Стать женщиной во всех смыслах оказалось приятно.
– Тебе понравилось?
– Стирх... Выстрели в меня ещё раз, если это не так.
Он привстал, морщась от боли и посмеиваясь своей неуместной шутке, когда внезапно расслабленная атмосфера исчезла. Взгляд Рохана сместился на мои бедра. Точнее на внутреннюю их часть, где оставались капли крови, вызванные недавним событием…
15
Рохан
Злость на врага не могла перебить навязчивую мысль о том, что скоро все закончится. Как глупо. Я должен был сосредоточиться на деле. Найти то, что освободило бы нас всех – и навсегда! Избавило бы от постыдного рабского клейма, защитило бы будущих потомков. От человека же общего чада можно было не ждать.
Бессмысленное желание. Их женщины ничего не могли дать таким, как я. И мои собратья этим пользовались, отрываясь на славу. Когда ты так долго сидишь в клетке, терпишь боль, унижение, первым делом хочется утолить основные нужды.
Я не был исключением – просто хотел видеть нечто большее, чем закушенные до крови губы и отвращение во взгляде… А она была.
Говорила на равных, хотя носила постыдный ошейник. Проявляла неуклюжую заботу, старалась оставаться вежливой и аккуратной, и порой, к своему стыду, я начинал задумываться, что защитник – это не только иное название слуги. Иногда это тот, кто может закрыть спиной слабого и зависимого.
В день, когда эта мысль в очередной раз закралась в мою голову, я сорвался.
Наш план провалился. Вылазка на границу с самыми сильными и надежными волками не принесла успеха. Нас обстреляли с крыш, бетон под лапами взорвался тысячами осколков, и Ангмар приказал возвращаться. Я был в ярости. Мне хотелось выследить и убить каждого, кто пролил кровь собратьев, и только настойчивые речи Лейлы, старой боевой подруги, позволили удержать это желание в узде. Обессиленный, я вернулся в логово.
Лана закричала от ужаса, и какая-то часть моего разума подсказала, что кровь стоило бы смыть.
Она вновь с беспокойством кружила вокруг. Пустяковые раны для девчонки, наверно, казались концом света. Забота, тихий ровный голосок, нежные руки, сжимающие медицинскую иглу…
Слишком непривычная ситуация.
Да, я потерял контроль. Любой бы потерял от осознания, что что-то хорошее и ценное уплывает из рук. Будь то таинственный женишок, ждущий за пределами барьера, или раненый пес, делить ее не хотелось ни с кем!
– Оставайся со мной, – предложил я, теряя остатки разума.
Зачем ей это? Зачем оно мне?
– Ты можешь уйти, – соврал я. Но она не захотела, и это было последней каплей, удерживающей внутреннего зверя от безумия инстинктов.
Волки умеют любить, мы верим, что любая форма близости делает нас сильнее и возвышает над земными страданиями.
Мы предаемся страсти до изнеможения.
И какое же было блаженство видеть перед собой не напуганную жертву, а отзывчивую любовницу. Ту, что отвечает на поцелуи, всхлипывает и шепчет: «быстрее, я сейчас сгорю…»; сжимающуюся вокруг пульсирующего члена, принимающую его полностью, жадно и глубоко, с влажным звуком истекающих соков… Каждый рывок распалял сильнее. Хотелось укусить тонкую шею, вылизать лоно, жадно смять небольшую стоячую грудь...
И ни капли отвращения.
Она действительно хотела этого. Я видел по затуманенным миндалевидным глазам, из приоткрытого ротика вылетали стоны и рваные вздохи...
С трудом удалось сдержаться и не кончить первым. Длительное воздержание могло сыграть дурную шутку, и когда Иелана, распаленная, задыхающаяся, мелко затряслась подо мной, пытаясь свести вместе бедра, я стиснул зубы и излился внутрь спустя секунду после ее оргазма.
Волчьи предки, как долго я этого ждал.
– Тебе понравилось? – долетел сквозь сладкий туман ее нерешительный голос.
Я что-то ответил, пытаясь не показаться глупым юнцом, впервые познавшим женщину. А потом увидел кровь.
Не мою. Ее.
***
Стоя под душем, холодная вода которого хорошо прочищала мозг и жгла свежие раны, чудом не раскрывшиеся во время секса, я думал об одном. Невинна?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Да вы шутите!
