Константин положил трубку и присел в кресло рядом со столом.
— Это… была госпожа, сэр? — спросила Берта осторожно.
— Да, это была госпожа, — ответил он, достав сигареты и подвинув к себе пепельницу.
Берта достала из-под стола табуретку с мягким сиденьем из темно-зеленого атласа и села напротив него.
— Но… не понимаю. Вы снова вместе? — задала она очередной вопрос.
— Я бы тоже хотел знать ответ на этот вопрос, — ответил он.
Звонок в дверь заставил Берту подняться, но Константин оказался быстрее.
— Я открою, — сказал он.
Марика была одета в длинное платье из белого шифона, поверх которого был накинут легкий плащ. В руках она держала сумочку и большую соломенную шляпу.
— Доброе утро, — поздоровалась она, посмотрев на Константина поверх больших и немного старомодных солнцезащитных очков. — Весна уже на подходе. Ну? Ты сидел на веранде или спал?
— Я сидел на веранде. Прошу прощения, я даже не успел переодеться.
— Ничего страшного. Главное, ты дома. — Она подала ему руку. — Ты выглядишь лучше, чем во время нашей последней встречи, хотя вид у тебя до сих пор усталый.
— Проходи.
Марика сняла очки и, сделав пару шагов вглубь гостиной, огляделась.
— Тут все так же, как и раньше… — сказала она задумчиво, изучая обстановку. — Господи, тут все точно так же, как было семь лет назад…
Константин прикрыл дверь и, подойдя к ней, остановился у нее за спиной.
— Теперь, когда ты появилась здесь, все действительно так же, как и раньше. — Он обнял ее за плечи. — Теперь все так, как должно быть.
Подошедшая Берта несколько секунд изучала Марику так, будто боялась, что та исчезнет. Гостья протянула ей руки.
— А вот и вы, Берта, — сказала она тепло. — Я скучала.
— И я скучала, — ответила та тихо. — Дайте-ка мне на вас посмотреть. Как вы похудели! И вы, верно, не завтракали?
Марика сделала было попытку уверить экономку, что она не голодна, но успехом попытка не увенчалась. Берта взяла ее за руку и повела на кухню.
— Идемте, вы должны позавтракать. Я приготовлю вам салат, и у меня есть свежий апельсиновый сок.
— Пока ты будешь завтракать, я переоденусь, — сказал Константин. — Или ты хочешь подняться со мной? Я покажу тебе новую мебель в спальне.
— О нет, нет, — покачала головой Марика, улыбнувшись. — Если я поднимусь с тобой, твое переодевание затянется надолго. Кроме того, апельсиновый сок гораздо соблазнительнее новой мебели. И нам с Бертой есть, о чем поговорить.
… Когда стол был накрыт, Берта села напротив гостьи и несколько минут наблюдала за тем, как она аккуратно подхватывает вилкой кусочки огурца с тарелки.
— Как вы поживаете? — заговорила экономка.
— В целом хорошо, — ответила Марика. — Лучше расскажите о себе. Что у вас нового? Как поживает ваша сестра? Как внуки? Дитрих уже учится в школе?
— Да. Анна говорит, что он очень способный мальчик. С Божьей помощью, все здоровы, и все меня радуют. Да разве может быть иначе? — Берта помолчала. — Хозяин очень нуждался в вас все это время. Но, думаю, вы и без меня об этом знаете.
Марика ограничилась легким кивком.
— Тут, конечно, бывали женщины. Но я чувствовала, что вы вернетесь. Я не говорила ему об этом, но, думаю, он это чувствовал. Сердце нас не обманывает.
— С тех пор утекло много воды, но мне хочется… — На долю секунды она позволила эмоциям отразиться на лице, но быстро совладала с собой и вернулась к еде. — Хочется, чтобы все было хорошо.
— Вы так и не вышли замуж?
Марика взяла салфетку.
— Да что вы, Берта. Давайте посмотрим правде в глаза: мужчине нужна женщина, а не аппарат по деланию денег. Мужчине нужна любовь и дети, деньги он может заработать сам.
— Ну вот, я готов, — подал голос появившийся в дверях кухни Константин. — Похоже, ты еще не закончила завтрак. Может, мне стоит к тебе присоединиться? Нет, пожалуй. Просто посижу с вами.
