Богиней, на уже расчищенном пространстве. Надеясь на её благодатное влияние.
На восьмой день они, копая склон с двух сторон, встретились лопатами. Это воодушевило их, показав, что они заметно продвинулись в своих трудах и уже скоро могут завершить их. А ещё через день стало возможно протиснуться между массивным телом Богини и стеной склона, который они подрывали. В последующие дни зазор становился всё больше и больше.
Однажды утром прошёл дождик. Не очень сильный, но спать им не дал. Вода потекла с боков Богини, со склона горы. На месте раскопок слой разворошенной глины размяк и превратился в месиво. Ходить по нему было неприятно, ноги вязли, с лопаты приходилось постоянно стряхивать налипшие комки.
Сечень вздохнул:
— Нормально поработать сегодня мы не сможем, тут всё развязло, ведь только вчера мы здесь всё разворошили. Впрочем, сие не так уж и плохо!
— А чем именно?
— Нам давно следовало натаскать сюда воды и замесить глину, чтобы её лепить с противоположной стороны. Иначе она там плохо держится. И плетни лучше промазать глиной. Пока тепло, она высохнет, зато потом всё это не размоют осенние, а позже и весенние дожди-ливни. И раз уж нам «повезло» — всё тут намочил дождь, то следует этим воспользоваться и побольше налепить туда мокрой глины. Всё равно уже грязнее не будем! После на речке искупаемся…
Этим они усердно занимались с недолгими перерывами весь день.
Ночью Росс опять увиделся с Богиней. У них состоялся довольно длительный разговор. Она подсказала, что ещё следует устроить для неё. Посоветовала больше развивать в себе духовные силы, делать это намного легче, когда она совсем рядом.
Юноша задал давно вертевшийся у него на языке вопрос:
— Почему мы здесь не встречает ни животных, ни растений, которые нам бы угрожали.
— А чем ещё я могу вас отблагодарить, сынок? И этим — тоже! Здесь вы под моей защитой, я ни на мгновение не упускаю вас из виду. Допускаю лишь некоторых для вашей охоты, чтобы они стали добычей.
— Спасибо, мама!
Спрашивал Росс и о многом другом, неизменно получая ответы.
Проснувшись утром, по реакции Сеченя он понял, что на этот раз тот не знал о его общении с Богиней. Только сообщил, что следует тренировать свои духовные силы вблизи Богини, она помогает им.
— Нужно этим пользоваться, — благодарно кивнул волхв, уважительно поглядев на Богиню. Погладил её тёплый бок и тихо добавил: — Спасибо тебе!
В этот день юноша убирал землю преимущественно возле могучего тела Богини, которое уходило глубоко в землю. На вопросы Сеченя отвечал коротко:
— Так надо.
Он не хотел объяснять, что ночью получил подсказку (просьбу?) Богини. Она хотела этого. Этим они занимались два дня.
А когда всё сделали, то сказал, что на сегодня они поработали достаточно. Пояснил:
— Она так велела.
— Ты опять с ней разговаривал, — понял Сечень.
Росс кивнул, подтвердил его слова.
Они пошли к реке, как это делали обычно. Там искупались, отдохнули. Поели вчерашнее жареное мясо. Когда они, уже ближе к вечеру, возвращались, то волхв первым заметил перемену и ахнул, дёрнув руку спутника:
— Богиня выпрямилась!
Юноша вскинул голову. На фоне полыхающего жарким закатом неба четко очерчивался силуэт склона и округлых форм Богини. Она была заметно прямее, ботва её сверху не свешивалась преимущественно в сторону ложбины, как это было в день их прихода, держалась ровно.
— Так вот почему ты убирал именно из-под неё землю! И именно потому увёл меня, чтобы она ненароком не причинила вред нам.
— Да, она просила об этом.
— А Богиня не сказала, долго ли нам ещё тут работать? Понятно, я не против, просто хочу знать.
— Она уже может обойтись без нас некоторое время, но Богиня будет расти, нужно убрать ещё часть склона. И не просто так, а с учётом формы её тела.
— Понятно, чтобы разрастаясь, она снова не упёрлась в какие-то выпуклости. Это мы сделаем.
— В будущем нужно будет сделать насыпь с противоположной стороны, но это можно отложить пока на будущее. А потом она уже не будет нуждаться в нашей помощи и войдёт в настоящую силу.
+ + +
Дальше даже этот тяжёлый труд уже казался более лёгким: сказалась и привычка к нему, и осознание, что уже грядёт скорый конец.
Сеченю пришла мысль сплести из ивовых прутьев корзины и при возвращении с реки на ночлег к Богине, приносить с собой плодородный ил. Это они и стали делать.
Далее уже Росса осенило:
— Чтобы не размывало насыпной грунт на слоне, можно сверху укладывать дёрн. Будем выкапывать у реки и носить сюда. Польём, трава вырастет и своими корнями ещё больше укрепит насыпную землю.
Сделали и это.
В это время волхв заметил, что вблизи их слишком уж часто приползают панцирные клещи. Это случилось, когда он снова, в который раз, чуть не угодил в огромную кучу навоза, отложенную одним из них. Шёл, задумавшись, увернулся в самый последний момент. Потом задумался: а почему клещи испражняются преимущественно здесь, а не в стороне, где такие кучи встречались заметно реже.
Поделился наблюдением с Россом. Тот воодушевился:
— Но это же хорошо! Их навоз — хорошее удобрение!
Сечень мгновенно понял:
— Ах, вот ты о чём! Богиня же — гигантское растение, он ей только во благо. Это даже хорошо, пусть делают это почаще!
— А может, их попросить? — повернулся к нему Росс.
— Давай попробуем, — одобрил его предложение волхв.
Несколько минут они пробовали воздействовать на панцирников, но безуспешно.
Росс не стал признавать поражения:
— Попробую ещё раз. Трудно проникнуть в их сознание, словно блокада поставлена, но необычная.
— А чем именно необычная?
— Она не совсем глухая,
