шум из кузнечных мехов, не то на стон — и ничего не ответил, пытаясь устроиться поудобнее у бревенчатой стены.
- Я Аслейф.
- Рен... - буркнул лучник, копошась у себя в сумке.
Сквозь дрему пленница наблюдала, как Рен разложил перед собой остатки ее одежды, достал иглу вместе с суровыми белесыми нитками, и принялся за починку. Глаз он так сегодня и не сомкнул.
Теодорика и Свена быстро осведомили, что несмотря на большие потери основная задача была выполнена — оба мангонеля были уничтожены, и их ремонт займет немало времени, да и многие инженерных дел мастера были истреблены. Дождавшись окончания негласного перемирия, во время которого и осаждающие, и защитники занимались сжиганием павших — естественно, не приближаясь друг к другу ближе, чем на полет стрелы, гномы и стюрангардцы продолжили приготовления. Вероятность того, что второй лобовой штурм будет успешен, была невелика, а потому в дело вновь вступили камнеметы гномов.
Машин выкатили полтора десятка — все, что уцелели после неудачной попытки выдвинуть камнеметы на позицию. Расчеты прикрывали мантелеты, и против баллист это было достаточной защитой.
Фэм мог ругаться сколько угодно — но стрелы их уцелевших орудий были практически бесполезны. Под их обстрелом лишь время от времени меняли осадные щиты, посему главный инженер отдал приказ прекратить— снарядов было не так много, как хотелось, а для новых щитов у осаждающих был целый лес.
На попытку дворянского ополчения сделать вылазку, из лагеря тут же показались гусары — и воинам под командованием Густава не осталось ничего, кроме как бессильно бранясь отойти назад.
Орудия, наконец, были заряжены, выверены, и первый залп обрушился в сторону защитников Арн-Дейла.
Обстрел продолжался даже ночью, и защитники не в силах были им помешать. На ночь гусары отправлялись в лагерь со своего дежурства, после чего всю ночь рейдеры и гномы жгли костры вокруг орудий, не оставляя шансов лазутчикам. Уверенные в своей безнаказанности, осаждающие наладили добычу камня прямо в карьере, который верой и правдой доселе служил Арн-Дейлцам. Прямо из карьера их отправляли в сторону города — калибровкой гномы себя не утруждали, в ресурсах они ограничены не были, да и орудий было полтора десятка. Камни частенько попадали в стены, но то, что строилось не один год - нельзя уничтожить в одночасье. Некоторые камни перелетали через стены, разрушая дома. Прежде, чем кто-то мог пострадать, обитатели домов близ стен перебрались поглубже в город — дальше, к счастью, снаряды улететь не могли. Завсегдатаи трактира «Под Бревном» - в основном дружинники, помогли всему заведению перебраться вглубь города. Осада осадой, готовить там стали куда как скромнее, но вот погреться в бадьях и пропустить кружечку всем еще хотелось, так что легендарное заведение вполне себе держалось на плаву.
На стенах оставались только немногие часовые, остальные отряды, находились в городе или в своих расположениях — но всегда были начеку. Однако, было ясно, что теперь их не станут атаковать прежде, чем рухнет хоть сколь-нибудь значимый кусок стены.
Это было делом времени, но люди уже, кажется, перестали обращать внимание на доносящийся то и дело от стен город — забот тоже хватало.
Однако, необходимо было срочно что-то придумать. Атакующих все еще было немало, и на улицах города их было бы удержать непросто.
Хелдор после случившегося в тот же вечер пробрался – нет, скорее прошел, потому как мало кто его мог в тот момент остановить, в погреба графа, там сгреб несколько бутылей крепкого вина и заперся у себя в комнате.
Прошел вечер, ночь, затем весь следующий день – иные думали, что он будет в своей комнате, выть, кричать, клясть судьбу – но он молча и по-черному пил.
Разбудил его шум, ну а еще нещадно хотелось пить. Превозмогая пульсирующую боль, он резко вскочил с кровати, осматриваясь. В своей комнате. Уже неплохо. Осмотрел себя — уснул в нижней рубахе и подштанниках, значит. Оглядел кровать. Еще и один. Слава богам.
- Мы охраняли вашу честь не смыкая глаз. – услышал он знакомый голос.
- Всякий осмелившийся был выдворен Халдыком, гауптман.
Хелдор обернулся на голос, полный яда, увидев Флеру, вошедшую в комнату. За ней прошел внутрь и Трубадур.
-То есть? - не сообразил командир пикинеров.
- К тебе хотела зайти Альда - Клаттер сказал, что, вроде как, пособолезновать, но знаем мы таких. - Означенный дружинник в это время молча подал для Хелдора рассол в деревянной кружке. - но она — продолжила воительница, пока тот пил, - едва увидев меня, сказала, что зайдет попозже... И куда-то очень сильно заспешила.
- Ты напугала ее- сказал Хелдор, надеясь, что это будет выглядеть обвиняюще, но наткнулся на раздраженный взгляд Флеры.
- Может, Вам еще начать сюда баб из борделя приводить, гауптман. Или надо было пустить к вам Евик. Мне кажется, она хотела проникнуть к вам со встречным визитом, но тоже сбежала, увидев, что у ваших дверей часовой.
- Да какой я нахрен гауптман? – Рявкнул Хелдор так, что у него запульсировало в висках.
- Да вот как-то… Привязалось, благодаря тому имперцу.
-Альда… - проговорил Хелдор, прислушиваясь к шуму в голове, - может и правда хотела поговорить со мной…
- Кто-то не хотел ее к себе пускать даже на выстрел из лука – холодно сказала Флера – потому как если бы не твои друзья – ваша, командир, голова, до сих бы торчала где-нибудь на столичной площади. Такая потемневшая, сморщенная, и с выклеванными глазами - Клаттер, удивленно глядя на Флеру, буркнул, что принесет завтрак, и поспешил исчезнуть.
Когда он пропал из виду, Хелдор спокойно заметил:
- Ты ведешь себя... Неправильно.
- Я не отчитываю Вас перед всеми, попрошу заметить. Ну… Трубадур уже вроде как свой – чуть смущенно сказала Флера - Если Вы хотите навести тут субординацию, начиная с меня — что ж, я отправлюсь на исправительные работы, или можете повелеть мне всыпать плетей.
- Об этом и не было речи, но...
- Вы запутались, командир. – оборвала его девушка. - Я знаю, что с Альдой у вас что-то может что-то наладиться, но... сейчас не подходящее время. Просто боюсь, что вы, отдавшись воле чувств... Подставите от остальных.
- И ты хочешь сказать, это единственная причина, по которой
