На улице стало темно, но Яна знала, что через пару часов уже будет рассвет. Белые ночи. А сейчас где-то пел сверчок, светлячки прорезали воздух. Ленка с Никитой тоже ушли спать. Яна помогла Светлане Михайловне и Аркадию Семёновичу всё убрать после ужина, и тоже откланялась, пожелав спокойной ночи.
Тихонько закрыв санузел на шпингалет со стороны соседей, Яна встала под душ. Интересная система, вполне себе советская. Когда-то давно они были с мамой и сестрой в доме отдыха, жили там в деревянном "коттедже", и там был точно такой санузел на обе половины.
"С той лишь разницей, что тогда соседями были две милые старушки, родные сёстры", — мысленно усмехнулась Яна.
Подставив лицо под струи тёплой воды, она вспоминала все события этих двух дней. Она поняла, что была по-настоящему счастлива, жила полной, насыщенной жизнью впервые за долгое время. Мысль о том, не является ли основной причиной счастья человек, спящий за стеной, "сосед", Яна пыталась отогнать. Она слишком размечталась и расслабилась, а он несвободен.
Яна тщательно вытерла волосы, надела пижаму и потянула шпингалет. В ту же секунду дверь подалась вперёд, Антон зашёл, закрыл шпингалет, схватил Яну за плечи, и через секунду они были в её комнате. Яна даже пикнуть не успела от неожиданности и изумления. Хорошо, что лампа выключена, хотя уже всё видно в слабом предутреннем свете.
— Как ты долго, я заждался, — горячо прошептал Антон, прижал Яну к себе, и начал её целовать.
Проваливаясь в сладкое забытье, она успела лишь отметить краем сознания, что из одежды на нем только пижамные брюки. Дальше Яна наблюдала и чувствовала словно со стороны, потому что женщина, вцепившаяся в плечи Антона, яростно отвечавшая на его поцелуи и на все его движения, — это была не она. Она не могла быть такой, никогда не была, не умела.
Очень быстро они оказались в кровати, оба без одежды, Антон изучал её тело; она с восторгом трогала его гладкие плечи, а затем медленно спускалась ладонью всё ниже и ниже, прикасаясь там, где даже в мечтах не надеялась прикоснуться. Антон глухо застонал, что-то прошептав. Что он говорит? "Боюсь, не смогу сегодня впечатлить, слишком долго ждал". Она уже впечатлена так, что сознание готова потерять от восторга. Последнее, что помнила Яна, — это как она вновь прикоснулась к его груди, пробормотала:
— Ты гладкий, это очень хорошо.
… Потом они лежали, прижавшись друг к другу, потрясённые, онемевшие. Антон пришёл в себя первым. Убрав с лица Яны влажные волосы, он легко поцеловал её и серьёзно сказал:
— Я ждал этого очень долго. Но ожидание того стоило.
— Если ещё раз услышу что-то вроде "не впечатлю", — получишь! — глухо предупредила Яна.
Антон улыбнулся.
"Ну нет, не надо сейчас улыбаться, я и так в шоке", — мысленно взмолилась Яна.
Она поцеловала ладонь Антона, прижалась лицом к его груди, вдыхая его неповторимый мужской запах, и совершенно позорно уснула, обессиленная. У неё были вопросы, но… потом, всё потом…
Когда Яна проснулась, Антона уже не было в комнате. Солнце стояло высоко. Она посмотрела на часы — половина десятого. Ого! Яна давно не спала так долго. А ведь сегодня нужно перевозить вещи Ленки.
Быстро привела себя в порядок, отгоняя мысли о том, что они с Антоном оба виноваты перед Златой. Яне было далеко не всё равно, она впервые в жизни оказалась в такой ситуации. Однако Яна понимала, что если сейчас она увязнет в этих мыслях, то помощи от неё будет мало. К тому же, нужно увидеть Антона, хотя бы чуть-чуть понять его настроение. Вполне возможно, что для него это была просто прихоть (или похоть?), эпизод. Яна даже не представляла, как переживёт, если это окажется именно так. От воспоминания о ночи начинали полыхать щёки. Хороша же она сегодня.
