— Мы выстоим! Мы победим! Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!
Кантор называл бы меня плагиатором и дал бы по шее. Но слова-то какие подходящие! Разве я мог бы придумать лучше? Даже если мог бы, то не в таком состоянии.
Глаза, глаза, везде, куда ни глянь, — блестящие от возбуждения, преданные, восторженные, они смотрят на меня как на бога и ждут от меня чудес… Ребята, я же не бог… я просто король… и немножко маг, ничем не лучше Харамы, может, сильнее, но по образованию примерно такой же невежда…
Оглушительный рев нескольких тысяч глоток… несомненно, с той стороны все это слышат и смеются над нашими попытками поднять боевой дух. Ладно, своим людям я хоть на какое-то время его поднял, а мне кто поднимет? Грибочков мне, грибочков! Полную горсть! Не для храбрости, а чтобы плакать не хотелось!
Вскинутые руки, звон оружия, мечи стучат о щиты, лязгают затворы, какой-то идиот выстрелил от полноты чувств… не могу, я сейчас все-таки заплачу! Они все умрут! Я еще, может быть, смогу уйти телепортом и захватить с собой нескольких человек, а все остальные полягут здесь, на этих гребаных стенах! Только потому, что они пошли за мной, поверили мне! Нет, никуда я не уйду. Если мы умрем, то действительно все. Без исключений для коронованных особ.
Может, к Семерке подойти потихоньку? Может, у Торни есть хоть немного грибочков, гномы, кажется, тоже их любят…
Нет, только не плакать… не должны… видеть зареванным… подданные…
Мы все умрем. Да, умрем. Все. Здесь. Но это не повод развешивать сопли! Я мужчина! Я король! Я должен!
Ну за каким демоном моя матушка дала этому эльфу!
— По очереди, — предупредил король, влетая в кабинет и падая в свое любимое кресло времен Деимара I.
Первой отозвалась Морриган, почему-то стараясь не смотреть никому в глаза.
— Жак нашел Мафея. Даже смог обменяться с ним парой слов и, если понадобится, сможет передать инструкции. Но, как я и говорила, определить местонахождение он не в состоянии. Мафей тоже не знает, где находится. С девушкой его разлучили, королеву он не видел. По крайней мере, выяснили, что он жив. Значит, пленников не убили сразу — и надежда есть.
— И вполне реальная, — поддержал ее Хирон, разворачивая на столе огромную карту, нарисованную, судя по всему, во времена его молодости. — Шестьдесят восьмой портал в последний раз активизировался четыре дня и восемь часов назад. Следующий сеанс будет сегодня в девятнадцать часов пятьдесят три минуты. Очень удачно. А еще большая удача заключается в том, что за полтора часа до этого портал будет активен на связь с сорок пятым… — Карандаш взлетел над картой и опустился неподалеку от Сорелло. — У нас будет прекрасная возможность перебросить все необходимое прямо через этот самый портал и спокойно дождаться в полной готовности, когда прибудет Горбатый со свитой и пленниками. Активное время — тридцать девять минут, можно хоть целый отряд переместить.
— Замечательно, — процедил Шеллар сквозь зубы, в которых была намертво зажата дымящаяся сигара. И это ясно свидетельствовало, что вовсе не так уж все замечательно. Если его величество был даже не в состоянии набить трубку, то дело действительно плохо. — Кто-нибудь, позовите мэтра Алена. Пусть пригласит сюда Флавиуса. Надо срочно обсудить подробности. Мэтр Силантий, что сказал Урр?
— Вождь заявил, что ничтожный похититель не только пожалеет о своей наглости, но и забудет собственное имя.
— Он согласился с вашими советами?
— Да, Урр сделает все так, как вы просили.
— Будем надеяться, что это сработает… — по-прежнему не разжимая зубов, проворчал король.
Хирон перебросился несколькими фразами с отсутствующим здесь Аленом и сообщил, что Флавиуса доставят минут через десять, как только он дослушает два последних отчета от подчиненных касательно поисков ее величества.
— Подождем… — кивнул король, но скучать в ожидании ни ему, ни почтенным мэтрам не пришлось. Прямо, посреди кабинета яркой зеленью заклубился телепорт и чуть ли не на королевском столе возник Толик. Вид у него был такой деловой и озабоченный, что с непривычки можно было поверить, будто инспектор Темной Канцелярии полностью осознал важность своей миссии.
— Здрасте, — поспешно кивнул он, обнаружив в кабинете толпу посторонних магов. — Ваше величество, можно говорить или уединимся?
— Говори, — тут же отозвался король и замер, даже сигару жевать перестал.
— В общем, они все живы, хотя Ресс и нагородил такого, что без пол-литра не разберешь.
— Дословно, — жестко потребовал Шеллар, — и без «величеств».
— Я вам тут что, диктофон — дословно? Тебе лично было рекомендовано не верить ночи, но радоваться дню. Понимай как хочешь. На прямой и четкий вопрос, где нам искать Киру, наш провидец зачем-то выдал ее точный психологический портрет. Когда же я напомнил, что собственную жену ты и без его помощи хорошо знаешь, а от него требуется местонахождение, Ресс «увидел» много воды, скелеты в подземелье и безымянную могилу. Можешь толковать это все на свое усмотрение. Только могилу близко к сердцу не принимай, она к делу не относится. Что-то Ресс толковал об украденном имени, я не совсем понял, но покойник точно вековой давности. Больше ничего он по делу не сказал, так как вдруг ни с того ни с сего обнаружил Макса. Вполне живым и в обществе двух прекрасных дев. Тут сеанс ясновидения пришлось закончить, так как присутствовавшие родственники хором взвыли, что убьют этого бабника сами, все кинулись искать, кто как умеет, и обо мне напрочь забыли. Вот и все, а я побежал, надо еще мистралийцам кое-что передать.
Король бросил в зеленый туман «спасибо» и склонился над картой, рассматривая южное побережье Мистралии.
— Флавиус должен лучше знать… — пробормотал он себе под нос, — есть ли в этих местах острова-тюрьмы…
Маги согласно закивали, вразнобой подтверждая, что обязательно должны быть. Только мэтресса Морриган, которая изменилась в лице еще при упоминании «украденного имени», осторожно поинтересовалась состоянием коллеги Истрана. Непонятно, зачем он ей понадобился именно сейчас. Вряд ли мэтр знал об островах-тюрьмах больше Флавиуса.
Однажды Кантору попалось в каком-то тексте слово «ад», и он спросил у Ольги, что это такое. Бедная девушка долго и честно излагала сначала мифологию родного мира, потом различные переносные значения слова, потом рисовала на бумажке корявых демонов с убогими рожками и длинными хвостами и даже, кажется, что-то исполняла в лицах. Кантор так и не смог достаточно ясно представить себе картину этого странного места, но сделал вывод, что придумать такое мог только полностью сбрендивший мистик. И никогда не предполагал, что настанет день, когда ему придется своими глазами увидеть наяву этот «бред безумного мистика».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
