этого места прибывает, и для людей это опасно...
Он немного успокоился и разжал руку. Сперва гостям показа-
лось, что на шнурке у него висит монетка с дырочкой, но потом
они поняли, что амулетом служил старый жетон для турникета.
То есть, для Крыси и Нюты это был просто кругляш с большой
буквой «М», а Кирилл по рассказам живших до Катастрофы знал,
что когда-то давно такими жетонами платили за проезд в метро-
политене.
— Справа чуть впереди увидите высотное здание, оно там од-
но такое, — тем временем продолжал Захар Петрович. — В ту
сторону по улице и двигайте, до первого большого перекрестка.
Кинотеатр, стало быть, останется у вас сзади, по левую руку. Ко-
нечно, проще было бы прямо, почти до канала, вот так, но полу-
чается не всегда. Если увидите в той стороне сиреневый или еще
какой-нибудь необычный туман, тогда лучше поверните налево и
идите до следующей улицы. Только не перепутайте — налево, а не
направо. Потому что если идти направо, уткнешься в огромный
овраг, а это — место нехорошее. За тем оврагом как раз и будет
станция «Трикотажная», где до сих пор цистерны стоят, но на-
прямки никто из наших идти не решается, хотя вроде и недалеко
это. Потому-то ваши, тушинские, раньше нас туда и успели. Вид-
но, как-нибудь с другой стороны добирались, а может, вообще по
воздуху...
— Это как же? — пискнула Крыся.
— Да рассказывали мне, что нашли как-то давно на Тушинском
аэродроме исправный вертолет. На Тушинской же такие люди со-
брались, не чета нашим, приземленным. Авиаторы, мать их так!
— Это правда? — Нюта посмотрела на Кирилла. Тот молча
кивнул.
— А куда этот вертолет потом делся?
— Решено было организовать разведывательную экспеди-
цию, — нехотя ответил парень. — На поиски других выживших.
Только с тех пор ни тех людей, ни вертолета никто больше не ви-
дел. Может, нашли да там и осели, может, топливо по дороге кон-
чилось или еще что-нибудь случилось...
Комендант покачал головой. Лицо его выражало сложную
смесь осуждения и восхищения. Видно было, что затею с верто-
летом он считает безумием — но каким великолепным безумием!
— Так что в том овраге такого нехорошего? — спросила Нюта,
возвращаясь к интересующей их теме.
— Во-первых, там пауки-людоеды живут. Но их еще как-то
можно перехитрить или убежать. Хуже дело — нечисть. Расска-
зывали, забрел туда как-то сталкер один, на предмет чего съедоб-
ного поискать — раньше ведь там, на склонах, люди огороды себе
устраивали. И вот пробирается он по этим зарослям, паучьи ло-
гова обходит, все грамотно делает. Вдруг видит — какой-то зверь
в земле роется, размером с крупную собаку. Сталкер решил зря не
нарываться и стороной обойти, да ветка у него под ногой хруст-
нула. И слышит он за спиной голос: «Кто здесь?» Оборачивается,
а на месте зверя старик в драном тулупе мехом наружу. И как гля-
нул на него тот старик мертвыми белыми глазами, так он, бедня-
га, и бежал без остановки до самого входа в метро. А ведь оттуда
до нас километра два будет, не меньше...
— Нютка! Может, мы... — округлив глаза, прошептала Крыся,
но девушка молча показала подруге кулак. Заметивший это За-
хар Петрович одобрительно хмыкнул:
— Верно, дочка! Не робей! Главное, даже если заплутаете, по-
чаще по сторонам оглядывайтесь. Если ночь будет лунная, уви-
дите ориентир — три высотных здания. Их издалека видно, осо-
бенно теперь, когда столько домов порушено, да и перепутать с
другими сложно. Читал кто-нибудь из вас про деревянных солдат
Урфина Джюса? Нет? А я вот читал, и тот, кто те дома проекти-
ровал, видно, тоже. Потому что они прямо как те солдаты: сам
дом — туловище, сверху квадратная надстройка поменьше — го-
лова, в ней окна — как глаза. Даже что-то вроде шапок у них на-
верху, заглушки, что ли. Мы эти дома Стражами называем. Так
вот, если увидите Стражей сзади по левую руку, значит, к оврагу
идете, а если правильным путем, то должны будете потом прямо
рядышком с ними пройти. Только осторожнее — их лошади кры-
латые облюбовали. Какие? Ну те, у которых крылья, как у лету-
чей мыши, и морда драконья. Не видали? Оно и к лучшему, и
дальше бы так.
