любое свободное пространство, открывающееся на соседних полосах. Хотя с точки зрения скорости и быстроты эти опасные суетливые маневры были бессмысленны в таком плотном потоке.
Обухов, не обгоняя, ехал рядом, присматриваясь к манере езды шатенки; Недаром же говорят — кто как ездит, тот так и ведёт себя.
— За светофором она свернет, — донеслось из шепелявой рации. — Нам ее догнать?
— Да, — сказал Обухов. — Как только свернет, тормознем.
Белая девятка, мигнув красными габаритными огнями, аккуратно по зеленой стрелке свернула с эстакады направо. Следом за ней в тихий тенистый проезд свернули две машины. Серый «БМВ» подрезал девятку и ловко вильнул в сторону, спасая бок от возможного столкновения. Машина сопровождения вплотную шла сзади. Тормоза девятки резко взвизгнули…
— Вы что? — испуганно и злобно крикнула шатенка, высовываясь из окна. — Кто так ездит? Вы пьяные, что ли?!
Обухов на своем «БМВ» плотно прижал ее к обочине, машина сопровождения остановилась сзади. Обухов, выскакивая, видел, как округлились, буквально на лоб полезли сильно подведенные глаза шатенки. В кулаке ее возник мобильник, но набрать 02 она так и не успела. Обухов мягко поймал ее за хрупкое запястье:
— Вы грубо нарушили правила…
— Я?! Это вы…
— Вам придется проехать с нами в отделение. Это ваша машина?
Дальнейшее было Обухову знакомо. И называлось коротко — бабья истерика. Когда они спешили на всех парах в ближайшее отделение милиции, Шатенка бурно выходила из себя. На ее голых загорелых коленях покоилась джинсовая сумочка, которую она в порыве негодования то и дело мяла и когтила своим ухоженным маникюром. В этой элегантной сумочке уже ждал своего часа пакетик с белым порошком. Обухов положил его туда в самом разгаре разборки на дороге, было совсем не трудно. Он давно уже успел заметить: когда фигуранты бесятся, обзывая вас ментом, сволочью и легавым, они за своими вещами и карманами не следят, а зря.
В отделении милиции их и задержанную сразу же проверки в свободную комнату при дежурной части. И вот тут в к присутствии понятых, роль которых исполнили оперативники первой машины сопровождения, не светившиеся в погоне и задержании, Обухов многозначительно и грозно заявил, что в ходе профилактического рейда в рамках операции по борьбе о… уличной торговлей наркотиками в отделение доставлена гражданка… Он достал из сумки задержанной паспорт — гражданка Зарубко Жанна Григорьевна.
— Да вы что, все здесь больные, что ли? — истерически крикнула Жанна Зарубко. — Откуда у меня трава, колеса?! Нате, хоть обыщите!
В ее речи отчетливо слышался южный украинский говор. Обухов перелистал паспорт — так и есть: место рождения город Шахты Донецкой области. А прописка ростовская. Вежливым жестом он взял сумку гражданки Зарубко и вытряхнул ее содержимое на стол. Расстегнул под ястребиными взорами липовых понятых молнию на боковом кармашке. И положил вытащенный оттуда пакетик с подозрительным белым порошком рядом с пудреницей, ключами, телефоном и пачкой сигарет.
— Вот как раз то, что мы ищем, — сказал он, скорбно смотря на ошарашенную Жанну Зарубко, — Дозы на две потянет. Сами, Жанна Григорьевна, героином балуетесь или везете кому-то на продажу?
Через полчаса первый и самый ответственный этап был завершен. Жанна Зарубко под присмотром оперативников сидела в соседнем кабинете — зрела. Из кабинета доносились ее судорожные всхлипы.
Геннадий Обухов закурил впервые за этот день с наслаждением и свернул протокол изъятия наркотиков трубочкой. В дверь заглянул помощник дежурного по отделению.
— Нам-то что с ней дальше делать? — спросил он хмуро. — Скоро ведь отпускать надо.
— Пусть еще полчасика посидит тут у вас. Потом я ее сам отвезу, — успокоил коллегу Обухов.
— А с этим как же? — помощник дежурного (молодой, наивный) покосился на пакетик с белым порошком, все еще лежавший на столе. — Это ж все равно незаконно… нарушение…
— А в чем мы нарушили закон? — Обухов удивленно поднял свои темные брови.
— Героин на экспертизу надо, — сказал помощник дежурного. Весь вид его красноречиво свидетельствовал, что он крайне не одобряет действий этих приезжих оперов и в душе, возможно, сочувствует их жертве — красивой и зареванной Жанне Зарубко: молодость, молодость…
— А где вы видите героин, лейтенант? — удивился Обухов. Раскрыл пакетик, высыпал порошок себе на ладонь, протянул коллеге. — Как в сказке про Алису, помните — съешь меня? Натуральный ксилит. Я его сахару предпочитаю и вам настоятельно советую. Профилактика диабета.
Помощник дежурного коснулся порошка на протянутой ладони и недоверчиво поднес палец к губам, пробуя героин на вкус. В соседнем кабинете продолжала всхлипывать Жанна Зарубко. Обухов подмигнул озадаченному помощнику и, легко дунув, стряхнул сладкое ксилитовое облачко со своей ладони.
Глава 14
МОНТЕКРИСТО
— Вы снова на речку? Купаться перед сном? — спросила Вера Тихоновна, окидывая Катю с ног до головы придирчиво-любопытным взглядом.
Катя сидела на маленькой терраске у открытого настежь окна. На подоконнике перед ней были круглое складное зеркало и раскрытая косметичка. Катя красила ресницы, легкомысленно прикидывая, стоит ли в этот непростой с точки зрения складывающейся оперативной ситуации вечер воспользоваться блеском для тела или это будет чересчур красноречиво?
Для визита к Павловскому Катя выбрала черный льняной сарафан. Причем мысленно поздравила себя, что все же взяла с собой хоть одну приличную вещь, а не ограничилась советами «драгоценного В. А.» насчет вечных джинсов.
с носков, резиновых сапог и ветровки. То, что допрос свидетеля волей-неволей воспринимается контексте проблемы вечернего макияжа и нарядов, Катю, конечно, ужасно раздражало. Но раздражение это было им-то особенным, волнующим и совсем не неприятным. Даже напротив.
Вместе с Павловским Катя надеялась допросить и Константина Туманова, если он будет дома. Отчего-то во время сборов ей казалось (а может, в глубине души она даже на это рассчитывала), что Александр Павловский проведет с ней этот вечер g глазу на глаз. Утром в присутствии Полины он и намека не сделал на их вчерашнюю встречу на реке. Но по его глазам… Катя вздохнула — ах, эти лживые хамелеоны — мужские глаза, как порой умеют они меняться. Случайно или нет, но в глазах Павловского сегодня утром красноречиво читалось, что встречу на реке он помнит прекрасно, потому что, наверное, успел разглядеть купальщицу во всех деталях. Так тебе и надо, — думала Катя, яростно причесываясь. — В следующий раз не будешь разыгрывать на оперативном задании нимфу Кукуйского ручья. Эта самая кукуйская нимфа была любимым выражением драгоценного. У него порой для Кати в нежную минуту находились самые стремные словечки. Катя снова вздохнула, закрыла косметичку и набрала сотовый номер Кравченко — абонент не отвечает. Жаль, очень жаль. И где его
