– Я не могу причинить вред тебе и только, – скривился Гарри. – Твои планы ничто! Ты всего лишь полукровка, у которого даже денег и дома своих нет.
– Заткнись! – рявкнул Лорд и сделал еще одну попытку приблизиться. Поттер ловко увернулся. – Не смей оскорблять меня! Я ведь могу и уйти, забуду о тебе, и что тогда? Что с тобой будет тогда?
– Я пойду к Дамблдору. Умрем вместе? – издевательски предложил он.
Они медленно двигались по комнате, благо ее размеры это позволяли, вокруг друг друга, как в каком-то извращенном танце. Волдеморт прекрасно осознавал, что если он перегнет палку, его бывший возлюбленный действительно может совершить эту глупость и пойти на поклон к директору. Действия Найджелуса Певерелла невозможно предсказать, это он твердо усвоил, еще будучи ребенком. Слишком порывистый, импульсивный. Гарри не был глуп, но эмоции мешали ему мыслить логически, и он никогда не заботился слишком сильно о своей выгоде, одновременно чересчур тревожась о гордости.
– Где гарантии, что ты уже не был у Дамблдора? – в бессилии выдохнул Лорд, останавливаясь. Он действительно волновался о том, где Гарри пропадает целыми днями, что замышляет. Пятьдесят лет назад его опекун был человеком, с которым считалась вся магическая Англия и Европа. Что бы там ни говорилось, а в сороковых годах общественность и власти прощали ему все скандалы и ошибки. Если он сейчас поднимет хотя бы половину старых связей, убедит их работать на себя,наверняка в войне появится третья сторона.
– Я не буду спрашивать у тебя разрешение на то, чтобы выйти из дома. Из моего дома! – воскликнул Гарри. – И я не был у Дамблдора, потому что никогда не нарушаю своих обещаний.
– Я приставлю к тебе человека, который будет везде ходить с тобой и после доложит, где ты был и с кем, – холодно сообщил Волдеморт. – Это приемлемо?
– Если это не будет Белла, – кивнул Поттер. Он вполне мог отказаться от встреч с некоторыми людьми. Их партия уже давно предусматривала такое развитие событий. Гарри встретился со всеми, с кем требовалось, теперь можно было ограничиться письмами.
– В таком случае Рабастан Лестрандж, – сообщил Волдеморт. Он был достаточно сильным волшебником, чтобы не попасть легко под какие-либо контролирующие чары Певерелла, и к тому же верным последователем, которому Лорд доверял настолько, насколько он вообще был способен доверять людям.
– Как ты объяснишь ему, кого он будет сопровождать. Мне постоянно придется прятать лицо, – нахмурился Гарри.
– Я скажу ему не думать об этом.
– И он послушает?
– Пожиратели слишком запуганы, чтобы не слушать, – усмехнулся Лорд. – Завтра ты присоединишься ко мне за завтраком и познакомишься с ним. Ты ведь никогда не видел его, верно?
– Видел, тогда ему было около шести месяцев, полагаю, – высокомерно возразил Гарри.
Когда Волдеморт покинул комнату, Гарри обессилено опустился на кровать. Не стоило кричать на Темного Лорда, ссориться с ним, но как же больно было находиться рядом. Когда Лорд находился далеко, мысли о нем отступали, Гарри воспринимал все немного иначе. Но сегодня, сейчас, в этой комнате... Они говорили, ругались, а Поттер мог думать только о Марволо, потому что он видел перед собой своего мальчика. Старше, изменившегося, но все еще где-то глубоко внутри…
Юноша свернулся калачиком на постели и прижал к себе подушку. Как же сейчас хотелось почувствовать на себе любимые руки, услышать какую-нибудь насмешливо-нежную чушь, позволить терзать свое тело в страстном порыве. Боги, Гарри скучал чудовищно, и выхода из этой ситуации просто не было.
***
Поттер и Тони спустились на завтрак в столовую, где ели почти всегда, так что в итоге получилось, что это Рабастан и Лорд присоединились к ним, а не на оборот. Слабое оправдание, но определенно щадящее гордость. Если Лестрандж и хотел что-то сказать по поводу своих соседей по столу, то ничего не решился произнести вслух. В помещении стояла удушающая тишина. Долохов не рисковал поднять от своей чашки взгляд и даже не шуршал газетами. Он был озадачен тем, что Волдеморт опять использовал свою маскировку для лица, которой не затруднял себя до возвращения Певерелла. Антонин начинал думать, что даже спустя полвека мнение Поттера все еще значит для Волдеморта больше, чем он хотел бы показать. Гарри высокомерно игнорировал окружающих. В нем бушевало слишком много эмоций, проще было спрятать их все.
– Итак, Рабастан, – наконец промолвил Лорд. – Будешь звать молодого человека лордом Найджелусом. Сопровождай его везде, куда бы он ни пошел, каждый вечер будешь докладывать.
Долохов невольно ухмыльнулся. Обращение, которое предложил Лестранджу Волдеморт, напомнило о тех днях, когда к Певереллу так обращались дети, друзья Марволо.
– Как прикажете, милорд, – покорно склонил голову Рабастан, с любопытством взглянув на Гарри, который посмотрел на него весьма неприязненно. Поттер не собирался забывать о том, что этот мужчина был одним из тех, кто до сумасшествия запытал Лонгботтомов.
– Рабастан, ты должен понять, что Долохов тебе в этом деле не союзник, – серьезно продолжил Лорд. – Он сменил хозяина.
– При всем уважении, лорд Мракс, у меня всегда был только один хозяин, – спокойно возразил Тони. Он не хотел этого, но фраза сама по себе вдруг прозвучала ужасно издевательски. И это вдруг еще больше напомнило троим из сидящих за столом прошлое, когда они так же завтракали или обедали и ругались между собой.
– Я собираюсь… – вскочил Поттер, прерывая болезненные воспоминания. Несколько мгновений он колебался, что сказать, потому что на самом деле еще не знал, чем займется сегодня. Но тут же спохватился. – Полетаю на метле. Давно не практиковался, а Гарри Поттер, знаете, капитан гриффиндорской квиддичной команды.
– Ты будешь летать на метле? – неверяще переспросил Долохов. Однако Певерелл уже развернулся и поспешил покинуть зал. Тони встряхнулся и поспешил следом. Ему нужно было еще разобрать кое-какие документы из Гринготтса, но он не собирался упускать зрелище. Ничего не понимающий Рабастан присоединился к ним.
Они шли через холл втроем, когда внезапный шум привлек их внимание. Через камин в дом вошли несколько Пожирателей Смерти, и Гарри поспешил закрыть лицо. Мужчины поздоровались с Долоховым и Лестранджем и с любопытством посмотрели на их юного спутника. Гарри же не обращал на них внимания. Он смотрел на медленно спускающуюся по лестнице змею. Он всего пару раз в детстве видел Нагини, и никогда прежде не обращал на нее слишком много внимания, но теперь Гарри мог понять то, чего раньше не осознавал – змея была одним из семи хоркруксов Темного Лорда. И это натолкнуло его на другую мысль, которая почти заставила его запаниковать.
