Читаем без скачивания Отщепенец - Генри Олди

Генерал понял, что шутки кончились. Руководитель антического центра на Чайтре, в прошлом – боевой офицер, Рама Бхимасена с иронией относился к йоге, с равнодушием – к ордену натхов, и с колоссальным уважением – к явившемуся в его кабинет гуру. О йогине генерал слышал достаточно, чтобы по достоинству оценить организаторские таланты этого человека. С такими людьми надо знать границы, какие опасно переступать.

Генерал встал. Отряхнул брюки, хотя на ковре, закрывавшем пол кабинета, не было ни пылинки. Посмотрел в глаза гостю:

– Как мне называть вас?

– Вьяса-джи. Этого будет достаточно.

– Тогда и вы зовите меня Рама-джи. Иначе я обижусь.

– Хорошо.

– Вьяса-джи, вы не из тех людей, кто ходит по официальным организациям. Давайте не будем впустую тратить время друг друга. Чего вы хотите?

– Покажите мне волновой слепок антиса, о котором спрашивал Ларгитас.

Не спеша отвечать, генерал прошёлся по кабинету. Натянул поглубже форменный ярко-алый тюрбан, одернул китель, сунул большие пальцы рук за пояс. Самый придирчивый наблюдатель не нашёл бы в одежде Бхимасены ни малейшего изъяна. Гуру знал, что генерал просто тянет время, размышляя, и генерал знал, что гуру это знает.

– Время, – наконец произнёс Бхимасена. – Я обещал не тратить его впустую и сдержу слово.

– Это значит, – в голосе Горакша-натха не было и намёка на улыбку, – что вы не спросите меня, откуда мне известно про запрос?

– Да.

– Не спросите, где я услышал про волновой слепок?

– Да.

– Вы покажете мне его?

– Нет.

– Ответ окончательный?

– Нет. Я не покажу его вам до тех пор, пока вы не объясните мне, зачем вам это надо. Вряд ли практика йоги требует от вас изучения антических слепков. Итак, зачем?

– Я хочу знать, точно ли этот антис – брамайн.

– И вы определите это на глазок?

– Если не определю, вы ничего не теряете. Если ошибусь, вы тоже ничего не теряете.

– Кроме головомойки за демонстрацию секретных материалов постороннему.

– Присланный слепок засекречен?

– Да.

– Лжёте.

– Лгу. Как вы определили?

– Вы – честный человек, Рама-джи. Ложь для вас – страдание, а значит, накопление. Ваш энергетический ресурс только что увеличился. Сказать, насколько? Могу отдельно рассчитать накопление от лжи, и отдельно – от сквозняка при вашем ревматизме.

– Это лишнее.

– Тогда начнём с начала: присланный слепок засекречен?

– Ещё не успели. С другой стороны, Вьяса-джи, вы объяснились, и теперь я, как честный человек… Ваше счастье.

Генерал опустил руку на сенсорную панель стола. Всплыла гроздь эллипсоидных голосфер, в них завертелся цветной калейдоскоп: линии, пятна, вспышки.

– Ещё раз, – попросил гуру. – С начала.

Калейдоскоп повторился.

– Это брамайн, – сказал гуру. – Это антис. Это наш антис.

– Доказательства?

– Вам нужны доказательства?

– Разумеется. Антический центр – учреждение цивильное, но я всё-таки военный, то есть солдафон, упрямый чурбан. Без доказательств я не поверю и собственной матери. Если у вас нет фактов, сотворите чудо, дабы я уверовал. Говорят, йогины стирают одежду в ледяной проруби, а потом сушат её жаром своего тела. Вы умеете сушить одежду, Вьяса-джи?

Гуру сел на пол, скрестил ноги и сосредоточился. Ряса шафранового цвета делала его похожим на сугроб, залитый апельсиновым соком. С минуту ничего не происходило, только серьги-кольца в ушах гуру начали раскачиваться без видимой причины. Затем сферы схлопнулись, как если бы их отключили с панели. Световое панно на стене – орёл-гигант распростер крылья над созвездием Хобота – задрожало, брызнуло снопами искр и превратилось в чёрную пустыню. Мяукнул аварийный зуммер, сообщая о внеплановом отключении компьютера.

– Вы могли бы взорвать мой кабинет? – с интересом осведомился генерал.

Впору было поверить, что он просит о взрыве.

– Не только кабинет, Рама-джи. Моей ауры хватит на всё здание.

– Вы бомба?

– В какой-то степени. Я не умею сушить одежду, но я – находка для террористов и подарок для циркачей. Я также вижу чужие ауры, вижу и анализирую. Назовите ауру волновым слепком, и ничего не изменится. Этот антис – брамайн. С отклонениями от нормы, но я тоже, извините, с отклонениями.

– Допустим. И что это значит?

– Вы уже отправили корабли на его поиски?

