став боевиком и сподвижником. Земная профессия: строитель. Была бригадиром собственной бригады. Уник: Матриарх культа.
Не видя причин что-то скрывать, Ольга рассказала все без утайки.Только про собственный допрос отделалась общими словами без подробностей. И так уже Талик со сфинксам покопался в её многострадальной душе — не хватало туда еще одного психа допустить! А то, что Игорь — тот еще псих, она уже абсолютно уверилась. И как не видела раньше?
Архижрец почти пропустил мимо ушей ту часть доклада, где состоялось проникновение в Мэрн, едва не зевал, слушая, как его подчиненные крушили магический вуз. Но стоило дойти до схваток с новоприбывшими магами, среди которых были джинны — весь подобрался, как мангуст перед прыжком! Начал подробно переспрашивать, иногда по несколько раз одно и то же. Наконец, когда дошло до успешного фекального бомбометания — искренне похлопал противнику собственной команды. А когда Присцилла начала перечислять выставленные Таликом условия — не просто потерял интерес, а принялся что-то черкать у себя в бумагах.
— Воздушная мобильность! Элементарно же. И как не додумался? Инерция мышления, не иначе…
— Игорь, что мы ответим коалиции стран Востока? — с минуту послушав бормотание главсектанта, «тактично» переспросила жрица.
— А? Что? — попаданец поднял взгляд от записей. — Что-нибудь. Если обновление амулетной связки и стека* заклинаний станет достаточно для поднятия эффективности наших боевых братьев и сестер — пусть сами себе ответы выдумывают.
[*Стек — здесь, термин из программирования. Стек (stack) — это способ организации данных в памяти компьютера. Он работает по принципу «последним пришёл, первым вышел» (last in first out, LIFO). Это значит, что последний элемент, добавленный в стек, будет взят из него первым. Добавлять новые элементы и удалять существующие из стека можно только с одного конца, который называется вершиной.]
— Ты что, войну собрался с восточниками устроить⁈ — выпучила глаза Присти.
Жрица вскочила со своего кресла и уперлась руками в столешницу.
— Ну конечно же нет, — снизу вверх посмотрел на неё сектант. «Глупенькая!» — читалось в его глазах. — Какая же это война, когда один жрец половину их армии ссаными тряпками через несколько дней сможет. Если б я только сразу подумал об управляемом полете…
— Ты слышал, что я сказала? — надавила голосом Ольга. — У них есть самый настоящий огнестрел! Не только выглядит похоже на земной, но и стреляет точно не хуже. Талик проговорился, что производство налажено в Выскогорной Хималии.
— Перегруженный щит не исчезает мгновенно, — Игорь поднял за верхний край один из листов бумаги, на которых до того черкал. Повернул изрисованной стороной к Присцилле. — Смотри: достаточно сделать автоматическую периодическую генерацию силового поля с частотой меньшей времени распада — и защита никогда не лопнет.
Раньше бы Ольга отмахнулась от подробностей, но теперь внимательно рассмотрела схему. Выглядело как если бы кто-то надувал мыльный пузырь внутри уже надутого, а потом — внутри уже того, и так далее. Кроме того, на условном человеческом силуэте внутри схемы щита главный сектант прорисовал некоторые детали. И подписал их.
— Амулет регенерации дыхательной смеси, — прочла Присти.
— На случай типо того, в который вы вляпались, — кивнул попаданец. — Опять же, с обновлением атмосферы под постоянно поднятым щитом проблема. Зато можно хоть под воду, хоть по небу носиться. И никакие танки с самолетами не страшны: боец просто сокращает дистанцию по приемлемой для удара молнией и бьет. Ну, что теперь скажешь? Должны мы их бояться, твоих восточников?
— Они не мои, — скривилась женщина. — Но зачем воевать, если можно договорится?
— Потому что договариваются те, кто не может дальше сражаться, — как-то даже ласково проговорил Игорь. — А мы, как видишь, можем.
— Люди погибнут! — упрямо качнула головой жрица. — В смысле, не только люди — другие разумные тоже.
— Гораздо меньше, чем ты думаешь, — улыбнулся архижрец. — И это будут солдаты и боевые маги. Все те, кто сам выбрал свое опасное ремесло. Нон-комбатантов мы не тронем.
— Ага, как в Мэнре, — в тон ему мрачно поддакнула Присцилла.
— Торжественно обещаю тебе, больше не буду выбирать целью атаки мирные города! — Игорь даже встал, чтобы приложить руку к сердцу. — Только если противник сам своих бойцов среди мирняка не укроет. Теперь довольна?
— Я не понимаю, почему вообще нельзя обойтись без конфликта, — еще раз повторила Присцилла.
Её собеседник вздохнул. Перевернул бумажный лист чистой стороной вверх, вооружился карандашом и нарисовал два пересекающихся круга. Подумал — и заштриховал область между ними.
— Этот круг — наши интересы, — подписал он круги. — А этот — противников. Допустим, интересы территориальные, но могут быть и торговые, и еще какие угодно. Как договариваться будем?
— Допустим, так, — глянув на мужчину исподлобья, вертикально разделила заштрихованную площадь Ольга.
— Прекрасно! — фыркнул культст. — Ты только что отдала нашу речную торговлю в чужие руки. Как будем продавать лес и покупать пшеницу и продукцию алхимиков из Кристального?
— Договоримся? — немного неуверенно буркнула жрица.
— Договоримся, — кивнул Игорь. — Значит, нам нужно будет в чем-то уступить. Например, разрешить их купцам возить сюда свои товары. Не просто возить, а доставлять до конечных потребителей. А мы, если ты не забыла, хотим уйти от товарно-денежной структуры экономики, так как она провоцирует нестабильность всей государственной системы. И с той стороны тут же поднимется крик, что мы специально не выполняем со своей стороны обязательства, мешая свободной торговле. И потребуют новых уступок. А уж если мы чего-то от них захотим… Короче, куча ерунды на пустом месте, чтобы разбираться с которой придется держать кучу жрецов именно на этой тупой бесполезной работе. А знаешь, почему?
— Почему? — послушно переспросила Присти.
— Потому что они уверены, что она нас напугали, когда твой отряд победили, — тоном школьного учителя объяснил сектант. — А теперь давай посмотрим, что будет при вооруженном конфликте, в котором у нас будет подавляющее преимущество. Мы уничтожаем сколько-то их войск и маготехники, занимаем нужные нам территории. И живем себе спокойно. Сколько-то их солдат и магов погибнет, остальные отступят. И война сама собой закончится нашей победой. А восточники и все остальные окажутся в роли просителей. Что на это скажешь?
— Как-то это всё… — Присцилла повела плечами. — Всё равно неправильно.
— То есть по существу возражений нет, — довольно
