– Мелиссе двадцать семь, и через несколько месяцев она сама станет мамой.
– Внуки – это благословение Божье.
– Надеюсь насладиться этой радостью сполна. Но вы еще не рассказали мне, что случилось с миссис Фаррингтон и ее сыном после того, как я уехала.
– Это не слишком приятная история. – Адвокат нахмурился и принялся пристально разглядывать свои руки, лежавшие на столе. – То, что произошло, связано с ребенком…
Губы Иден сжались.
– Собственно, ребенок не пострадал, просто испугался. Ну, имелась пара царапин и одежда была порвана, но до насилия – слава Богу – дело не дошло. Девочка оказалась шустрой и смогла вырваться от – как она выразилась – «старого урода», протиснулась в какую-то щель в заборе и сбежала. Позже она опознала нападавшего по фотографии.
– И им оказался Алистер Фаррингтон?
– Да. Но когда полицейские прибыли в поместье, оказалось, что Алистер Фаррингтон мертв. Он упал с пирса позади дома, ударился головой и захлебнулся в реке. Честно сказать… – Мистер Гренвилл быстро взглянул на Иден, но все же решил продолжить: – Никто особо не интересовался, как и отчего он умер. Местные жители просто порадовались, что не надо больше бояться за своих детишек.
– Я абсолютно с вами согласна – в таких случаях ни к чему детальные расследования и лишний шум.
Иден прекрасно поняла, о чем говорил ей адвокат. Миссис Фаррингтон сама позаботилась о том, чтобы ее сын не смог больше причинять зло детям.
– Ну вот. – Покончив с неприятной частью рассказа, Брэддон Гренвилл явно воспрянул духом. – А миссис Фаррингтон прожила еще несколько лет. Мой дед считал, что она просто ждет смерти. Она ни к кому не ходила и у себя никого не принимала. Наняла какую-то местную кумушку, и та носила ей продукты, вот и все. Я заходил к ней раза два в месяц, но, к сожалению, мы так и не стали друзьями. Думаю, она терпела меня только потому, что я был ее поверенным: мой отец тогда уже ушел на пенсию, а другого юриста искать она не хотела. Все же я Гренвилл, – улыбнулся он. – Боюсь, я разочаровал миссис Фаррингтон. Она не раз повторяла, что я совсем не так хорош собой, как мой дед.
– Это на нее похоже. – Иден решила, что нужно срочно менять тему, потому что веки ее уже жгло от слез, а ей совершенно не хотелось разрыдаться на глазах этого импозантного и – что бы там ни говорила миссис Фаррингтон – очень привлекательного мужчины. – По телефону вы сказали мне, что дом вполне пригоден для жилья. А как насчет мебели? Осталось там хоть что-то?
– О да, дом полностью меблирован, хотя кое-что Алистер успел продать.
Брэддон по-прежнему вертел в руках связку ключей от дома.
– А может, вы захотите погулять по Арунделу? Тогда вечером я смог бы отвезти вас в поместье и показать дом.
– Нет, спасибо. – Иден наклонилась и взяла ключи у него из рук. Она хотела войти в дом без свидетелей, зная, что наверняка расплачется уже у порога. «Поброжу по дому, вспомню миссис Фаррингтон и наревусь от души, – сказала она себе. – А уж потом буду принимать гостей». – Приезжайте завтра, – предложила она. – Я куплю продукты и сварю суп. Все, кто ел мои супы, хвалили их. А если еще будет свежий хлеб, так вообще объеденье.
– С удовольствием отобедаю с вами завтра, – обрадовался адвокат.
– Договорились. – Иден поднялась. – А скажите, мистер Гренвилл, я так и не поняла: ваша дочь против того, чтобы вы ходили на свидания, или за? Допрос с пристрастием произвел на меня сильное, однако не очень понятное впечатление.
– За, причем обеими руками. Она утверждает, что один я погибну, и потому мечтает женить меня как можно скорее. Сбыть с рук, так сказать.
Он многозначительно посмотрел на Иден, и она невольно покраснела. «Что за черт? Уж не я ли должна снять эту ношу с милой Кэмден?»
– Э-э, – промямлила она. – Ну что ж… Значит, мы договорились на завтра, да? Приходите в шесть часов. Думаю, к тому времени у меня будет множество вопросов.
– Прекрасно. – Мистер Гренвилл проводил ее до двери. – Я буду ждать завтрашнего дня с нетерпением.
Иден показалось, что он хотел добавить что-то еще, но за дверью уже ждали клиенты, и Брэддону пришлось впустить их, ограничившись теплой улыбкой в ее адрес. Иден быстро взглянула на Кэмден, стоявшую подле стола все с тем же серьезным выражением лица, и поспешила ретироваться, дабы избежать дальнейших расспросов.
Покинув адвокатскую контору, Иден направилась в бакалейный магазин. Только тут она обнаружила, что в городе все же произошли кое-какие перемены: на месте продуктового магазинчика располагался автосалон. Иден зашла, чтобы спросить, где она может купить продукты, но хозяин салона оказался настоящим профессионалом, и пару часов спустя Иден покинула его заведение, оставив на улице дешевую наемную машину и с удовольствием осваивая седан американской сборки, хозяйкой которого она стала после заключения договора. Переговоры отняли у нее много сил, и Иден пришлось плотно пообедать, прежде чем наведаться в магазин. Когда же наконец она купила все необходимое, оказалось, что уже почти стемнело. «Наверное, я просто трачу время, не желая надолго оставаться в доме в одиночестве», – решила Иден. Подумав, она договорилась сама с собой: нужно выгрузить продукты и осмотреть дом, а ночевать она вернется в гостиницу. Это решение показалось ей достаточно мудрым. А уж завтра с утра она окончательно переберется в Фаррингтон-Мэнор.
Дом миссис Фаррингтон был когда-то частью огромной плантации, занимавшей тысячи акров, но располагался он не так уж далеко от города. Иден проехала до конца Кинг-стрит, свернула налево на Уотер-стрит, миновала парк, проехала по узкому деревянному мосту. Теперь совсем близко. Слева она увидела два небольших коттеджа. Должно быть, дома построили вскоре после ее отъезда, и теперь они утопали в цветах, а. вокруг росли деревья, которым никак не могло быть меньше десяти лет.
Слева простирались поля, там фермеры выращивали хлопок, арахис и соевые бобы. Справа возвышался заповедный лес – старые огромные стволы деревьев казались в сумерках черными, однако Иден разглядела, что кое-где зияют пустые места. Должно быть, могучие деревья пострадали от нередких в этих местах ураганов.
Когда Иден поняла, что дом вот-вот появится, она выключила фары и медленно-медленно поехала вперед, крепко держа руль. Вот показались каминные трубы, потом крыша. Иден сразу же поняла, что дом находится в лучшем состоянии, чем когда она покидала Арундел. Должно быть, тот чайный сервиз Пола Ревира стоил целое состояние. Знала ли миссис Фаррингтон, что среди ее имущества хранится подобное сокровище? Или просто открыла все тайники и отнесла вещи к оценщику? Дом вставал перед Иден, обласканный лунным светом, и она не могла сдержать растроганной улыбки. Как же он хорош! Два этажа, гладкий фронтон. На каждом этаже семь окон, в каждой раме по восемь стекол. Когда-то давно перед домом имелась еще одна лестница, которая вела прямо на второй этаж. Но очередной ураган повредил лестницу, отец миссис Фаррингтон приказал ее разобрать, и теперь в дом вели лишь широкие ступени первого этажа.
