Если он любил ее, почему оставлял в Лондоне? Почему не брал с собой? Но когда она спрашивала его об этом, Луи всегда находил правдоподобные причины, а если нет – то просто говорил, что ему нравится, когда она ждет его дома. Он не смешивал бизнес с удовольствием, а когда заканчивал дела, то любил расслабиться и забыть о них, закрыть дверь и оставить заботы за порогом.
В его устах все это звучало достаточно разумно, Луи умел убеждать. Но, оставаясь одна, Дебби терзалась сомнениями.
Друзья не могли ей помочь. Грэйс, конечно, была очень забавна, но она была зациклена на себе и терпеть не могла говорить о чем-то, не имевшем прямого к ней отношения. Она лишь успокаивающе мурлыкала, что уверена: Дебби волнуется зря. И поскорее старалась сменить тему. Так что Дебби колебалась между надеждой, что в следующий его приезд все переменится, а в другой раз уверяла себя, что он на самом деле любит ее. И когда он сказал, что хочет поехать с ней на Джерси, Дебби подумала, что наконец-то ее молитвы услышаны.
– Когда? – с нетерпением спросила она.
– Пока точно не знаю. Я дам тебе знать.
– О, хорошо! – Дебби была озадачена, но больше не спрашивала. Луи всегда раздражался в таких случаях.
Она успокаивала себя приятными мыслями, что он увезет ее с собой на Джерси и это будет означать, что она наконец войдет в ту, другую, часть его жизни. На Джерси он будет обязан представить ее своим родным. Возможно, он даже попросит ее руки. Как бы там ни было, но это, думала она, должно означать, что их отношения вступают в новую, более благоприятную фазу.
Вряд ли можно было ошибаться больше.
Несколько дней спустя случилось нечто ужасное. Дебби открыла входную дверь и увидела на лестнице незнакомого человека – это был большой лысеющий мужчина с потрепанным лицом. Несмотря на то, что на нем была дорогая кожаная куртка, он напомнил Дебби вышибалу из не слишком пристойного клуба. Она инстинктивно сжалась.
– Я ищу Луи Лэнглуа, – сказал он. Голос его был грубый, с простонародным акцентом жителя Ист-Энда.
– Его здесь нет. Он на Джерси.
– Вы уверены? – Мужчина, похоже, сделал попытку пробиться в квартиру. Дебби отстаивала территорию.
– Конечно, уверена.
– Г-м-м. – Он принял это к сведению. – А когда вы ждете его назад?
– Не знаю. – Мужчина недоверчиво посмотрел на нее. – Не знаю! – повторила она.
– Тогда вам стоит передать ему кое-что, а? Скажите ему, что Джорджу нужны от него деньги. А если он не достанет, то у него будут неприятности.
– Кто этот Джордж? Что за деньги?
– Он знает. Если он скоренько не заплатит, я вернусь. И в следующий раз с компанией. Просто скажите ему – ладно?
Он поскреб смуглой рукой подбородок, отливавший синевой от щетины, которую необходимо было брить раза два в день. Дебби не поняла, что там блестело у него на пальцах – кольца или кастет.
– Я передам ему, – сказала она и захлопнула дверь, тяжело привалившись к ней. Она на самом деле испугалась.
За неделю до этого звонил Луи, Дебби была дома, набросив на дверь цепочку. Увидев какую-либо подъезжавшую к дому машину, она дрожала от страха и пряталась за шторами, а когда пару раз в дверь позвонили, она притворилась, что ее нет дома. Где же Луи? Почему он не звонит ей? Она раздумывала, может ли как-нибудь связаться с ним, но он запретил ей это делать, и она ждала, пока, в один прекрасный день, он не позвонил.
– Луи, я так рада тебя слышать! – Она чуть не разрыдалась, когда услышала в трубе его вялый, как всегда, голос. – Я так беспокоилась!
– Почему? Что случилось, Киска?
– Сюда приходил один человек – ужасный тип. Он сказал, что пришел от какого-то Джорджа, которому ты должен деньги. Он сказал, что, если ты быстро не возвратишь, он вернется. Он угрожал мне, Луи. Он так напугал меня!
– Успокойся, Киска!
– Но, Луи…
– Об этом не беспокойся. Предоставь это мне. Я разберусь. Просто не подходи к двери, поняла?
– Не собираюсь, обещаю тебе! Но что он имел в виду? Что за деньги ты ему должен?
– Это бизнес, Киска. У нас с Джорджем было одно дельце, а он оказался нетерпеливым гомиком. А теперь слушай, ты помнишь, я говорил, что хочу взять тебя на Джерси?
– Да, конечно.
– Ну, можешь завтра прилететь? Сердце ее забилось.
– Разумеется. Во сколько?
– Сама выберешь. Воспользуйся услугами моего бюро путешествий – их номер у меня в книжке, на столе. Когда прилетишь на Джерси, возьми такси в отель «Пом-д-ор», в Сент-Хелиере. Там я тебя найду.
– Луи…
– Мне некогда, Киска. Увидимся завтра.
На другом конце провода щелкнуло, разговор прервался. Дебби стояла и держала в руках трубку, обескураженно глядя своими ясными бирюзовыми глазами.
Она не слышала, чтобы Луи раньше упоминал гостиницу «Пом-д-ор», а она-то думала, что знает все названия отелей Лэнглуа – когда Луи в первый раз улетел на Джерси, она произносила их вслух, как литанию, – «Бельвиль», «Ла Мэзон Бланш», «Вэстерли», «Бель Флер». Но там не было «Пом-д-ор». Точно, «Пом-д-ор» не было. Очень странно. Но завтра она снова будет вместе с Луи. Он все объяснит Дебби облегченно улыбнулась и положила на место трубку.
– Я так рада за тебя, Дебби, – сказала Грэйс. – Луи и вправду с тобой плохо обращался.
Девушки сидели вместе за бутылкой шампанского, устроившись с ногами в глубоких креслах, которые были, пожалуй, единственной данью комфорту в лондонском доме Луи. Поговорив с Луи и заказав билет на Джерси, Дебби позвонила Грэйс, сказала ей, что собирается на некоторое время уехать, и они вместе коротали вечер.
– Да нет, он неплохо относился ко мне, – возразила Дебби. Как бы она ни была огорчена или обеспокоена, она всегда стояла на стороне Луи, если кто-нибудь критиковал его.
– Нет, плохо! Я бы этого не выдержала! Я уже начинала было думать, что творится что-то странное, особенно когда приходил тот верзила и угрожал тебе. Честно говоря, я бы не удивилась, если бы услышала, что он просто смылся и бросил тебя.
– О Грэйс, ничего подобного! Просто Луи настолько занят, и он не думает…
– Уверяю тебя, он именно думал! – мрачно сказала Грэйс. – Если бы Валентин так обращался со мной…
Валентин, этот аристократ, до сих пор был любимым мужчиной всей жизни Грэйс. Когда тема, непосредственно не касавшаяся ее, была исчерпана, Грэйс вернулась к смакованию своей знойной жизни.
Дебби бродила по номеру в «Пом-д-ор», то и дело поднимая занавеску, закрывавшую окно, и глядела на улицу.
Она начинала испытывать сильную тревогу: вот уже четыре часа, как она здесь, а от Луи до сих пор ничего нет. Она хотела есть, что-нибудь выпить – что-нибудь покрепче, – но боялась выйти из комнаты: а вдруг он позвонит, пока она будет отсутствовать? Сейчас больше, чем когда-либо, она жаждала услышать его голос, чтобы разогнать дурные предчувствия, которые с каждой минутой угнетали ее все сильнее.
