– Я, наверное, никогда не смогу стать таким предусмотрительным, как ты, брат, – покачал я головой.
– Какие твои годы, Эскул! Походи под парусом с моё, да выживи, не будучи бессмертным, станешь не только предусмотрительным…
– Твоя правда. Пойду в лагерь схожу, до завтра, Эйрик.
– Рридо, Эс!
– Рридо…
Но направился я не в лагерь. Костеря себя на чём свет стоит. Чуть не забыл. Меня же гарпии на берегу ждут…
Несмотря на темноту, добрался довольно быстро. Забирая к левой оконечности бухты и рассматривая полосу прибоя в свете трёх лун, заметил прямо на пути нагромождение скал, уходящих в море узким мысом.
Что ж, больше негде спрятаться летающим бестиям! И оказался прав.
– Обманувший Великую…мы уже устали ждать, – из темноты показалось множество тёмных фигур, окруживших меня.
– Но я же пришёл. Слово не нарушено.
– Мы это ценим, – четыре фигуры опустились на колени. Одна приблизилась и скинула капюшон. В темноте блеснули белки глаз. Остальные гарпии растворились в темноте, – мы готовы, целитель, – прозвучал бархатный голос Гранды.
–Что ж, долги надо платить, и последовательно активировал Рунного Мастера Ключей.
Двадцатикратное усиление заклинаний Жизни уровня Грандмастер: исцеления, регенерации, преображения, очищения… Молясь Великому Рандому, чтобы хватило маны, торопливо касался руками, охваченными золотистым свечением рунной карусели.
В этот раз я не увидел радуги, и темнота скрыла результат магического превращения. Но по слитному вздоху вставших с колен гарпий и шелесту расправляемых вновь обретённых крыльев понял. Получилось!
Меня слегка пошатывало. Кружилась голова. Я близоруко приблизил предплечье. Маны оставалось на донышке.
– Я говорила тебе, Гранда, что он доверчив, как молочный телёнок! – передо мной на прибрежный песок опустилась Реганда, – посмотри на него, Грандмастер выжат, как лимон. То же мне, Обманувший Великую! Дома дадут на за такой трофей очень высокую цену…
– Стой, Реганда! – Верховная жрица выступила между нами, с тихим шелестом доставая кукри, – мы поклялись!
– Что значит клятва, данная полукровке!? Особенно, когда так удачно сложились обстоятельства и место… – в руках Реганды появилась глефа, – я вызываю тебя, Верховная!
Часть гарпий сместилась за спину Реганды, обнажив клинки. Новообращённые и Гранда встали вокруг меня. Воздух зазвенел от напряжения.
– Вашу мать! – сплюнул я вязкую слюну, доставая Ключи Матери и Сына…
Глава 7
Глава седьмая
Воюя с мужчинами, применяй мужское оружие,
а воюя с женщинами – женское.
Вот самурайский кодекс чести,
и в нём нет ничего гнусного,
потому что женщины умеют воевать
не хуже мужчин.
Борис Акунин
В отчаянии попытался скастовать хотя бы Щит Воды. Плюхнуло-пыхнуло, воздух вокруг меня на мгновение подёрнулся туманной дымкой и… ничего. Магии не осталось ни грана. Всё. Я гол, как сокол. Немного попрыгаю со своими лезвиями и каюк.
Великий и ужасный Эскул позорно сольётся по собственной глупости. Тоже мне, возомнил себя спасителем народа гарпий, подарил этим горячим дамочкам радость познания плоти. Тьфу! Мечтатель… Сейчас тебя эти красотки нарежут в мелкий винегрет, и заступничество гранды не поможет.
Все эти умозаключения молнией пронеслись в голове, пока гарпии Гранды сдерживали натиск ренегаток. Темнота не давала возможности хорошо рассмотреть, что происходит вокруг. Храмовницы, вооружённые алебардами, не позволяли приблизится на расстояние ножевого контакта с нами.
– Целитель!!! – прокричала Гранда, – если у тебя есть возможность, самое время уносить ноги. Через несколько минут мы поднимемся в воздух и отступим. Реганда привела слишком много своих последовательниц, нам не сдержать долго их натиска!