И он занял один из стульев.
Берта пару секунд смотрела на них, а потом улыбнулась.
— Вот, — сказала она, — теперь все действительно на своих местах.
Глава 28
Марика заняла водительское кресло, но заводить машину не торопилась.
— Ты действительно сделала мне сюрприз, — сказал Константин, надевая солнцезащитные очки. — И, к слову сказать, ты позвонила вовремя, потому что я собирался отобедать у Эвана.
— Пустоголовый денежный мешок с кучей деланных амбиций, — насмешливо фыркнула она. — Неужели тебе так скучно, что ты ходишь на субботние обеды к Коганам?
— О, что ты. На самом деле, у меня роман с его женой.
Марика заливисто расхохоталась.
— Эта бородатая шутка смешит меня каждый раз, — проговорила она.
— Я могу узнать, куда ты меня везешь?
— Это сюрприз. — Марика положила руку, в которой она держала ключи, на руль. — Сейчас я кое-что скажу тебе, Константин, только сделай одолжение — не перебивай меня. Как я уже сказала, я много думала после нашей последней встречи. Видишь ли, дело в том, что до того вечера я была уверена в правильности своего решения развестись с тобой, и только сейчас поняла, что это решение было основано на неверных доводах. Ты — замечательный человек, несмотря на то, что порой бываешь невыносим, ты не такой, как все остальные мужчины, и поэтому подход к тебе нужен особый. А мне тогда не приходило в голову, что к какому-то мужчине я могу относиться иначе. Я считала, что это ко мне, к женщине, мужчины должны относиться по-особому. И я размышляла, вспоминала некоторые моменты нашей совместной жизни. Вспоминала наши ссоры, периоды, когда мы не понимали друг друга. И только теперь я осознаю, что почти всегда была не права я, а ты бился головой о стену, которую я, сама того не подозревая, воздвигла собственными руками. Я принимала за слабость твои попытки найти компромисс, злилась, когда ты, стараясь сгладить острые углы, закрывал на что-то глаза. А на самом деле злило меня исключительно то, что ты, в отличие от меня, был достаточно мудр. — Марика вздохнула. — Будь я тогда умнее и прозорливее, я бы не позволила совершить многих ошибок, которые разрушили наши отношения. Если бы я внимательнее приглядывалась к тебе, думала о том, что ты чувствуешь… — Она запнулась. — Не была бы так занята работой, то не подводила бы тебя в те моменты, когда ты нуждался в моей помощи. И уж точно не сказала бы тебе о разводе в тот самый момент, когда я была нужна тебе больше всего. Я все это время уверяла себя, что ты — единственная причина этого развода, а теперь понимаю, что причина во мне. Я дошла до того, что устраивала тебе скандалы по поводу того, что ты якобы не замечал моих любовников… Самая важная вещь оставалась для меня непонятной. Тебе, как и мне, нужен был, прежде всего, надежный тыл. Тебе нужен был человек, который поймет и поддержит. А это очень сложно. Это гораздо сложнее, чем быть умной, веселой, красивой, желанной. Тебе нужна сильная женщина. И в какой-то момент я решила, что я для тебя слишком слаба. Ты поддерживал меня всегда, даже в те моменты, когда тебе самому было так тяжело, что хотелось умереть. А я этого не делала, и обвиняла тебя в слабости. Я приняла за слабость и твое решение отпустить меня тогда, когда я решила уйти, хотя теперь понимаю, что для того, чтобы отпустить любимого человека, нужно быть очень сильным. Я носилась с убеждением, что теперь моя жизнь пойдет на лад, и что я избавилась от человека, который тянул меня вниз. А ты спокойно нес свои чувства семь лет и, веря в то, что мне будет лучше без тебя. Семь лет! Я не знаю ни одного человека, который мог бы любить женщину семь лет, осознавая, что она никогда не будет ему принадлежать. Ты просил у меня дать тебе еще один шанс. Но это неправильно. Это я должна просить у тебя дать мне еще один шанс. И я должна бояться, что ты мне его не дашь, потому что у тебя на это есть полное право. Я была бы рада, если бы у меня появилась возможность перечеркнуть эти семь лет и исправить что-то в наших отношениях, тем самым избежав такого конца. Понимаешь, я…