Высшие эффиры, жены наследников и глав Домов, не могли быть девственницами. Я бывал на всяческих вечеринках, куда Макс водил гладиаторов для презентации и поиска спонсоров. Что там творилось – мерзко сказать.
Да ведь и сама Лана согласилась почти сразу, без уговоров!
– И все же я идиот, – сказал вслух, слизывая холодные капли с губ. Обесчестил собственную пленницу, а затем бросил ее одну и сбежал в спальню, роскошь которой теперь раздражала особенно сильно. Что теперь девчонка подумает?
Все, хватит скулить.
Да, я нарушил законы собственного народа. Да, Лейла выгрызет из меня всю душу, если узнает, но ведь есть и плюсы.
Я никогда не хотел искать себе волчицу. Большинство живых существ, так или иначе, но меня раздражали. А с Ланой вышло удачно. Инстинкт затих, и в кровати мы всегда найдем, чем заняться.
Накрутив вокруг торса слой бинтов и натянув чистую одежду, я вернулся в зал, где мы недавно предавались страсти. Огляделся по сторонам… и получил тяжеленным диванным валиком по роже. Раскрасневшаяся девчонка, которая уже привела себя в порядок и расчесалась, сверкая кошачьими глазами, занесла «оружие» для нового удара.
– Ай, за что? – Я увернулся. Мы закружили по залу, точно парочка бальных партнеров.
– Мерзавец! Я тебя тоже не люблю, гори в хельском пекле!
Похоже, мой побег ее сильно задел.
– Я, может, это назло всем сделала!
– Хорошо-хорошо.
– Мне вообще не понравилось! И ты просто эгоист, никогда такого не повториться, слышишь?
– Конечно, слышу. Ты же мне нос сломала, а не уши, – ловким движением перехватил запястья Ланы – такие тонкие, словно вырезанные из хрусталя – и разоружив, прижал к себе. Она закричала громче. Пнула меня, попыталась укусить. Я чуть не расхохотался – с хомяками мне драться еще не приходилось. Обвив извивающуюся любовницу целиком, сжимая ладонями мягкое, сладко пахнущее тело, зашептал:
– Ну, ладно, ладно. Прости… Психанул, как щенок малый. Ты имеешь полное право на меня злиться, только не плачь.
– Не дождешься, – неуверенно всхлипнула неправильная эффира. – Гад!
– Гад, – согласился я.
И потащил ее, сопротивляющуюся, к креслу, где внаглую усадил к себе на колени. Как успокаивать женщин, меня не учили, пришлось импровизировать. Гладить шелковистые волосы, особенно мягкие на макушке, шептать всякую чушь. А потом – расхрабрившись – сунул ладонь под резинку ее спортивных шорт и сжал округлую попку, заводя пальцы глубже допустимого.
А уж каким алым цветом девчонка вспыхнула! Залюбуешься.
– Разве у нас не было договора? – пропел я, тиская свою невинную жертву. – Я буду тебя защищать и дальше, возьму на себя ответственность. Людские законы волкам не указ. Просто верь мне, хорошо?
Вместо ответа Иелана покраснела еще больше, а потом резко обернулась и ахнула.
Наш спящий красавец вышел из спячки.
Молодой статный юноша с гривой каштановых волос до лопаток и совершенно диким взглядом приближался к нам. В какой-то момент я понял, что драки не избежать. А потом на нас обрушился ментальный удар.
Рычащий прислужник эффиры стал альфой.
16
Рохан
– Убью! – рявкнул Маркус, расправляя плечи, и в первую секунду я даже не понял, что послужило причиной такой бурной реакции. Ошейник. Я забыл снять с Ланы ошейник. Затуманенный разум защитника среагировал стандартно для этой ситуации – и он захотел напасть на потенциального врага.
К сожалению, не все оборотни подчинялись зову альфы. Были и те, кто из чувства долга или остаточной промывки мозгов шли наперекор. А этот пес к тому же сам оказался пробудившимся! Должно быть, рана и мои феромоны подействовали, как катализатор.
Я стряхнул девчонку с колен и встал:
– Серьезная угроза для того, кто недавно был одной ногой в могиле. Сначала ты должен…
