голову и тоже охренела.
— Ты какого, с*ка, х*я, тв*ю мать, тут делаешь⁈ — зашипела демоница и стала подниматься.
— А, ну… Я… Я услышала, — принялась оправдываться Коша. — Потом увидела и… подумала, что вам темно, и… — Коша показала маленькое блюдечко со свечкой. — Подумала, что могу помочь, и… и… и… ИЗВИНИТЕ!
И она резко кивнула головой, потушив пламя своим лбом, за что извинилась ещё несколько раз. То есть, пока мы тут с Мавикой сексом занимались, Коша свечку держала. Молодец какая.
Но я ещё ладно, отнёсся к ситуации с юмором, а вот близняшка, судя по лицу и голосу, собиралась Кошу укокошить.
— Я разрешала меня подслушивать?
