оставил её в мойке, пусть жена помоет, когда вернётся домой. Крымские вышли на улицу и Вадим глубоко вдохнул в лёгкие морской воздух, уже два года они жили на средиземноморском побережье Испании. В небольшом городе с чистым воздухом, хорошим образованием для детей и инфраструктурой.
После свадьбы Вадим и Катя сели как-то вечером и обсудили своё будущее, продали всё имущество, бизнес и уехали в декретный отпуск на море. Они оба всю жизнь куда-то бежали или от чего-то, и только приехав сюда, они остановились и выдохнули, просто наслаждаясь жизнью, учили язык, строили планы, чем бы им заняться, чтобы не заплесневеть. Пока занимались только своей семьёй, Вадим учил язык, они много путешествовали и обживались на новом месте.
— Пока, пап, люблю тебя, сильно-пресильно! — наперебой заголосили мальчишки, прощаясь с отцом.
Он крепко обнял их и поцеловал в тёмные макушки.
— Я вас тоже люблю. Бегите, вечером пойдём гулять на пляж.
Львёнок и Тигрёнок побежали к своим друзьям из группы, махая на ходу улыбающемуся отцу, который любил их больше жизни, как и свою жену.
* * *
Вадим остановился на парковке возле отеля и тяжело вздохнул, в который раз спрашивая себя, зачем он приходит сюда снова и снова? Он вошёл в лобби отеля и взял ключи от номера, поднялся на третий этаж и открыл дверь. На кровати в призывной шлюшьей позе сидела девушка с длинными волосами цвета вороного крыла, на ней было больше ничего кроме кожаного ошейника на шее. Вадим закрыл за собой дверь, и подошёл к ней, взял за подбородок и заглянул в карие глаза. Она едко улыбнулась, будто насмехаясь его слабости. Опять пришёл, от жены прямиком к любовнице.
— Я в душ, жди меня на коленях и с открытым ртом.
Довела его жена, а отвечать за неё будет любовница, усмехался про себя Вадим, стоя под душем. Полтора года, как у него появилась любовница, с которой они встречались раз в пару недель и отрывались без тормозов и всяких ограничителей скорости. Она каждый раз его удивляла — всегда разная, с новым интересным предложением своего тела, готовая на всё. Это манило, Вадим на неё подсел, хотя понимал, что то, что они делают это неправильно, но раз за разом возвращался к ней. Хотя его жена была ничуть не хуже во всех отношениях.
Вадим, который сам себя посадил на голодный паёк, закончил с любовницей быстрее обычного, а, может, она сегодня была слишком хороша и очень старалась. Они лежали в постели, пытаясь отдышаться, не дотрагиваясь друг до друга. Девушка вскочила с кровати и начала одеваться.
— Скоро муж с детьми вернутся, нужно готовить обед.
Да, они оба были счастливо женаты, были хорошими мужем и женой, которые иногда встречались, чтобы побыть любовниками. Перед уходом Вадим проверил ванную комнату, она иногда забывала там свои кольца. Постоянно снимала их перед греховной связью. Забыла, опять, Вадим положил их в карман, чтобы вернуть, пока муж не заметил.
* * *
Катя яростно намывала посуду в раковине, когда в дом ворвались два маленьких урагана и накинулись на неё. Она бросила тарелки, сняла резиновые перчатки и опустилась на колени, обнимая своих любимых мальчиков. Они начали болтать на двух языках, перебивая друг друга, и не замолчали, пока не рассказали все события этого дня в детском саду. Катя слушала, сияющими глазами глядя на своих сыновей, пока Вадим поглядывал на них из-за стола, листая сообщения в телефоне.
— Бегите в сад, поиграйте с Зефиркой, я вас позову, будем обедать.
Когда дети убежали, Катя снова отвернулась и занялась мытьём посуды, будто не замечая мужа. Он резко поднялся и подошёл к ней сзади, нагнулся к её уху и тихо сказал:
— Сними перчатки и посмотри на свой безымянный палец правой руки, Бесстыжая!
— Блин, опять забыла!
Катя сняла перчатки и повернулась к Вадиму, протягивая ладонь, — на которую он положил два кольца, которые она тут же надела. Она усмехнулась, глядя на хмурые брови своего мужа.
— Думала, ты сегодня не придёшь.
Вадим грубо схватил её за талию и притянул к себе, целуя в губы. Последние полтора года он изменял своей жене с ней самой. У всех жёны как жёны, любовницы как любовницы, а у Вадима Отбитая, и этим всё сказано. Ей захотелось добавить огонька в их отношения и вышел лютый пожар.
— Дома мы муж и жена, у которых есть обязательства и обязанности, а там мы можем быть кем захотим, — говорила она, когда он только в это ввязался.
Катя задержала дыхание и обвила его шею руками, пока муж никак не мог насытиться их поцелуем.
— Великан, извини меня, я вела себя, как дура, больше не буду, — вздохнула она.
— Не говори так, Катя, ты не вела себя, как дура. Просто ты не можешь смириться.
— Да, Вадим, не могу, прости. Никогда не смогу.
Она уткнулась ему в грудь лбом, тяжело дыша, пытаясь не заплакать, он обнимал её, поглаживая по спине. Ей нужно было смириться, что детей у них больше не будет. Она просила попробовать ещё раз, но Вадим был не согласен. Он боялся, что всё повторится, пусть без маньяков и подвалов, но с угрозой её жизни.
* * *
Полтора года спустя
В доме Крымских стало слишком много людей. Вадим взглянул на пол, где развалились на подушках Ярик и Владик, глядя в экран большой плазмы. Они смотрели новый мультфильм, который недавно вышел из проката. На кресле сидел Стасик, с открытым ртом. Катя у Вадима под боком, положила ему голову на плечо. У её ног — Львёнок, на коленях лежала рыжая голова её младшего брата по отцу, родители которого уехали в романтическую поездку в Париж. Катя перебирала его рыжие волосы и улыбалась, Тигрёнок рядом с ней насупился, ревнуя свою маму. Он обхватил её предплечье двумя руками и прижался к нему щекой. Мама в их почти мужской семье была нарасхват, всем нужна и жизненно необходима.
Вадим опустил свой взгляд — на его груди сопела девочка, с тёмными, как у братьев волосами. Маленькая Лея появилась на свет восемь месяцев назад. Катя так и не смогла смириться, что у неё никогда не будет дочери, а Вадим не мог смотреть, как она от этого страдает и плачет украдкой по ночам. После нескольких врачей, десятков анализов, они решили попробовать, её девятая попытка, которая оказалась удачной. Семечко от Великана снова проросло.
Он только научился быть отцом сыновей, как надо было учиться
