Среди них куда более кучно рассредоточились боевые маги Корпуса Вечной Звезды и магистры гильдии Винхойка. Сыновья копья пока ждали сигнала, оставаясь на месте, но готовые в любой момент ринуться в битву.
Поле гниющих и тлеющих останков буквально вычерчивало границы дальности атак алавийских милитариев. И стоило только Ронхеймским палачам добраться до них, как с башен полетели первые заклинания. Безликие, ждавшие именно такого хода от противника, спустили с колец десятки «Паутинок». Они рассекли все брошенные чары, большинство из которых взорвалось высоко над головами пехоты безобидными фейерверками.
Палачи, поняв, что до них не долетело ни единого конструкта, ещё больше воспрянули духом. Над их строем пронёсся торжествующий рёв, и они перешли на лёгкий бег. Алавийцы атаковали снова. Более плотной чередой плетений. От тёмных фигур моих братьев отделились всё те же самые белёсые проекции, похожие на растянутую паутину, и… есть! Снова все заклинания перехвачены! Отлично!
— Великий Наставник, на двух восточных башнях закипела суета, — доложил мне Гимран, наблюдающий за событиями сквозь прицельную трубку карабина.
Хех, ну ещё бы! Защитники совершили уже два залпа, а штурмующие так и не понесли потерь. Тут впору забеспокоиться.
— Кажется, до темноликих начинает доходить, что этот штурм отличается от предыдущих, — констатировал я. — Сообщи мне, когда на башнях начнут появляться больше альвэ.
— Уже, Наставник, — буркнул нор Лангранс.
— Вот твари! До чего же быстро соображают…
— Может, пора? — нервно закусил губу Гимран.
— Нет, братья ещё держатся! Ждём… — твёрдо изрёк я, не сводя глаз с поля боя.
Алавийцев на башнях действительно стало больше. Их маги швыряли конструкты нескончаемым потоком. Они летели к нашим войскам угрожающими росчерками, вспышками, ветвистыми молниями, градом игл, вихрями пепла, выжигающего лёгкие, спускались тяжёлым удушливым туманом. Но Безликие уверенно держали натиск. Тем не менее, два или три огненных цветка всё равно достигли цели и разверзлись в гуще северян. Их быстро погасила дымчатая «Пелена», но каждое из пропущенных заклинаний успело унести взрывами по полудюжине жизней. А до стен осталась меньше сотни метров…
Плетения с башен сыпались уже частым градом. Их активно поддерживали стрелки́, а потом со стен полетели ещё и копья. Воздушные волны, пущенные Безликими, сбивали большинство снарядов. Но некоторые вопреки всему находили цели. Вот теперь братья работали на пределе возможностей. Но сейчас должно стать полегче…
— Наставник, на башнях уже около сотни алавийцев! — почти пролаял Гимран, стиснув от напряжения челюсти.
— Жда-ать! — рявкнул я, не меняя позы.
Нор Лангранс скрипнул зубами и замолк.
Ронхеймские палачи уже подошли к стенам на дистанцию магической атаки с земли. И Безликие провели один из отработанных манёвров. Ингениумы сформировали конструкты «Смеси», после чего перекинули их милитариям. Секундная пауза, необходимая для накачки узлов плетения и длинная череда взрывов накрыла участок стены, протяжённостью в полсотни метров. Кое-кто из защитников успел спрятаться за зубцами и парапетом. Но подавляющее большинство молдегаров оказалось попросту сметено ударной волной. Тем не менее, даже те, кто спасся, сейчас вряд ли могли оказать достойное сопротивление. Ведь их наверняка неслабо контузило.
Ронхеймские палачи взревели, восславляя меткость союзников. Правда почти сразу же их торжествующий клич сменился грохотом и воплями боли. Это на строй северян обрушилось с десяток плетений, которые наши озарённые попросту не смогли перехватить.
— Наставник, там… — начал Гимран.
— Твою мать, сказал же: ждать! — натурально прорычал я.
Ещё немного… чуть-чуть… да… да! Прекрасно! Корпус Вечной Звезды и гильдейцы тоже вышли на дистанцию атаки. Они помогли разгрузить Безликих, которые на пределе возможностей защищали пехоту от вражеской магии. А братья, почуяв, что натиск врага держать стало легче, воспользовались полученной передышкой, дабы вновь осыпать стены заклинаниями.
В это трудно поверить, но, кажется, путь свободен…
Над рядами Палачей взмыли осадные лестницы. Хотя от лестницы там одно название — всего лишь прочнейшие толстые шесты из дуба с приколоченными поперечными перекладинами. Благодаря такой конструкции их было легче нести и проще поднимать. Несколько мгновений, и вот уже первые бойцы карабкаются вверх, бесстрашные, словно черти. Молдегары со стен сыпали им на головы раскалённый в жаровнях песок, бросали дротики и камни, старались длинными крюками подцепить и оттолкнуть лестницы. Но на смену упавшим штурмующим приходили новые. А тут ещё и наши милитарии периодически засылали в сторону парапета десяток-другой «Матрёшек». Ох, как же хорошо они косили чернодоспешных легионеров, взрываясь над зубцами!
— Мой экселенс, на вершинах башен толчея! Там столько альвэ, что у меня сосчитать не получается! — отчитался Гимран, совсем не замечая, с какой силой он вдавливает окуляр прицела себе в глаз.
— Думают, сволочи, что высота башен крепости их защищает? — хмыкнул я под маской. — Ну, жрите…
Моя рука рванулась к небу, а с неё к низко плывущим облакам устремились сигнальные плетения.
— Не подведите, братья! — прошептал я, обновляя проекцию «Орлиного взора».
Уставившись на башни, я ждал, когда появятся первые плоды работы снайперов. И, пожри их Драгор, Безликие отработали, как на учениях! Алавийские озарённые стали падать, будто подкошенные. У одних головы разлетались тёмно-бурыми брызгами. Другие выпадали меж зубцов. Третьи хватались за прошитую пулями грудь и оседали под ноги суетящимся товарищам. Началась паника. Милитарии противника подались назад, подальше от края площадки. Образовалась давка. Темноликие решили, что их убивают снизу. Ведь в их представлении на такой дистанции достать могли только луки или арбалеты. Альвэ и помыслить не смели, что замаскированные стрелки сидят аж за половину километра от периметра стен.
— Да! Да! ДА-А! — заорал Гимран, успевший и сам сделать три выстрела. — Мы хорошо проредили защитников на башнях! Штук сорок озарённых, не меньше! На каждой, Наставник! НА КАЖДОЙ!
— Тихо-тихо, не ликуй раньше времени, — с волнением пробормотал я. — Всё ещё только начинается…
Обстановка на поле брани совершенно неожиданно обернулась в нашу пользу. Враг уже не мог свободно расстреливать пехоту. И это позволило Ронхеймским палачам забраться на юго-восточный участок стены. Там они, размахивая двуручными мечами, задорно рубились с молдегарами, ничуть не уступая тем ни в силе, ни в бесстрашии. Они тоже презрели смерть. Они стремились к ней, хохоча и смеясь, будто прыгали в объятия любимой жены. Если Сигрид Ледяной Глаз наблюдал сейчас за своими сыновьями, то наверняка безмерно ими гордился.
Но вскоре всё чаще стали мелькать на стенах серебристые доспехи Дев войны. Они хоть как-то помогали сдерживать неукротимый натиск северян. Но даже у дьявольски ловких и быстрых алавиек
