полицейский, молодой и румяный.
– Рядовой водитель Городецкий! – почему-то столь же бодро и даже дурашливо ответил я, протягивая документы на машину и права.
– Нарушаем! – сказал сержант с улыбкой.
– Точно, – не стал отпираться я. – Сил нет уже никаких стоять в пробке.
– Эта полоса – для общественного транспорта полоса! – объяснил мне как ребенку полицейский. – Не видите, что ли?
– Вижу, – признался я. – Но еще я вижу «лексус», который мимо вас проехал. И не вижу ни одного автобуса за последние четверть часа.
Сержант поскучнел, но все-таки продолжал улыбаться.
– «Лексус»… он большой, почти как автобус. – Похоже, он попытался пошутить. – А что автобусов нет – так это не повод нарушать!
– Согласен, не повод, – кивнул я. – Но все-таки почему вы «лексус» не остановили?
Сержант посмотрел на меня как на идиота.
– Вы что, номера его не видели?
– Не видел, – сказал я. – Да их не было вовсе! Кстати, тоже нарушение… и стекла затонированы сверх нормативов. Целый букет нарушений.
– Букет… – Сержант сморщился, как от зубной боли. – Остановили ребята как-то такой букетик… вылетели с работы, хорошо хоть, под суд не пошли! А мне эта работа знаешь как досталась?
– Как? – еще больше удивился я.
Полицейский осекся. В его взгляде появилась та смесь осторожности и брезгливости, с которой нормальные люди смотрят на неадекватного человека.
– Выезд на полосу для движения общественного транспорта, – сухо сказал он. – Штраф три тысячи рублей.
– Признаю, – снова согласился я. – Выписывайте квитанцию.
Теперь уже он смотрел на меня совсем опасливо.
– Вы же вроде как спешили, водитель Городецкий…
– Спешил.
– И машинка у вас… не «лексус», – блеснул он мудрым замечанием.
– Верно подмечено! – воскликнул я. – «Форд».
– Можно попробовать решить ситуацию… за половину… – совсем негромко сказал полицейский. – И выписывать квитанцию – дело долгое…
Меня стал разбирать смех. Какой-то он был… совсем голодный. Я, конечно, последние семнадцать лет жил не так, как все люди. Но все-таки кое-что помню.
Со времен моей встречи с Пастуховым на ВДНХ они ничуть не изменились…
– Знаешь, Роман, выписывай мне штраф, – сказал я. – Мне, конечно, хотелось бы деньги сэкономить и время не терять. Но только противно. Понимаешь?
У него что-то дрогнуло в лице.
– А мне, думаешь, не противно? – негромко сказал он. – Что одних остановить не смей… другие корочками машут… что у родителей в городе все заводы закрыли, а пенсии ни на что не хватает… что все вокруг… а я… – Он сбился, махнул рукой и мрачно посмотрел на меня. Протянул документы. – Езжай…
– А как же штраф? – спросил я.
– А никак! – Он развернулся и пошел к напарнику.
Я посмотрел ему вслед. Иногда для реморализации не нужна магия. Жалко только, что и действует такое волшебство недолго… не на всех… и не всегда…
Медленно выруливая обратно в правую полосу, я услышал реплику напарника сержанта:
– Ты чё?
– Да это… актер он, популярный, театра и кино… – неуклюже соврал Тарасов. – Пускай едет…
Я опустил стекло, втиснулся между пыльным «ниссаном» и битой старой «Волгой», мигнул аварийкой, благодаря, что пропустили. И посмотрел на часы.
Ничего, через полчаса буду дома.
Тут пешком-то хода двадцать минут, если напрямик, через дворы…
На самом деле я подъехал к дому через четверть часа – что-то в загадочном механизме московских пробок переключилось, и машины задвигались более-менее живо. Я остановился возле дома, на привычном месте, и сообразил, что на этом удобном пятачке асфальта мной давным-давно было наложено заклятие, мешающее парковаться другим людям. Быть принципиальным до конца и переставлять машину? Глупо, ведь на это место все равно никто не встанет.
