магические пассы, и одного взгляда на них мне хватило, чтобы понять: основной удар заклинания придется слишком близко к нам, чародей сберегал силы, как мог.
Я толкнула вперед Мелихаро, схватила за руку магистра, который все еще сражался со своим гоблином – если, конечно, так можно было назвать вялые и нерешительные взмахи конечностями в сторону противника, – и потащила в сторону, рассудив, что если Искен приблизительно представляет, что сейчас случится, то остальные могут быть застигнуты врасплох. И в самом деле, молодой чародей резко отпрыгнул в сторону, договаривая последнее слово в полете, а первые камни и комья земли уже сыпались на то место, где мы только что стояли. Гоблины, вереща и взвизгивая, торопливо бежали во тьму, лишь двое или трое последовали за нами, но тут же юркнули в какие-то темные щели, больше не желая драться.
Проход оказался основательно перегорожен, однако вместе с тем он порядочно просел – над нашими головами раздавался зловещий скрип, падали мелкие камешки и вся обстановка, казалось, намекала на то, чтобы мы убирались отсюда как можно быстрее.
– Это не окончательное решение наших бед, – сказал Искен, потирая лицо, точно спросонья – его одолевал приступ слабости из-за магического истощения. – Источник, созданный мессиром Леопольдом, вскоре размоет этот завал и одним богам известно, как дальше будет проходить обрушение. Быть может, осядет вся толща земли над подземельями, и у гоблинов появится еще более широкий выход на поверхность…
Мы почти бежали, спотыкаясь и тяжело дыша. В какой-то момент, вдохнув воздух, я ощутила, что он стал более прохладным и чистым – даже сильная резь в боку не помешала мне испытать истинное блаженство.
– Мы где-то неподалеку от выхода! – произнес демон с радостью, почуяв ту же самую сладостную свежесть.
И впрямь, спустя пару минут перед нами оказался пролом в стене, за которой начинался коридор знакомого мне вида. Именно по нему я шла, когда в первый раз спустилась в храмовые подземелья – мне не с чем было спутать красноватый орнамент, следы которого сохранились на камне.
– Портал в той стороне, – сказала я, уверенно указывая налево.
– А выход – в той! – произнес с надеждой Мелихаро, указывая направо. – И все, что с нами произошло, свидетельствует о том, что нам нужно идти туда, наплевав на байки безумного ученого! Просто чудо, что нас не сожрали голодные гоблины! Просто чудо, что мы не застряли намертво в гоблинских норах!..
– О да, чудо, несомненно, – язвительно отозвался Искен, окидывая упитанного демона выразительным взглядом. – Но повернуть назад, когда до портала рукой подать?.. Не хотите ли вы сказать, что я барахтался в грязи просто так, ради познавательной прогулки по владениям гоблинов? Ну уж нет, господа. Теперь мы точно отправимся к порталу, и побыстрее – пока грязевой фонтан мессира Леопольда не размыл ту плотину, которую я воздвиг.
Магистр Леопольд, уже во второй раз слышавший, что результат его чар может разрушить итог работы такого могущественного мага, как Искен, польщенно улыбнулся и напрочь позабыл о том, что намеревался поддержать мнение демона, тем самым окончательно решив итог спора.
Итак, мы свернули налево и зашагали по коридору, который когда-то показался мне на диво страшным и мрачным местом. Теперь, после всех наших злоключений, я готова была согласиться, что он в своей роскоши не уступает княжескому дворцу – здесь можно было передвигаться, не сгибаясь в три погибели! Гоблины и здесь оставили немало сора, объедков и нечистот, но все это было ничтожно в сравнении с фонтаном магистра Леопольда, о чем я ему и сообщила – и даже это чародей воспринял как похвалу.
– Перед тем, как ты попытаешься открыть портал, – тихо сказал Искен, поравнявшись со мной – обязательно выслушай то, что я тебе скажу. Иначе ты не вернешься.
– У меня есть приглашение, не забывай, – ответила я с напускным легкомыслием.
– Приглашенные не всегда могут уйти от гостеприимных хозяев тогда, когда им этого хочется, – услышав это, я испытала знакомую дрожь, молодой чародей был прав: законы того мира, который я собиралась навестить, подразумевали, что за все нужно платить.
Близость портала мы все почувствовали на свой лад: Искен поморщился и принялся растирать виски – чародеи, обладающие его возможностями, всегда испытывали приступы мигрени в подобных местах; демон торопливо принялся прятать руки, явно опасаясь, что его быстро увеличивающиеся когти будут заметны даже под слоем грязи; я же вновь ощутила чьё-то ледяное прикосновение ко лбу, по сравнению с которым сырой холод подземелий был сущим пустяком. Магистру Леопольду достаточно было и того, что мы все сбились с шага и начали коситься друг на друга:
– Проклятый портал близко? – полуутвердительно спросил он, и уставился в сторону арки, чьи очертания угадывались в неясном свете моего магического шара. – Он там?
– Да, мне кажется, что это то самое место, – медленно произнесла я, борясь с последними сомнениями.
– О, наконец-то! – воскликнул Искен, в кои-то веки позволивший себе несдержанность. На его лице читалось, как в открытой книге то, как он горит от нетерпения, едва смея поверить в свою близость к заветной цели. Позабыв о том, что нужно поберечь силы, он тут же создал несколько светящихся сфер и направил их в разные углы для равномерного распределения света.
Мы находились в зале, который смутно помнился мне как нечто грандиозное и пугающее. Теперь, когда я пришла сюда вместе со спутниками, страха перед загадочными надписями и фресками у меня поубавилось, однако они все равно производили отталкивающее впечатление – особенно это касалось орнамента в виде ветвей плюща. Краски выглядели куда ярче, чем в моих воспоминаниях, и я готова была поклясться, что листвы прибавилось, точно мы имели дело не с росписью, а с живым растением, неустанно оплетающим своими побегами холодный камень.
– Нужно пройти через эту арку, – Искен истолковал мою медлительность неверно и решил, что я не знаю, с чего начать.
– Нет, не нужно никуда идти! – закипятился Мелихаро, все еще надеявшийся, что я откажусь от своего замысла.
– Только мне одному кажется, что эти нарисованные листья немножко… эээ… шевелятся? – спросил Леопольд, с неприязнью осматривая фрески. – А вот здесь, где полно шипов… Почему они обагрены кровью? Да и разве у плюща имеются шипы? Какая вопиющая ботаническая безграмотность!
– Об этом я и хотел рассказать, – Искен сделал усилие над собой и перестал
