шагал широко, движения его были резкими и при каждом повороте широкие полы мантии на его плечах взвивались вверх.
— Да, господин.
— З-зачем?! — зло прошипел человек сквозь зубы.
Он схватил кролика за шиворот, поднял, встряхнул и, поднеся к лицу, повторил:
— Жалкий кусок меха, ты знал о пророчестве, о том, что Богиня пришлет нам помощь, чтобы выбраться с этого проклятого острова, зачем ты отвел их к нагам?!
Человек отшвырнул Кролика в сторону, тот кубарем откатился в угол зала и затих там.
Длинные ноги в черном несколько раз прошагали мимо сжавшегося в комок Байрона и остановились напротив.
— Ты должен выкрасть их оттуда и привести ко мне. Даю тебе на это две седьмицы, — раздалось сверху.
— Наитемнейший…, — начал было Кролик, приподняв голову, но властный голос перебил его.
— Иначе я сделаю коврик из твоей жены, — холодно и обыденно закончил человек.
Кролик в отчаянье уронил голову на лапы.
— Слушаюсь, господин, — едва слышно прошептал он.
— Пшел вон!
Ноги вернулись к креслу, а Байрон Гордон пятясь, не поднимая глаз, покинул вотчину Наитемнейшего. Ему надо было все обдумать и составить план.
* * *
Проснулась Таня от холода, но с твердым намерением что-то поменять в своей жизни. Есть мужчина, который ей нравится, и Таня хотела выяснить, а вдруг он правда ее судьба? «Тьфу на Зинку с ее зельем судьбы три раза, опять чушь в голову лезет! Короче, судьба или нет, а вдруг чего и склеится? А под лежачий камень, как известно, вода не течет».
И для начала ей надо вернуться домой. И Наинку захватить, а то на Земле Тане “ай-яй-яй” сделает ее брат. «Так что первым делом надо уговорить нашу принцессу Жасмин покинуть гостеприимных хозяев. Затем разведка. Потом призыв помощника. И побег. Что забыла? Ах, надо еще найти способ выбраться отсюда! И узнать о пророчестве! Нужна информация. Значит, пункт 1 — узнать, как пройти в библиотеку!»
Воодушевленная собственным планом, Таня замоталась в шелка и отправилась искать обитель знаний. Глупость своей затеи она поняла сразу, как вышла из комнаты.
Коридор одним концом упирался в галерею перехода, а вторым привел Таню в небольшой холл-гостиную, заставленную низкими кушетками и широкими лавками, усыпанными подушками. Там на подушках и коврах восседали давешние дамы и изволили чаевничать. Таня не решилась отодвинуть занавеску и побеспокоить компанию, наоборот, вжалась в стену и притаилась, особенно после того, как чей-то визгливый голосок пропищал: “Как же, свежая кровь!”
— Что ты хочешь сказать, Айза? Ты ставишь под сомнения слова моего брата о том, что Богиня привела сюда этих дев? — второй голос был глубокий, звучал бархатисто-тягуче, так что хотелось слушать и слушать. — Ты полагаешь, что пиринс Пенсертерра может ошибаться? — голос то чуть повышался, то чуть понижался в тембре, вибрировал, и Татьяна даже начала покачиваться в такт этим вибрациям, чуть не выдав этим себя, но тут снова раздался визгливый голосок Айзы:
— Что ты, Лафиса, я не думаю ничего такого! Пусть они даже посланницы самой богини Пеламиды, зачем их вести за наш стол? Они же просто человечки! Отправить их к прочим девкам и получать потомство, пока они на это годны, раз уж они Свежая кровь.
— А ты что скажешь, Белчи? Ты тоже должна стать супругой пиринса, ответь, зачем же мой брат привел человечек за свой стол?
— Решения пиринса неоспоримы, Лафиса, ибо его голосом говорит Богиня, — третий голос звучал робко, но звонко, как ручеек в лесу, что только-только пробил свое русло.
— Это так, но я спросила тебя, зачем брат усадил их за стол, признавая тем их высокий статус, — недовольно произнесла Лафиса.
Татьяна вся превратилась в слух. И вот что обидно, пока они с Наиной бродили по лесам и лугам, Татьяна отлично слышала все, что происходит в радиусе десятка метров. А в этом каменном мешке ей приходилось прислушиваться изо всех сил, чтобы расслышать, о чем идет речь!
— Я предполагаю, что дело в пророчестве, Лафиса, — едва слышно прожурчал голосок Белчи.
— Хотя бы одна из вас не дура, — заключила, видимо, пиринсесса (или как тут у них сестру пиринса называют?) — Они должны принести нам свежую кровь, но не свою же! И ты права, Айза, я тоже думаю, что речь о том, что они должны дать потомство, но вот от кого? Как ты думаешь, Белче?
— Думаю, что Темнейший рассчитывает получить от одной из дев наследника, — грустно прожурчал голосок змеедевушки, которая, похоже, была влюблена в правителя.
— И что это значит? — наседала на беднягу Лафиса.
— Как только это случится, ему не нужны будут другие жены, — снова несчастный тихий голосок Белче.
Таня ей даже немного посочувствовала, это ж надо, угораздило девку в такого гада влюбиться.
— И?
— Надо убить этих девок! — раздалось истеричное от сторонницы кардинальных решений.
— Ты все же дура, Айза, — старшая гадина не поддержала товарку. — Они наш ключ к Большой земле.
— У них нет силы! А в пророчестве сказано, что должна быть сила, чтобы открыть дороги, — не сдавалась эта гюрза.
— Нет, Айза, в пророчестве сказано не так, вмешалась робкая Белче. — Там говорится, что…
Что именно говорится в пророчестве Таня, к собственному сожалению так и не узнала, потому что в проходе появился советник Альвисс Шелан и направлялся он именно сюда.
Глава 8. Наина. Прислужница Зои
Наина проснулась ранним утром, солнце только-только взошло. Ей не спалось, всю ночь ей не давала покоя тайна статуэтки, и сегодня она настроилась разгадать эту загадку. В чем-то Татьяна была права — кто-то зачем-то спрятал ее здесь, надо выяснить, кто и зачем. И как это сделать?
Наина внимательно оглядела комнату. Проще всего спрятаться среди этих бесконечных драпировок, но не потеряют ли ее девушки-прислужницы? Сказать им, что она ушла к Татьяне, а самой спрятаться? Так нет пока никого. Сделать вид, что она спит и подсмотреть? А вдруг не придет никто, сколько так лежать, притворяться? А ведь за это время она сможет что-то интересное найти или узнать новости. Нет, лежать нельзя, это контрпродуктивно, как сказал бы Мальчик-со-шрамом. Она представила на своем месте тройку волшебников и принялась запихивать под одеяло подушки. Сформировав силуэт спящего человека, она тихо скользнула за ближайшую драпировку, намереваясь наблюдать оттуда.
И сильно удивилась. Не все занавески драпировали стены. Некоторые прикрывали ниши, из которых можно было выйти в коридор, а некоторые были ширмами, за которыми прятались двери. Наина попробовала открыть одну, но она была заперта, а за второй она услышала едва различимый то ли плач, то ли
