Она покрылась мурашками, опустошенная.
Не понимая, что именно так рассердило его в этом вопросе? Из-за чего в его глазах зародилось подозрение?
— Тебя подослали, не сказав мое имя? — Его голос был таким же напряженным, как и все тело мужчины.
Словно он боролся с чем-то.
С самим собой.
Жевалки играли на его напряженной челюсти, когда пальцы мужчины охватили щеку Кристины, пока он внимательно, пристально всматривался в аквамариновые, одурманенные желанием к нему, глаза Крис.
Она почти видела эту битву, бушующую у него внутри. По проявившейся между бровей морщине. По тому, как раздувались его ноздри от тяжелого дыхания.
— Клод. — Наконец, выругавшись сквозь стиснутые зубы, тяжело проговорил мужчина.
Заставляя Кристину вздрагивать от непонятной значимости звука этого имени. Но тут же отвлек девушку от размышлений об этом.
— А ты великолепно играешь, малышка. — Он чуть надавил на ее подбородок, так и не прекратив дразнящих поглаживаний пальцев второй руки у самого края ее промежности, чуть проскальзывая кончиком указательного пальца под кружево, в горячую влажность. — Сыграешь для меня, крошка? — Клод чуть приподнял темную бровь, отнимая ладонь от ее белья, и прижал этот палец к губам Кристины, понуждая облизать.
* * *
Она не знала отчего, даже не представляла, но это выражение его глаз — оно было нестерпимым.
И та женщина, в которую Крис сейчас превратилась, была готова на все, лишь бы заставить эту подозрительность уйти.
А ведь он не спросил ее имени.
Это было не важно для него? А для нее?
К черту!
Девушку, к дьяволу все домыслы о том, какого хрена она творит в пустом баре с незнакомым мужчиной на стойке бара, гораздо больше волновало то, что между ними, словно, встала прозрачная и эластичная стена.
Которой он и отгородился.
Словно, настойчиво пытаясь оттолкнуть Крис от себя, но, не имея сил сделать это, притягивал опять. Она будто видела эту преграду. Позволяющую Клоду ласкать Крис, но не пропускающую ее внутрь его, отталкивающую.
И, Кристина, по неясной для себя причине, была не просто готова сделать что-то.
Вполне, вероятно, прикажи он ей в этот момент убить, она, без раздумий, убила бы того, на кого он указал, только бы стереть это выражение из его карих глаз.
Даже, если бы ей пришлось делать это голыми руками.
Такое рвение, должно было бы испугать, а вместо этого, лишь больше возбудило Крис, заставив ее язычок проскользнуть меж губ, и медленно слизать свой вкус с его пальца, точь-в-точь, повторяя недавнюю ласку его рта на ее руке.
Кристина видела, как при этом жесте напряглись его мышцы, как Клод шумно втянул воздух, тихо проклиная все, и снова впился в ее губы своим ртом.
В этот раз, стон был общим…
И это…, это что-то тормошило в ее сознании.
Не давало полностью отдаться его власти.
Хотя, кажется именно это она и делала, против всяких доводов рассудка.
Но каждый миг, каждая секунда в таком контакте, — будили в разуме Крис неясные образы.
Болезненное, смутное ощущение де жа вю.
Словно, она не один и не два раза вот так прижималась к нему, подаваясь бедрами навстречу, сгорая от безумной жажды его погружения в нее…
— Иди-ка сюда, крошка. — Руки Клода, скользнули вниз, чуть сжав полную грудь, и обхватили талию Крис.
Поддерживая ее спину, он поднял девушку со стойки.
Сильнее обняв ногами его торс, она обхватила ладонями лицо мужчины, не желая прерывать поцелуй, забирающий у нее всякий здравый смысл.
Ей было безразлично, куда он нес ее, лишь бы скорее сделал то, с чего сам начал их разговор.
Что ж. Она готова была признать, что с первой же минуты хотела секса с ним.
И было совершенно очевидно, что он прекрасно это видел.
Клод остановился, упирая ее спину в что-то холодное и узкое, а потом, слегка придавив ладонью на ее голень, вынудил Кристину разжать ноги, так крепко обнимающие его талию.
Не понимая замысла мужчины, она поддалась нажиму, плавно соскользнув по его телу вниз, чуть вильнув бедрами вперед, желая почувствовать своей влажностью, его твердую эрекцию.
Закусив губу, Кристина недоуменно моргнула, когда Клод, подняв ее руки над головой, сжал вокруг чего-то пальцы Крис, а сам — отступил на пару шагов пристально глядя девушке в глаза, сжигая ее душу огнем, который переливался серебром в глазах мужчины.
Он поставил ее у шеста?! Зачем?
Крис не улавливала смысл…
— Сыграй для меня на бис, детка. — Повторил мужчина, и его голос был настолько низким, что почти рокотал, одним этим звуком, заставляя все сжиматься у нее внутри, превращая холодную и невозмутимую Кристину, в пульсирующий комок предвкушения. — Докажи, что ты хочешь меня так сильно, что не в силах терпеть. Покажи, где ты хочешь ощутить мои прикосновения, как ты хочешь, чтобы мои пальцы и мои губы ласкали тебя. И если я поверю… — Он замолчал, с силой, резко втягивая воздух, и так сжимая кулаки, что пальцы побели.
Словно сам себе не давал протянуть их к ее телу.
Он хотел посмотреть, как она будет ласкать себя, воображая, что это он?
Не самая стандартная ситуация в отношениях Кристины и ее немногочисленных любовников. Даже, неожиданная для нее.
Разве что, в своих снах…, картинки из которых, все это время вспыхивали в ее разуме, сливая два мужских образа в единый, почти убеждая ее, что он и был тем самым…, хоть Крис и понимала всю абсурдность подобного убеждения.
Девушка думала о том, что готова была убить, лишь бы стереть эту тень подозрения в глазах Клода, пусть и совершенно не могла понять своим задурманенным вожделением умом, в чем именно причина этого сомнения.
То, что он приказывал — было сущей мелочью по сравнению с этим.
Руки Крис отпустили прохладу шеста и спустились вниз, мягким движением ткани по телу, заставляя порванное платье падать на пол у ее ног.
Она увидела, как дернулся кадык на шее Клода.
Понимание того, что она так его возбуждает — было самым невероятным ощущением в жизни девушки.
Теперь на Кристине остались лишь тонкие кружевные стринги.
Карие глаза запылали, впиваясь в тело, по которому порхали руки Кристины.
Мышцы на его скулах дернулись, когда она сама обхватила свою грудь ладонями, чуть растопыривая пальцы, чтобы он видел, как торчат горошинки сосков, натертые его губами.
Девушка сильнее вжалась спиной в холодный метал шеста, ощущая, что просто не может стоять на ногах под этим пристальным вниманием.
Мужчина так напряженно следил за скольжением ее пальцев по нежной коже, что Кристине казалось, будто это карие глаза ласкают ее, а не собственные руки. И ощущение этого — дико возбуждало, еще больше погружая девушку в водоворот сюрреализма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
