давая себе мгновение на передышку. Серебро вновь поползло по коже, выстраивая новую защиту.
Дим поднял кинжал, лежащий у ног. Яростные крики заполнили книжные лабиринты. Кто-то наткнулся на его ловушки. Пора уходить. Преследователей становилось все больше. Кольцо сужалось, загоняя его в западню. Димостэнис бросился в оставшийся свободный проход. За поворотом должна была быть та самая ниша, в которой хранился дневник. Топот ног был уже близко. И возбужденное радостное повизгивание хищников, уверенных в том, что им наконец удалось загнать свою жертву.
Совсем рядом, за спиной.
Дим бросил взгляд на заветную дверь. Не успеть. Слишком медленно восстанавливалась защита, без прямого источника энергии. Он остановился, поворачиваясь лицом к врагам. Их было пятеро. С такими же отличительными знаками, как у того парня. Понимая, что ему не хватает каких-то нескольких мгновений, но не привыкший сдаваться, Серебряный все же потянулся к внутреннему резерву.
Плетения братьев взлетели в воздух, разрывая его на куски, устремляясь к своей жертве.
- Именем импера.., - выпрыгнувшая из-за высокого стеллажа Эдвира, захлебнулась своим криком, поймав на свою ауру большую часть энергетического выплеска, направленного на Дима. Женщину швырнуло на полки, протащив несколько еров. Силовое поле вокруг нее повисло рваными линиями, из полученных ран хлестала кровь. Ее бойцы смяли очередную атаку, с трудом перенаправляя энергию своих ударов в другую сторону.
- Взять его! – прохрипела Эдвира. Она, шатаясь и собирая остатки ауры, пыталась подняться на ноги.
Дим, не ожидавший подобного подарка, все же не растерялся, с лихвой воспользовавшись полученными мгновениями. Серебряный щит закрыл его с головой, отразив новую атаку. Остатки непотраченной энергии острыми разящими клинками ударили по врагам. Димостэнис рванул в дверь. Безошибочно нашел глазами всего одну отличающуюся от остальных плиток на полу, одновременно хватая кодекс. Книга словно сама прыгнула в его руку, послушно признав в нем хозяина, и пол уехал из-под ног.
Глава 19
С самого своего детства Аурино Эллетери ненавидел стены этого дома. Каждый день его вынужденного здесь времяпрепровождения был подобен пытке. И каждое новое утро он начинал с обещания отомстить. Он уже давно вырос. Больше не боится, даже, наверное, не ненавидит, но свое желание он все же исполнил.
- Ты был прав, бывший советник, Серебряный пришел сюда. Откуда ты мог это знать? – правитель Астрэйелля не скрывая удовольствия, смотрел на скрюченную, иссохшуюся фигурку когда-то бывшего всемогущим главу Дома Дайонте. Когда-то. Бывшего. Всемогущим. Император смакуя прокрутил в голове благостные мысли.
- Ему нужен кодекс, - Талал Дайонте не отводил взгляд, когда светло-серые глаза изучающе пробегали по нему, распространяя вокруг себя волны удовлетворения. Он был хорошо знаком с этой стороной дара своего воспитанника. Аурино был сильный эмпат, умеющий не только чувствовать эмоции других, но и внушать окружающим его людям свои собственные.
- Кодекс? – император повернулся к стоящей рядом Эдвире. Главе его личной гвардии хорошо досталось прошлой ночью. Было видно, что она еле держится на ногах. Однако Аурино был все еще слишком зол, чтобы позволить ей уйти или хотя бы сесть в его присутствии. Пусть скажет спасибо, что он ее не добил за подобный провал и крушение своих планов.
Воительница пожала плечами в ответ на немой вопрос своего повелителя.
- Эта та самая книга, за которой он уже однажды приходил. Вы мне тогда еще не поверили, - напомнил императору Татал, - и я знал, что он обязательно вернется.
- Что в этом кодексе столь важного, за что можно так рисковать жизнью?
- Думаю, он как всегда ищет ответы.
- Он их там найдет?
- Он найдет гораздо больше. Вряд ли он сам понимает, что оказалось в его руках.
- И что же? – резко спросил император.
Талал тяжело молчал. Правитель Астрэйелля посмотрел на воительницу. Эдвира едва заметно кивнула и сделала несколько шагов вперед. Дайонте бросил на женщину взгляд то ли жалостливого презрения, то ли участливого удивления, так обычно изучают подопытную зверюшку, когда-то сидевшую в клетке и вдруг вырвавшуюся из очерченного круга. Однако молчание свое прервал.
- Считается, что Вольмир Иланди и ваш дальний предок Ивард Эллетери столкнулись с некой силой, над которой так и не смогли одержать вверх.
- А на самом деле?
- Они всегда были врагами. И доподлинно неизвестно к помощи каких сил они вынуждены были прибегнуть, чтобы одолеть друг друга в их личном противостоянии.
- Ты хочешь сказать, что Димостэнис сможет победить меня с помощью этого уже давно забытого раритета?
Талал пожал плечами.
- Не знаю.
- Не ври мне, бывший советник, - угрожающе произнес правитель империи, - я сумею найти способ сделать твою жизнь еще более невыносимой.
- Вольмир писал кодекс для своих прямых потомков, закрыв его с помощью своего дара. Он так и не был открыт. В те далекие времена ваши предки старались не допускать, чтобы одаренный с серебром в ауре вошел в свою истинную силу. Позже дневник был закрыт печатями Великих Домов, как подстраховка если он вдруг все же попадет в ненужные руки.
Император тяжело вздохнул. Он терпеть не мог все эти домыслы и сказания о временах прошедших и о предках их славных, считая сказками для детей. Как достоверно знать, что было сотни, если не тысячи аров назад?
- Чего же хочет Серебряный?
Талал развел руками. Император едва заметно дернул плечом, отдавая приказ стоящей рядом женщине. Эдвира, забыв о своих ранениях, мягко, словно хищница, почуяв долгожданный запах крови, скользнула вперед. Аурино довольно усмехнулся, уловив голодное ожидание, исходящее от воительницы и страх старого врага. Впрочем, узник держался довольно стойко.
- Димостэнис хочет воссоздать печати.
Император мягко хлопнул в ладоши, одергивая главу Братства Разбитых Сердец. Он обещал ей награду за верную службу. Она получит Палача, но пока это игрушка его, он сам еще не наигрался.
- У него получится?
-Если найдет нужную ему кровь, думаю да.
Аурино слегка подался вперед.
- Ты дал ему то, зачем он пришел.
- Он хотел убить меня.
Император разочарованно вздохнул и откинулся на спинку кресла, слегка щелкнув пальцами. Крик боли разорвал тишину комнаты. Узник лежал на полу, зажимая руками ногу выше колена, из которой торчала рукоять клинка.
- Я же предупреждал тебя: не ври. Если бы Димостэнис хотел убить тебя, он бы это сделал. Ты сам дал ему свою кровь. Определись, бывший советник, на чьей ты стороне. Кого ты ненавидишь больше меня или его?
Дайонте застонал. Оперся на локоть, подняв глаза на императора.
