этой Галактике есть кто-то ещё, кроме Палпатина, — заметил он, изучив последние сводки.
— Ты имеешь в виду, ещё один Тёмный Лорд? — нахмурился Вейдер.
— Возможно. Ещё одна сила, которая играет судьбами триллионов разумных. Некто, способный координировать сверхсложные системы. По правде говоря, даже не все Владыки Ситхов могли это делать. Каждый из нас в первую очередь вкладывал Силу в то, к чему он привычен в своей повседневной жизни. Я использовал Силу для инженерных расчётов, Плэгас — для экономических, Сидиус, похоже, делает то же самое с политикой, ты применяешь её для пилотажа… Но мы говорим «экономика», подразумевая «искусство делать деньги», и говорим «политика», подразумевая «искусство захватить и удерживать власть». Есть, однако, и иные аспекты… Наука об организации перемещения ресурсов, об управлении государством как системой. Некоторые называют её политэкономией, другие — кибернетикой, третьи — менеджментом… Так вот, если предположить, что кто-то вложил Силу в эту отрасль знания… увидим мы как раз то, что видим сейчас. Кто-то потихоньку, незаметно для Сидиуса, перестраивает всю экономическую систему Галактики…
— В какую сторону перестраивает?
— А вот это самое интересное. В сторону совершенно утопическую и никому совершенно не нужную. В сторону роста эффективности, стабильности, безопасности, богатства… В сторону того, что дилетанты назвали бы процветанием…
Пальцы Вейдера, направляемые Тенебрусом, с нечеловеческой быстротой и гибкостью метались по клавиатуре, отправляя десятки запросов в Голонет и выстраивая из ответов информационную систему.
— Я очень отдалённо могу представить себе, КАК он это делает, но в упор не понимаю, ЗАЧЕМ и КТО. Ни одному ситху, да и вообще тёмному адепту, подобное в голову не придёт. Благоденствие замедляет эволюцию, мешает естественному отбору, лишает разумных мотивации. А ни один джедай, да и вообще светлый адепт, не смог бы залезть в политику столь глубоко, не свалившись при этом на Тёмную Сторону. Для них это одно из величайших искушений…
— А ты можешь вычислить ГДЕ? — с интересом спросила Митра.
— Когда жив был — точно не смог бы. Но сейчас, когда я по сути сгусток чистой Силы, и не ограничен возможностями биологического тела по части восприятия… Предел моих вычислительных возможностей лимитирован по сути только количеством доступной Силы, так что если тебе это действительно интересно… Это ты у нас королева — администратор энергетических мощностей Избранного.
— Подождёт. Кем бы ни был этот неизвестный игрок, он нам сейчас не враг — а вот насчёт тебя я до сих пор в этом не уверена. Сейчас нам нужно проверить, насколько достоверны твои утверждения насчёт того, что Сидиуса ты можешь одной левой. Лезть на Тёмного Лорда только на основании слов одного призрака — как-то слишком щедро по отношению к тебе. Нужно опробовать твои возможности в деле.
— Легко. Назначь противника, дай мне управление — и я его уничтожу.
— Пусть выбирает Вейдер. Я ещё недостаточно разбираюсь в современной обстановке, ты, как понимаю, тоже. Анакин, у тебя есть на прицеле кто-нибудь достаточно сильный, достаточно недружелюбно настроенный, но при этом всё же не настолько страшный, как Сидиус? Чтобы мы с ним в принципе могли справиться и сами, если дела пойдут не так, но с трудом?
— Дай подумать… если я продолжу вырезать джедаев, выживших после Приказа 66, вы с Шаак Ти меня сами убьёте. А все ситхи и Инквизиторы слишком плотно повязаны с Сидиусом, и нападать на них — значит вывесить большой плакат «Я здесь».
— Так сражение не обязательно должно быть насмерть, — возразила Митра. — Если мы выиграем у той же Шаак Ти десять учебных боёв из десяти…
— Обязательно! — отрезал Вейдер. — Только сражаясь за свою жизнь адепт Тёмной Стороны может раскрыть весь свой потенциал. Никакие тренировки этого не дадут.
— Так то Тёмной. Шаак Ти — джедай. Настоящий, а не непонятное недоразумение вроде меня. Ей не нужно злиться, чтобы показать всё, что она умеет. А то, что ты будешь биться не в полную силу — это даже хорошо. Значит, у нас останется определённый запас нераскрытых возможностей для боя с Палпатином. Если Тенебрус сможет справиться с мастером-джедаем, не испытывая страха за жизнь — я поверю, что его умения действительно так хороши, как он говорит.
— Ладно, попробуем так, — буркнул Вейдер, хоть и не убеждённый окончательно.
К середине пятого боя, однако, Тёмной Стороны у них уже было более чем достаточно. Шаак Ти впервые в жизни оказалась по-настоящему напугана. Даже убегая от клонов, исполнявших Приказ 66, она не испытывала страха, а здесь… Хоть и бой с союзником, хоть и не всерьёз, но… впервые в жизни джедайка не могла сделать с противником ровным счётом ничего. Тенебрус в теле Избранного оказался настоящим монстром. Каждое движение тогруты оказывалось просчитано и разложено на составляющие раньше, чем она его начинала. Это не было предвидение — Тенебрус был его лишён, но он в таком и не нуждался. Он просто учитывал все возможные векторы движения противника, встречая их скупыми, но точными контрмерами. Шаак Ти же его предвидеть не могла в принципе — как все ситхи, он был мастером по затемнению чужого восприятия. Первый бой он выиграл менее чем за секунду, пятый — за восемь секунд. На этом Митра и Кел-ет единодушно велели прекратить, поскольку Шаак Ти уже готова была сама пасть на Тёмную Сторону — гнев и страх в ней подошли к опасному уровню. Пришлось уже ей отсиживаться в поле исаламири и медитировать, изгоняя мрак из своих мыслей.
— Ты случайно не был знаком с одним парнем по прозвищу Числовик? — поинтересовалась Митра.
— Нет, а кто это?
— Да так, один мой знакомый из старых времён. У него был очень похожий стиль боя, разве что без светового меча…
— Вот световой меч меня и беспокоит, — заметил Вейдер. — Я согласен, что как фехтовальщик ты безусловно велик, однако Шаак Ти не применяла против нас ни телекинез, ни Молнию Силы, ни другие атакующие техники — джедаям они запрещены. Сидиус же — известный мастер во всём этом.
— Трюки для запугивания детей, — отмахнулся Тенебрус. — Погасить и нейтрализовать все эти техники значительно проще, чем призвать и активировать. С твоим энергетическим резервом и моим восприятием — ни один камень просто не сдвинется с места и ни одна молния не вспыхнет.
— Он прав, — кивнула Сурик. — Телекинез — самое эффективное оружие против не-одарённых, а
