хотя бы одну сторону личности.
— «Теперь ты хочешь перейти на мы? Кого еще решил убить? Кстати, ты осознаешь, что если Октавио исполнит твой приказ, это тоже будет считаться? Зачем ты его так мучаешь?»
Сет скрестил руки на груди и закатил глаза. «Снова нотации, куда ж без них».
— Октавио мой кнехт. И как бы он мне ни нравился, ему придется смириться и приспособиться…
— «С чем? С жестокостью? Зачем ты так усердно пытаешься сделать из него палача? Зачем ты тогда оставил ему душу?»
— Душу я оставил Октавио потому, что он мне показался путным человеком, и я не хотел полностью его убивать! Моего мнения тоже отец не спрашивал, отдавая приказы!
«Эх, мой клыкастый друг, отыграться за свои муки на тех, кто тебе подвластен… Довольно типично на самом деле…»
— «Оставляя душу — сохранить человечность. Отправляешь на заклание ее останки… Проецируешь на юношу себя самого… Ты правда этого хочешь? Ждешь, пока он озлобится, очерствеет, и потеряет веру в добро, как и ты? — поинтересовалось Отражение с простосердечным выражением лица».
Сет тихо зарычал, заставляя себя не увиливать от ответа.
— Я не хочу, чтобы он стал как я… Во всяком случае, сейчас уже не хочу. Я не знаю, как разорвать этот круг…
— «Все ты знаешь, не придуривайся. К тому же, если эльф скоропостижно скончается, больно будет не только Октавио», — Отражение будто нарочно проигнорировало вопрос.
Сет скосил глаза на свою служанку, вновь ругнувшись на себя за то, что не знает её имени до сих пор. Она уже переместилась к следующему жеребенку и протянула к нему свою руку. Тот проснулся и водил носом, как собачонка, пытаясь понять, кто оказался рядом. Но, как князь и велел, к ним не прикасалась, не желая испортить момент. Казалось бы, такая мелочь! Сколько времени они провели рядом, и ему было это совершенно неважно. Но стоило разглядеть за девкой человека, а за человеком личность, она уже перестала быть тенью, только исполняющей предписанную ей работу. Теперь без имени было никак. Словно признание, что он её увидел. Душу неприятно царапал тот факт, что имя Мавки он узнал только после того, как та утопла.
— Знаешь… Когда всё закончится, я, может, и отпущу её вместе с ушастым… Только потолкую с ним хорошенько перед этим. Мне надо убедиться, что это не копия Селфиса — что ей действительно будет безопасно рядом с ним… Если она захочет уйти, конечно.
«Батюшки! Неужто паук решил отпустить добычу на волю? Ну, или хотя бы задумался… В моменты нужды люди часто обещают всякое, что, по их мнению, подтолкнет вселенную к благосклонности хотя бы за их намерения…»
— «Если не Ластиэль, то кто? Ты абсолютно уверен, что семена подсыпал Багхес?»
— Я абсолютно уверен, что не смогу сдержать себя в руках, если увижу этого сатира… Да, думаю, что подсыпал определенно он — иначе бы навряд ли бежал, да ещё и таким своеобразным образом. Другой вопрос, зачем? Неужели он настолько в обиде на меня, что я перестал его учить? Но он хоть и косит порой под дурака — таковым точно не является. Да и должен понимать, что теперь возобновление учебы невозможно. Но он ведь и не спрашивал, согласен ли я продолжить! Значит и причина в чем-то ином… Видимо, не зря он никогда мне не нравился. И дело даже не в том, что он тряс своим хозяйством перед матушкой в нашу первую встречу… Не надо на меня так смотреть!
Отражение и Багхес почти одновременно прыснули, сдерживая смех. Сет, видя свою молодую ехидную физиономию у Отражения, вспыхнул и огрызнулся, повысив голос, испугав ближайшего к нему коня.
— Можно подумать, тебя от этого не коробило! Ты и сам же чувствуешь, даже если не брать во внимание, что он наверняка древнее этой странной дудки… Что это никакой не сатир! А его способность строить композитум? В Вириди Хорте я такой единственный за много тысяч лет! Да и на Атиозесе подобными силами никто не обладает, иначе бы зачем ему связываться с чужаками и жить на проклятом острове? А болото??? Связь с водой, как и у меня! Какие ещё сюрпризы будут? И, может быть это опять говорит моя паранойя, но, если обучение было лишь для отвода глаз, и на самом деле он все это время желал нас уничтожить?
«Мой клыкастый друг, как же ты близок и далек от правды одновременно! Всё дело в Итернитасе. Такая скрытая мощь, требующая постоянного выхода и подпитки… А я же сам, можно сказать, собственными руками устроил ливень, чтобы тебе было проще его установить… Так этот проклятый замок сразу вцепился в землю, как клещ и пустил корни, срастаясь с миром, моментально начиная тянуть соки из почвы и воздуха. Ох, и перепугался же я! Заставил воду внешнего озера циркулировать, сбивая энергетические отростки… Увы, через несколько лет убедился, что это не слишком-то помогло. Пока ещё беспокойных кладбищ, как в Вириди Хорте не было, но кто ж его знает…»
— Он достаточно жил рядом с нами, чтобы понять, что если Джастин уйдет в Долину Теней, я же наверняка лишусь рассудка… Я и так подозреваю, что эти твари возникали из-за каких-то всплесков Итернитаса, а то и моих выбросов из весселя — проверить только не могу. А что будет, если энергия полностью выйдет из-под контроля?
— «Да, да! И тогда я подумал, а как я поступлю, если история с миром Вириди хорт повториться и здесь? Тоже сбегу?! Ну нет… Я слишком люблю свой маленький, пусть и не идеальный мирок. В конце концов, я сам добровольно вас сюда впустил… Тогда я ещё надеялся на собственные силы. Нет, сразу убивать вас всех не стремился. Не мог лишить себя мечты. Но воздействовать… Сначала думал, что всё будет просто. Буквально, как обычно, чуть ли не по щелчку пальцев. Но нет! Чужаки оказались мне совершенно неподвластны! То есть, вы все упорно игнорировали мои старания. Энергетические потоки соскальзывали как с гуся вода».
— «Думаешь, демиург Атиозеса не вмешается, если вы с Итернитасом на пару озвереете?» — приподняв бровь поинтересовалось Отражение.
— Демиургу Атиозеса плевать также, как и демиургу Вириди Хорта, иначе бы он уже устроил цунами, тайфун или нечто подобное… Вроде той грозы, которой нас прогнал демиург, — Сет кивнул в сторону Есении, — вот её мира… Устранил бы проблему сразу, как только обнаружил, так сказать…
«Конечно же я чувствовал потребность сделать хоть что-то. Удалось, увы, немногое — волки, обращенные на Атиозесе