– Нет.

– Связались с другими антисами расы Брамайн?

– Нет.

– Ребёнок-антис, дитя брамайнов, потерялся в космосе, а вы и пальцем не пошевелили, чтобы его найти? Рама-джи, вы казались мне более благоразумным…

Жестом генерал велел гуру замолчать. Гуру подчинился. Он уже сказал всё, что требовалось.

– Ребёнок? – после долгого молчания произнёс Рама Бхимасена. С лица генерала потихоньку сползала краска. Минутой раньше щёки руководителя антического центра цветом напоминали его же багряный тюрбан. – Я готов поверить, что вы увидели в слепке антиса. Нашего антиса? Хорошо, поверю и в это. Но почему ребёнок? Не слишком ли много для визуального анализа ауры?

Гуру пожал плечами. Он продолжал сидеть на полу, позволяя генералу возвышаться над собой. Горакша-натх знал, что генерала это успокаивало. Нависая над собеседником, легче принять чужую точку зрения – если не из чувства сострадания, то из чувства превосходства.

– Ребёнок, – генерал вновь зашагал по кабинету от стены к стене. Зуммер отключился, засветилось панно. В дверь сунулся взволнованный секретарь, но генерал взмахом руки велел ему убраться вон. – Это всё меняет. Я не придерживаюсь вашей доктрины, Вьяса-джи. Я не верю, что наши антисы – аватары тех или иных божеств…

– Многие верят, – скучно заметил гуру.

– И что?

– Многие не поймут, почему антический центр не ищет священное дитя с первой же минуты, как о нём стало известно. А когда многие чего-то не понимают, они делаются опасны. Особенно если в их хоре звучит слово «священное».

– Вы мне угрожаете?

– Ни в коем случае. Я просто взвешиваю причины и следствия.

– О да, конечно! Впрочем, вы правы: если это ребёнок, если он гарантированно брамайн…

– Вы начнёте поиски?

– Да! И вовсе не потому, что вы меня к этому принудили. Это мой долг. Учтите, наши эксперты триста раз проверят слепок. Я пошлю запрос Злюке Кешабу: пусть брамайнские антисы подключатся к делу. И если всё подтвердится, если мы разыщем беглеца и вернём на родину, я первый рассыплюсь перед вами в благодарностях. А может, вам не надо благодарностей? Может, вы хотите чего-то конкретного? Если это в моей компетенции…

Гуру кивнул:

– Да. Я хочу конкретного.

– Чего же?

Генерал улыбнулся. Все люди – люди, даже йогины.

– Вы будете держать меня в курсе поисков, – теперь настал черёд улыбаться Горакша-натху. Улыбка мелькнула и сгинула без следа. – Самым подробным образом. Будете выслушивать мои соображения, если таковые появятся. Я не требую, чтобы вы непременно им следовали, но выслушать – это не так уж сложно. Когда же священное дитя вернётся на родину…

Вьяса Горакша-натх наклонился вперёд:

– Вы включите меня в состав коллектива, который будет заниматься социальной адаптацией юного антиса.

– Зачем? – изумился генерал.

– Я буду учить его йоге. Я буду учить его, а он – меня. И поверьте, это пойдет на пользу нам всем.

– Почему бы вам не обратиться ко взрослым антисам? Это проще, а главное, быстрее…

– Обращался, – бесстрастно сказал гуру. – Они не хотят.

– Не хотят учиться у вас?

– Да. И учить меня – тоже.

Временами Бреслау жалел, что не родился гематром. Вот, например, сейчас, в третий раз перечитывая ответ Рахили Коэн:

«У Совета антисов нет сведений как об антисах, отсутствующих в реестре Шмеера-Полански, так и о других подобных сущностях.»

Ответ, исчерпывающий в своей оскорбительной лаконичности. Пассаж о «других подобных сущностях» пресекал все дальнейшие вопросы, закрывая тему. Как будто допустить между делом, что в Ойкумене обитают и другие подобные антисам сущности – в порядке вещей! Родись Тиран гематром, воспринял бы это как должное. Вселенная для гематра – набор вероятностей. Вероятность события или явления может быть сколь угодно малой, но никогда не равняется нулю. А значит, невозможное – фикция; есть только маловероятное. С таким подходом возглавлять «Аномалию» – праздник, а не каторга. Опять же, Бреслау-гематр уже просчитал бы вероятности по трем вариантам:

1. Совет антисов действительно ничего не знает об Отщепенце.

2. Информация по Отщепенцу у Совета есть, но не вполне достоверная, они не спешат ею делиться.

3. Совет покрывает Отщепенца. Не желает выносить сор из избы, как говаривали пращуры. Если Отщепенец – антис-психопат, Совет сделает всё, что в его силах, чтобы избежать огласки и решить проблему по-тихому.

Сиди теперь, гадай…