Да, вот еще. Идти всегда старайтесь по улице, если спрятаться
надо, можно в дома заходить, только осторожно. А вот во дворы
лучше не соваться, их нынешние хозяева запросто могут в какой-
нибудь в тупик загнать, и тогда — точно хана!
Ну, допустим, свернули вы куда надо на перекрестке, идете по
улице Фабрициуса. Там будет справа такой высокий длинный
дом, вот за ним можно направо же повернуть, к каналу. Конечно,
канал — тоже место нехорошее, но вам по-другому никак. Прямо
пойдете — окажетесь недалеко от парка, за которым Химкинское
водохранилище начинается. Вот уж где места совсем гиблые!
Там, по слухам, на руинах Речного вокзала в лунные ночи такое
творится, что нам лучше того и не знать: или умом тронешься,
или вовсе помрешь...
— А кто ж тогда об этом рассказывал? — не выдержала Нюта.
Видимо, недоверие в ее голосе было настолько явным, что комен-
дант сердито насупился и замолчал.
— Кто надо, — наконец проворчал он. — Вы дальше слушать
будете или сами шибко грамотные и без моих баек неправдопо-
добных доберетесь?
— Будем, будем! — закивал Кирилл. — Вы на нее внимания не
обращайте, рассказывайте, пожалуйста, дальше.
— Ну, добро. В общем, идете вы в сторону канала, доходите до
улицы, которая вдоль него идет, поворачиваете на нее и — нале-
во. От канала вас будет что-то вроде лесополосы отделять, акку-
ратнее там. Мало ли, какая пакость выскочит. Ну, и от водяных на
всякий случай заговор прочтите.
— Заговор? — захлопала глазами Крыся. — Какой? Мы загово-
ров не знаем...
— Ну, как это... навроде стишка: «Водяной, водяной, не плыви
в волнах за мной». Я сам в эту чушь не верю, — тут комендант
смутился, — но знающие люди говорят, помогает.
Скоро с левой стороны ворота кирпичные увидите — это и бу-
дет Тушинский машиностроительный. Его лучше пробежать
по-быстрому, пока те, которые теперь в корпусах живут, не очуха-
лись. И не шуметь сильно, само собой, хотя это на поверхности
вообще главное правило. Вот, пройдете еще немного и будет пе-
рекресток с улицей Свободы. Она широкая, не перепутаете.
Опять же ориентиры — во-первых, здоровенная клумба там была,
круглая... ну, клумба-то, может, и не сохранилась. Но если вверх
посмотрите, увидите прямо перед собой все тех же Стражей. Вам
направо, на мост. Он почти целый, но все равно аккуратнее. Если
прошли, дальше чуть полегче будет. Идете прямиком по этой са-
мой улице. Долго придется идти. Там тоже ориентир был примет-
ный — перед одним домом танк стоял. Говорят, настоящий. Но те-
перь, может, уже и не стоит. Васька Косой рассказывает — дошли
они как-то туда втроем с дружками и решили этот танк попробо-
вать завести...
— Ага, так он и дожидался их, на ходу и с горючкой! — не вы-
держал Кирилл.
— Мне оно тоже сомнительным показалось, — согласно хмык-
нул Захар Петрович. — Тем более, что очевидцев, кроме Васьки,
нет, а ему какая вера? Точно известно одно — ушли втроем, вер-
нулся один. А что там у них вышло — дело темное... Да бог с ним,
с танком, дальше слушайте. Вот идете вы, значит, по улице Сво-
боды и видите слева насыпь, а в ней туннели. Там незадолго до
этого места над улицей еще переход стеклянный будет полураз-
рушенный, не перепутаете. Значит, правильно двигаетесь, это
туннели под каналом, где шлюзы, там они даже сверху видны
чуть-чуть. И хотя от канала и других водоемов лучше подальше
держаться, но придется вам через один из этих туннелей на ту
сторону пройти. Главное, повнимательней там, уж больно место
удобное для засады. Проверьте сначала, не поджидает ли там кто.
Ну, а уж если прошли — считайте, полдела сделано. Будет прямо
перед вами Волоколамское шоссе. Вам направо, мимо башенок из
красного кирпича. Там, опять же, предельно осторожными надо
быть, нечисть всякая выползает поохотиться.
Дальше места плохо знаю, врать не буду. Но, по старой карте
судя, по этому шоссе можно дойти, аккурат куда вам надо. Оно
потом с Ленинградским соединяется, а дальше уже улица Бего-
вая, свернете на нее — и до самого входа в метро. Вот, в общих
