П.Кругман предупреждал, что сама война в Ираке может поднять цены на нефть не в плане его производства, а «из-за побочных политических последствий» (как и арабо-израильская война 1973 г. и революция в Иране 1979 г.)211, которое может создать новый спад. И в этом плане можно согласиться с П.Кругманом — цены на нефть определяются, в первую очередь, на мировых биржевых площадках, влияние на которые оказывает не столько экономические данные (как например, аналитические прогнозы или статистическая информация), сколько действия политических лиц (даже если это только заявление или комментарий), а, учитывая высокую ликвидность нефти как финансового инструмента, реакция на фондовом рынке в отношении него отражается гораздо большим движением, чем в отношении других финансовых инструментов. Таким образом также возникает не только резкое движение, но и бесконтрольные «мыльные пузыри».
Что касается состояния безработицы в текущую рецессию, то до достижения докризисного уровня по крайней мере в 4,6 % (как в январе 2007 года) ей ещё далеко, так как после её пика в 10,1 % в октябре 2009 г., к марту 2011 г. она хоть и снизилась, но лишь до 8,8 %212.
По большому счёту, меры администрации Б.Обамы, в частности, реформа здравоохранения, оказались для демократической партии, член которой является президентом и большинство мест которой обладает в обеих палатах парламента, настолько непопулярными, что на выборах в Сенат в Массачусетсе, где на протяжении долгих лет у власти находились демократы, победу одержал республиканец Браун, открыто демонстрировавший своё отрицательное отношение именно к реформе здравоохранения213, в результате Демократическая партия потеряла квалифицированное большинство в Сенате (59 демократов вместо 60)214. Помимо этого, в 2009 г. республиканце победили на выборах губернаторов в штатах Нью-Джерси и Вирджиния215.
Более того, в США возникает третья партия, Чайная партия, чьё влияние, как указывают некоторые печатные издания216 (изначально данная статья вышла в «Detroit News» 4 февраля 2010 г.) распространяется по всей стране и имеет уже сейчас серьёзный вес. И хотя вряд ли стоит расценивать выводы журналистов из газет за сколько-нибудь весомые (тем более, что конкретных цифр сторонников партии не указано, не говоря уж о конкретном партийном влиянии по всей стране), но нельзя не согласиться, что сама тенденция при недовольстве политикой одной из двух влиятельнейших партий (в данном случае Демократической партией) не переходить на сторону противостоящей ей (в данном случае на сторону Республиканской партии), как это происходит обычно в политической жизни США, а создавать собственное третье направление, говорит о недовольстве уже не только экономическим положением в стране, но и политической системой (при этом ещё раз повторимся, что широкого размаха данное движение, по крайней мере пока, не имеет, и по факту из-за недовольства политикой администрации Б.Обамы поддержку получает Республиканская партия, выигравшая, как было уже упомянуто, выборы в Сенат и местные органы власти).
Что касается персонального рейтинга Б.Обамы, то по оценкам «Gallup» к концу первого года правления Б.Обаму поддерживали 88 % демократов и 23 % республиканцев, что является самой большой подобной разницей между демократами и республиканцами за всю американскую историю217, а деятельность Конгресса на начало декабря 2009 г. поддерживали всего 26 % американцев218, при том, что к демократам себя причисляли 44 % американцев, а к республиканцам — 48%219.
Вообще, с одной стороны, подобное изменение отношения к президенту за столько короткий промежуток времени вполне понятно, учитывая психологию людей в отношении перемен как таковых (предполагается считать наиболее правильным, что сами перемены могут положительно оцениваться людьми в перспективе как «нечто», чего хорошо бы достичь, и отрицательное отношение наступает у большинства в процессе этих перемен, то есть когда наступает непосредственный момент действовать, что на американской практике означает прежде всего платить деньгами, как было, например, в годы Второй Мировой Войны, но тогда негативные мысли сглаживались осознанием военного времени и ожиданием окончания войны, чего нет в настоящее время, так как существенных военных угроз, несмотря на все военные кампании, для США на данный момент не существует). Но с другой стороны, даже для периода проведения реформ (при этом, многие их которых, в частности, реформа здравоохранения, выглядят для населения вполне популярными) столь резкое изменение отношения к Б.Обаме нельзя назвать в полной мере закономерным, и причины стоит искать, скорей, не в политических, а психологических формах реакции.
И в этом плане важно сказать, что население (ещё до избрания Б.Обамы) ожидало изменений именно во внутренней жизни, прежде всего, в экономике. Во-первых, состояние экономики страны стало население волновать больше, чем война в Ираке — по данным центра Pew Research, проводившим опрос накануне президентских выборов, определил, что экономическая программа кандидата важнее его позиции по Ираку (в число «очень важных» вопросов вопрос об экономике включили 88 % избирателей, а ситуацию в Ираке — 72 %); кроме того 66 % избирателей считали, что будущий президент должен заниматься в первую очередь внутренней политикой, в то время как приоритет внешней политике отдали лишь 22 %220. Таким образом, можно говорить об определённой степени разочарования Б.Обамой как президента и реформатора со стороны населения.
Помимо налогово-бюджетной политики администрации Б.Обамы последовали и меры по изменению общей структуры функционирования финансовой системы США, в том числе по причине деталей банкротства банка Lehman Brothers (15 сентября 2008 г.), одного из крупнейших банков США, активы которого на тот момент составляли 691 млрд. долл. США, а кредитная задолженность 613 млрд. долл. США221. Дело в том, что о плачевном состоянии банка в финансовых верхах было хорошо известно, в том числе его собственному руководству, его аудитору Ernst & Young и тогдашнему министру финансов Полсону222 — зная о состоянии дел банк довели до банкротства, до последнего не выдавая критичность ситуации.
Подобная беспечность в отношении деятельности одного из крупнейших финансовых институтов уже тогда привела к масштабным проверкам в банковской сфере, в частности, в области бухгалтерской отчётности (Lehman Brothers выкупал заложенные активы223 для сокрытия реального положения дел в компании, в том числе с задолженностями компании — в подобной практике заподозрили ещё 20 финансовых организаций)224. Характерно для общей ситуации в финансовой системе США заметить пример Бернарда Мейдоффа, крупнейшего мошенника за всю Историю человечества, преступление которого было раскрыто во время кризиса — в течение нескольких десятков лет компания Мейдоффа «Madoff Investment Securities», считавшаяся одной из самых надёжных в США, работала по принципу финансовой пирамиды (Мейдофф перечислял проценты по старым вкладам от новых вложений) — в результате инвесторы потеряли порядка 50 млрд. долл., а сам Мейдофф был осуждён судом (в июне 2009 г.) на 150 лет лишения свободы225.
Всё это показало ошибки в финансовой системе США в целом, и 17 июня 2009 г. был опубликован Проект реформы системы регулирования финансовых рынков, по которому
