ты.
— Серьезно? Ни за что не поверю, что дело только в ревности! — Сет еле сдерживался от клокотавшей внутри него ярости. Знаки клятвы на груди вновь начали предупредительно покалывать и нагреваться.
— Разумеется, не только… Видишь ли, от Аэлдулина было слишком много проблем. Он видел меня, как и ты. Подозреваю дело в том, что мы одной крови. Он пытался открыть глаза остальным на мои… шалости. И ты каждый раз после встречи с ним успевал нахвататься человеческой морали. И я устал подчищать за ним память тех, кто ему поверил и начал во мне сомневаться.
Сет несколько вздохов просто захватывал в легкие воздух, пытаясь совладать с собой, успокоиться и переварить сказанное. У него были подозрения, что дело личное, и что даже от него у Селфиса были секреты, но не представлял, что противостояние между двумя старшими братьями было настолько критичным.
— Селфис, я не понимаю! Искренне не понимаю. Дурили мы с тобой не больше остальных детей. Я тебя сколько раз видел — мне ты почему память не подчищал?
— Ну, как, не больше… У тебя совершенно удивительная способность закрывать глаза на все что напрямую тебя не касается. Твою память и не надо было подчищать. О чем-то ты не знал, о другом и знать не хотел, — тут уже Сету было нечего возразить.
«Тут, мой светлоокий друг, я бы поспорил — способность не удивительная, а вполне универсальная. Избирательная слепота между своими напастями и чужими невзгодами… Порой и не знаешь, что лучше — когда общество бросается с вилами на тех, кто выделяется, пусть и не по своей глупости, злонравию или же опасности для соседа… Или же сонное безразличие, глухое даже к крикам и мольбам о помощи. Изредка сочетающееся со святой надеждой, что вступится некто ещё, будь то случайный прохожий или высшие силы».
— Ты зачем мне сейчас заговариваешь зубы? Что это был за выпад с моим выживанием? Из всех присутствующих только у одного из магов наверняка нет клятв на теле — он меня даже если захочет поджарить, особого успеха не добьется.
Селфис вновь двинулся в сторону Джастина, но Сет перегородил ему путь. Эльфа это не расстроило. Он будто бы растеряно остановился, наткнувшись на преграду и начал вещать поучительным тоном, будто бы рассказывает нерадивому ученику пропущенный урок:
— Видишь ли… Аэлдулин… Его дружественной стихией является огонь. Чтобы восстановить циркуляцию потоков в его весселе и убрать те оковы, что заперли его разум и душу, придется создать энергетический мост и пропустить через него чистую энергию огня.
— Только вот, он — мертвец, и его это, скорее всего, сожжет… Нужна прослойка, которая пропустит поток, но сдержит жар, — Сет тихо зарычал и перевел взгляд на спокойное лицо Джастина. То, как тяжело ему далось предыдущая перекачка энергии огня с помощью моста он помнил слишком ярко, чтобы желать повторить этот опыт вновь. — Менталист вам нужен, чтобы после лишить меня доступа к тьме, а Силавия слишком истощена, чтобы предложить её. Только вот все-равно может не получится, поскольку энергия уже не будет чистой, — душа Сета больно заныла от осознания, что шансы выбраться у Джастина крайне малы.
— Верно, — Селфис улыбнулся, подошел к Сету в плотную и убрал ему прядку с лица. Дамнар замер, жалея, что не может испепелить братца взглядом, — результат непредсказуем. Придется рискнуть… Разумеется, ты можешь отказаться, и Аэлдулин гарантированно превратится в малоприятное создание, пожирающее все на своем пути. Тогда уже будет гуманнее отпустить его в Долину Теней. Все-таки я с тобой согласен. Ради этого, — Селфис пренебрежительно кивнул в сторону Джастина, — действительно, многовато.
Багхес, помятуя о предположении Князя об утрате контроля над рассудком и всплеском энергии от Итернитаса был категорически против такого развития событий. Но вступиться было еще рано.
Сет молчал и лишь медленно вертел головой, не согласный принять этот вариант.
— Я мог бы предложить себя в качестве прослойки, — невозмутимо произнес Селфис после недолгого молчания.
— Цена?
Селфис криво усмехнулся, смерив младшего брата хищным взглядом. Сет отмечал этот нездоровый интерес, но упорно его игнорировал. Эльф твердо ответил:
— Ты.
— Меня и так собираются повязать и затянуть удавку на шее — давай конкретнее?
— Вернись, — Селфис вновь поймал взгляд брата и развел руки, будто бы открывая объятия. — Я заставлю их забыть… И прощу тебе твое предательство.
Глава 37. Энергия не может уйти в никуда
— Я не ослышался сейчас?! Может я, конечно, что-то и путаю, но до этого момента я был уверен, что ты повесил на меня смерть Глиндменел. И из-за тебя меня даже не пытались слушать и просто выбросили вон, как насквозь лишайного пса…
— Ты предал меня! — учтивое лицо Селфиса исказилось яростью. — Ты! Ты поднял шум, когда обнаружил её мертвой!
— Убитой! — Сет не выдержал и сорвался на крик. — Задушенной твоими же руками! У тебя даже маска слетела тогда!
— Ты был готов раздавить меня из-за какой-то безмозглой девицы! — Селфис говорил сквозь крепко стиснуты зубы, от чего речь стала больше напоминать сдавленное змеиное шипение. — Она подняла крик, и у меня слетела личина. Я ощутил, как рвутся те нити, что подпитывают меня. Я испугался! Что мне оставалось делать? Вместо того чтобы помочь мне прийти в себя и избавиться от этого недоразумения… Я не успел сориентироваться!
— Тогда на кой чёрт я тебе сдался?!
Селфис замотал головой прикрыв глаза, понимая, что брат никак не желает его услышать. Но он уже смог взять себя в руки и далее говорил убедительным и твердым тоном.
— Ты должен принадлежать мне.
— Ты понимаешь же, что это несколько двояко звучит? — Сет не смог сдержать насмешливую улыбку. Он понимал, что речь идет скорее о неком моральном или энергетическом ключе, но не удержался от подкола. Селфис же, сообразив, что разговор стремится уйти не в то русло, поправился:
— Мы идеально дополняем друг друга. Я всегда на свету. Меня обожает народ, постоянно подпитывая своей верой и любовью. Но, увы, это необходимость — удовлетворения это мне не приносит. Я лишь направляю их действия в нужное русло. Ты предпочитаешь быть невидимым и держаться в тени. Можешь создавать бесчисленные армии, не знающие усталости и мук выбора. И твоя способность блуждать по мирам… Оглянись! Атиозес слишком мал, и его законы приведут к тому, что магия вымрет. Я не могу оставить свой народ измельчать и сравниться с людьми.
— Ты путаешь меня с отцовским жрецом… Да и в чем проблема? Ты и так уже спелся с сатиром. Возьми его в качестве
