взглянуть в глаза бога из Пустоты, хотя очень хотелось поразглядывать жуткого лича. Но я мог прикоснуться только лишь к внешнему обличию, хотя оно ничего не значило. Великие — это духи, незримые духовные личности. И они могут стать, кем хотят, воплотиться в любое существо, чтобы исполнять свою волю. Поэтому некроманты видели гораздо больше, рассматривая Бэйна. Это был самый настоящий бог. Более того, Лукреция и Лукас окончательно убедились, что он и есть тот самый бесконечный источник, который они изредка ощущали и до которого пытались дотянуться. И теперь, когда ничто, никакая завеса не скрывает его мощь, они могут подивиться, сколько же он всемогущ. Он значительно больше всего этого мира, миллиона и миллиарда таких миров. Он может одним дуновением разрушить всю Вселенную. Он может только лишь одним пожеланием своей мысли сокрушить всё и не оставить даже пылинки. Издревле было так, что великие воевали друг с другом. Это было их делом. Так они осуществляли свою силу и свою власть. И сражение двух богов — это всегда катастрофа размером сотен миров. Для более тонких дел они всегда использовали своих служителей. Вот и сейчас он пришёл к своим служителям, к некромантам, чтобы они исполняли волю господина. А ведь есть ли что-то более желанное для творения, чем служение своему Творцу. Мы все были так созданы. Некроманты тратили десятки и сотни корлов, стремясь к величию. В этом был их смысл существования. Теперь же, служа Бэйну, они станут постигать собственное величие очень быстро и возвысятся ещё больше, чем они могли бы возвыситься сами. Вот, перед ними воздвигся истинный учитель, непревзойдённый мастер. Он будет их направлять и укреплять. Если под надзором обитателей чёрной башни ученики развиваются очень медленно, то теперь они смогут стать теми, кем нужно для воплощения задумки бога из Пустоты.
Но также нельзя было не отметить и посох в его костлявой руке. Общеизвестно, что эти инструменты были нужны чародеям для того, чтобы усилить свои магические способности. Но встаёт вопрос — для чего он богу? Бесконечность невозможно увеличить. Но некроманты и не чувствовали в нём силу. Это было что-то другое. Они видели, что внутри этого посоха как будто бы заточена чья-то душа. Даже не так. Как будто бы посох бы отдельным существом в руке бога. Что же это было, так и осталось загадкой.
После того, как лич закончил свой монолог, некроманты поняли, что его слова и были первым уроком, который он им преподал. Как и в случаях, когда мастера призывали одного из зоралистов, он говорил, а его слова сопровождались силой, через которую он давал им наставление. Сейчас было ещё лучше. Сила Бэйна изливалась на них настолько аккуратно, что они могли впитывать её, а также воспринимать то, что он говорил, они могли понимать его слова. Это показывало его величие, что он — истинный великий, который не просто обладает бескрайним могуществом, но и может филигранно управлять им.
Что несла с собой эта сила? Она укрепила их общее могущество из-за чего души некромантов сделались ещё темнее, ещё более бездонными, ещё более расширенными, из-за чего они могли вместить в себя всё то могущество, к которому они стремились. Также сила Бэйна укрепила могущество зелёного пламени, так что в тех направлениях, в которых некроманты развивались или желали развиваться, они стали более умелыми, но не абсолютно. По всей видимости, великий видит, как устроены ленгерады, а потому знает, как надо поступать, чтобы зора — сила смерти усваивалась в них наилучшим образом. И третье тёмное благословение, которое несли с собой слова бога из Пустоты, были новые знания. Это сложно объяснить. Пока некроманты слышали слова, которые изливал в их разумы Бэйн, в эти же разумы каким-то чудесным образом приходили иные знания, не те, которые он изрекал. Просто, когда его монолог прекратился, Лукреция, Лукас, Константин, Влад и Алиса заметили, что им открылось новое понимание старых вещей. И, чтобы эти знания закрепились в их разумах, Бэйн вытянул левую руку и зажёг в ней зелёное пламя смерти. Его слова опять стали просачиваться в их умы, чтобы говорить с ними: «Я буду спрашивать, а вы мне отвечайте. Что это?» Пятеро в унисон отвечали ему: «Зора — сила смерти, что убивает живых, обращает мёртвых в бессмертных и дарует могущество тому, кто уже бессмертен» — «Всё верно. Более не нарекайте эту силу зразе, ведь так её именуют лишь мятежники, которые полагали, будто бы великих больше не стало, и они могут занять наше место. Они даже пытались заменить древнее наречие — язык великих, своими несуразными словами. Но у них ничего не вышло. Дальше названий сфер магии замысел мятежников не продвинулся, ведь каждый народ стал говорить по-своему, появилось, появляется и будет появляться ещё много всяческих наречий. И большинство не будет пользоваться их словами» Бэйн что-то сделал, и пламя поменялось. Никто, кроме Алисы не заметил этого. Бог спросил: «А теперь что это?» Отвечала только она: «Сила воскрешения. Созидающая сторона зора. Она сформирована как дух, а потому имеет все свойства внутренней силы, побуждающей действовать. Если разместить её в нужных местах менга, тесара или зеры, то она свяжет душу и плоть или сама станет плотью, так что умершее существо обретает иное существование. Оно становится совершенным и бессмертным. Однако зора — это смерть. А потому даже созидающая грань этой силы несёт гибель. Если этот дух начнёт взаимодействовать с живым, он поглотит его нынешний дух, так что существо погибнет. Однако тут же займёт его место, так что умерший тут же восстанет бессмертным. Если же продолжить воздействовать зора на бессмертного, то его дух будет подпитываться этой силой, так что он будет становиться лишь сильнее. Но гораздо более разумным было бы воплощать избыточный дух, а не просто вкладывать в бессмертного. Или же позволить ему самому делать это, ведь отныне все, кого мы примем в наши ряды, становятся для нас не рабами, но союзниками, ведь всё, что было связано, станет единым» — «Именно. Внемлите её словам ведь она постигает зора — силу воскрешения, что также впоследствии откроется и всем вам» Он снова поменял зелёное пламя в своей ладони и спросил: «А теперь что это?» И отвечали ему Влад и Константин: «Всепожирающее пламя смерти, которое может уничтожить и плоть, и гранит. Самое разрушительное оружие, какое только есть в мире. Чистая некроплазма, которая холоднее льда, но сильнее огня. Она не источает свет, её невозможно погасить дуновением ветра. А