Так что я решил не считать ранее наложенную магию нарушением, вылез и закрыл машину. Сейчас пойду домой, там мне способности Иного точно не понадобятся…
Звякнул телефон. Я посмотрел на экран.
«Дорогой, купи хлеб черный и белый, масло растительное, десяток яиц, сосиски. И туалетная бумага кончается».
Светлана всегда пишет СМС с большими буквами и знаками препинания. Некоторых это смешит, а некоторых почему-то даже злит. Мне – нравится.
Я пожал плечами и отправился в ближайший супермаркет – «Перекресток». Как известно, с древних времен перекрестки считались местом встречи злых сил, вампиров и темных колдунов, недаром их предпочитали там и хоронить, для надежности вколотив в грудь осиновый кол с прицепленными к нему текстами из священных книг. Так, наверное, возникли первые дорожные указатели…
Нынешние супермаркеты, неосторожно взявшие себе это название, особым уважением в Москве не пользовались – в силу невысокой пафосности и разнокалиберности публики. Но мне там всегда было уютнее, чем в немноголюдных «Азбуках вкуса», «Глобусах Гурмэ» или «Седьмых континентах».
Идти было недалеко, минут пять. Но по пути я успел с горьким сарказмом подумать, что именно сегодня, отказавшись от использования магии, я непременно попаду в переделку. Меня обсчитает и обхамит молоденькая кассирша. У кассы будет считать в ладошке мелочь и горько рыдать, складывая с ленты обратно в корзинку куриные окорочка и пшено старушка-пенсионерка. Безусый юнец станет покупать дешевую водку или крепленое пиво, а кассирша (та самая, что меня обсчитает) сделает вид, что не замечает его возраста.
В общем – непременно случится какая-нибудь гадость, на которую в обычной ситуации я мог бы потратить доступные мне по рангу слабенькие заклинания реморализации – «укор», «стыдоба» или даже «позор», восстановив справедливость и покарав порок.
Но и сейчас я сдаваться не собирался. Я докажу всем, и в первую очередь самому себе, что способен жить как обычный человек, сохраняя достоинство и делая жизнь вокруг лучше. Пристыжу кассиршу (блин, да с чего мне сдалась эта неведомая девушка?), заплачу за старушку, которая будет благословлять меня вслед, а юноше, обдумывающему питьё, сурово укажу на вред употребления алкоголя в отрочестве. В общем – сделаю все так же, как всегда, только без магии.
С дорожной полицией ведь получилось!
Так что, взяв корзинку и отправившись в путешествие по магазину (так… масло – вот оно… яйца рядом…), я был готов ко всему. Сосиски… хлеб… туалетная бумага уже на выходе, там возьму…
Стоя в очереди на кассу, я рефлекторно прихватил со стойки круглый леденец и шоколадное яйцо с сюрпризом. Подумал о том, что последние месяцы эти традиционные подарки уже не вызывают у Нади прежнего бурного восторга.
Что поделать. Дети растут быстрее, чем мы успеваем это осмыслить.
Старушка в очереди и впрямь была. И юнец с какой-то бутылкой. И кассирша оказалась молодой, нагловатого вида, да еще и с пирсингом в носу.
Я внутренне собрался.
Старушка выложила на ленту курицу, пакет крупы (что же это, выходит, способности к предвидению у меня работают даже при заблокированной магии?) и, несколько неожиданно, бутылку массандровского кагора. Далее из старенького кошелька появилась на свет пластиковая карта.
– У меня терминал не работает, только наличные… – начала кассирша.
– А я обязана знать, что терминал не работает? – мгновенно кинулась в бой старушка.
– Я же табличку поставила… – Кассирша замолчала, ловко сгребла бабкины покупки, встала и перенесла их на