Великий Рандом, я дважды идиот! Что мне стоило привязать сегодня портал в любой части побережья? А возвращаться в Варрагон, кишащий орками, – это менять шило на мыло. Стоп!
– Гранда, а унести в сетях вы меня сможете?
– Не удастся! Это снизит скорость полёта и храмовницы не смогут обороняться в воздухе, лёгкая мишень.
Значит придётся умирать. Осталось выбрать способ. Попросить гарпий поднять меня и сбросить с высоты? Хм, и подвергнуть их риску быть растерзанными ренегатками. Гранда всё объяснила предельно ясно.
Ничего не остаётся, как ввязаться в бой, а там меня, надеюсь, и грохнут. Реганда кричала что-то обо мне в качестве трофея… Ну-ну…
– Гранда, когда я вступлю в бой и немного отвлеку противниц, уходите, не думайте обо мне…
Верховная наклонилась ко мне, обдавая запахом мускуса:
– Я снова у тебя в долгу, Холиен…
– Сочтёмся…
Почему-то не было страха. В груди клокотала злость на жадную дуру-Реганду. Я проскользнул между стоящими впереди храмовницами, нырнул под древко алебарды, при этом споткнувшись в темноте о какой-то камень. Кубарем вкатился в ряды неприятельниц. Остро кольнуло пониже спины. Вот заразы! Добрались и до моей задницы. В голове появилась какая-то отстранённая весёлая лёгкость. Мне стало самому интересно, чего я стою, без магии. Даже Рунного Мастера не могу активировать. Честное железо против железа летающих тварей. И я просто закрыл глаза. В такой темноте не было необходимости в зрении…
Как и на тренировке с Согнаром и Зоррахом, среди вкопанных шестов с завязанными глазами, ключи стали просто продолжением рук. Пальцы врастали в мягкий материал рукоятей, ноги сами принимали правильное положение. Через несколько мгновений в какофонии ночного боя я стал различать отдельные звуки.
Шорох и хлопанье крыльев, звон лезвия алебарды и глухой стук древка, свист воздуха, рассекаемый кукри, скрип кожаных ремней.
Я вошёл в раж. Подсекал сухожилия и вспарывал животы. До зубовного скрежета блокировал ножевые удары, безжалостно отсекая одним движением рогов Ключей кисти рук. Хорошо, что у ренегаток, как у храмовниц, не было алебард. Но их было много, очень…
Вопли и стоны гарпий услаждали слух. Ключи вели меня, словно ожившие демоны из легенд беловолосых жителей пустыни. Я чувствовал молчаливые одобрительные улыбки Модианна, Зорраха и Согнара. Это придавало дополнительные силы…
Меня уже стало подташнивать от сладковатого запаха крови. Интересно, успела улететь Гранда с храмовницами? Продолжал сеять смерть, не мог остановиться, когда передо мной на мгновение образовалась пустот. Гарпии прянули в стороны.
Нет, я не увидел лезвия глефы и даже не почувствовал его. Видимо, очень разозлил Реганду, и она передумала брать меня в плен. Спасительная темнота стала поглощать сознание, я попытался улыбнуться, но захлебнулся кровью, хлынувшей из перерезанной шеи.
***
– Мастер!!! Мастер, Холиен! Да очнитесь же вы! – голос Тиля ворвался мне в уши вместе с доброй толикой пресной воды, выплеснутой мне на лицо.
– А!? Что?! Где я? – нас окружала темнота и неподалёку слышалось знакомое кваканье лягушек.
– Так на речке же, мастер…что с вами случилось?
– Эээ…а что ты видел?
– Ну я, это…ловушки мы тут на рыбу с Бруно ещё с утра поставили, раки, опять же, самое время. Я и пошёл проверять. Мож, где тухлятину растащили, заменить… А тут, только в камыши зашёл, хруст, хлюпанье, вой! Да такой жуткий, что я поначалу дёру хотел дать, да любопытно стало. Пошёл я на звуки-то и наткнулся на вас. Вы на отмели без памяти корячились. Вроде, как от боли. То дугой вас разогнёт, то калачом скрутит. Да жутко так. Ну, вы выть-то перестали, токо зубами скрипели, да полоскало знатно…
– О, как, брат. Теперь видишь, что жизнь бессмертного не сахар. Убили меня, понимаешь. Там, у скал. Гарпии, мать их…