На веранде уже был накрыт стол к позднему завтраку, все занимались своими делами. Во время завтрака обсуждали переезд. Яна завидовала невозмутимости Антона, пока не встретилась с ним глазами. Сердце ухнуло вниз; нет, он вовсе не был невозмутим. Он смотрел на неё так, как тогда, в "Легенде". Было и ещё что-то в этом взгляде, но Яна не могла определить, что именно.
После завтрака Ленка, Никита, Антон и Яна уехали за вещами. Решено было ехать на машине Антона. Яна тепло попрощалась со Светланой Михайловной и Аркадием Семёновичем; они взяли с неё обещание, что обязательно будет приезжать просто так, и что привезет племянников, которые завтра приедут из Алексеевска.
В машине Яна сидела рядом с водителем, так как Ленка и Никита, держась за руки, разместились сзади. Антон был сосредоточен на дороге и молчал, болтали, в основном, "молодые", но в молчании Антона Яне чудилось какое-то обещание. Возможно, у неё просто разыгралось воображение.
— Ого, так вы живёте совсем недалеко от Судаков! — удивленно протянул Антон, окидывая взглядом их пятиэтажку.
Яна с Леной жили в "брежневке", но Яна вряд ли согласилась бы променять свою квартиру на лучшую новостройку. У них было очень хорошее домоуправление, сухой, отремонтированный дом, цветы в подъездах, огороженная территория с "привратником" (как говорила Наташка), две стоянки — платная и бесплатная, с отдельной охраной, видеокамеры по всему периметру здания и лучшая в округе детская площадка.
Когда все поднялись в их квартиру, Яна почему-то разволновалась, хоть у них с Ленкой всегда царил порядок. Квартира была двухкомнатная, комнаты довольно просторные, а прихожая и кухня крохотные, как обычно в подобных домах.
— Это что за деревья? — спросил Антон, выглянув на балкон.
— Это мы с мамой вырастили из разных семечек — лимонных, мандариновых, апельсиновых.
— Плодоносят? — улыбнулся Антон.
— Нет, конечно, — отозвалась Яна, — потому мы теперь не знаем, какое дерево из какой семечки. Где у нас апельсин, где лимон. Летом на балконе живут, а вот на зиму приходится заносить. Как говорится, и выбросить жалко, и…
Яна развела руками. Антон ласково смотрел на неё, и это лишало самообладания.
— У меня есть один знакомый, который строит оранжерею. Если будете себя хорошо вести, могу поспособствовать, чтоб он забрал ваши деревья, — серьёзно сказал Антон, но глаза его смеялись.
— Это точно, — рассмеялся Никита, — надо же будет деду чем-то оранжерею заполнять!
Мебели в Судаках было достаточно, потому Лена забирала только одежду и компьютер, свои книги и разные сувениры. Через час всё было упаковано; Яна помогла спустить вещи к машине и помахала Ленке рукой. "Вот так, дочка выросла и переехала. И осталась я одна". Конечно, до свадьбы скучать будет некогда от слова совсем, а вот потом…
Яна поднялась в квартиру, быстро навела порядок после "переезда", и пошла в кухню. Нужно что-то приготовить. Яна была почти уверена, что Антон приедет. Во всяком случае, скоро станет понятно, эпизод случился сегодня ночью, или это было начало чего-то бо́льшего. А если начало, то, во-первых, нужно что-то приготовить. А во-вторых, предстоит разговор о Злате. Попасть в двусмысленную ситуацию и треугольник Яна хотела меньше всего; но и отказаться от Антона не была готова.
Яна решила приготовить нечто типа жаркого с картошкой в мультиварке и салат. Всё было почти готово, когда раздался звонок в домофон. Яне пришлось выйти, потому что на этот раз Антон хотел загнать машину во двор. Молча они поднялись в квартиру, Яна закрыла двери и бросилась на шею Антону, начала покрывать его лицо короткими быстрыми поцелуями. Что с ней делает этот мужчина? Она сама себя не узнаёт.
Глава шестая
— Мне нравится такая встреча, — хрипло сказал Антон. Он обхватил Яну и тесно прижал к себе.
— Но сейчас ты вымоешь руки и пойдешь за стол, как паинька. Уверена, ты ничего не поел у родителей, — строго сказала Яна.
Антон нарочито тяжело вздохнул и отстранился, снял кожаную куртку, послушно пошёл в ванную комнату. Через минуту он появился на кухне:
