Укрывать антикварные подсвечники и соусники — это совсем не то же самое, что укрывать картину Моне.
Кевин отложил карточку в сторону, поднял голову и взглянул на Джо.
— Вы давно знакомы с Габриэль?
А вот Габриэль Бридлав — дело другое. Сейчас не имело значения, виновна она или нет, но Джо хотел бы это выяснить. Подловить ее было гораздо труднее, чем разоблачить Кевина. Джо не мог понять, что это за штучка. Единственное, в чем он не сомневался, так это в полном ее безумии.
— Довольно давно.
— Тогда вам, наверное, известно, что она слишком доверчива. Для людей, которые ей небезразличны, она готова сделать почти все.
Интересно, подумал Джо, входит ли в это «почти все» укрывание краденых вещей?
— Да, она очень добрая девушка.
— Это так. И я не хочу, чтобы кто-то воспользовался ее добротой и доверчивостью. Я отлично разбираюсь в характерах и могу вам сказать, что вы относитесь к тому типу парней, которые не привыкли перегружать себя работой.
Джо склонил голову на бок и улыбнулся маленькому человечку с большими амбициями. Меньше всего ему хотелось настраивать Кевина против себя. Как раз наоборот — он должен был подружиться с ним, завоевать его доверие.
— Вот как? И вы утверждаете это после пяти минут знакомства со мной?
— Ну смотрите. Подсобный рабочий получает не бог весть какие деньги. К тому же, если бы ваш бизнес процветал, Габриэль не стала бы устраивать вас к нам в салон. — Кевин откатил свое кресло от стола и встал. — Никто из ее бывших поклонников не нуждался в работе. Профессор философии, с которым она встречалась в прошлом году, хоть и был немного занудлив, но по крайней мере не бедствовал.
Кевин подошел к высокому шкафу с папками и открыл выдвижной ящик. Джо молчал, давая ему возможность выговориться.
— Сейчас ей кажется, что она в вас влюблена, — продолжал Кевин, ставя в ящик учетную карточку. — А влюбленные девушки не думают о деньгах. Их интересует только ваше тело.
Джо поднялся и скрестил руки на груди. Так-так… От самой дамочки он слышал несколько иную версию. А она еще утверждала, что никогда не лжет!
— Я немного удивился, увидев вас здесь сегодня утром. Обычно она встречается с мужчинами другого склада.
— Какого же?
— Ее привлекают тонкие натуры, которые часами предаются медитации и обсуждают всякий вздор вроде космического сознания. — Кевин задвинул ящик и привалился к нему плечом. — Вы не похожи на парня, который любит медитировать. — И на том спасибо! — О чем вы с ней разговаривали на улице?
Уж не подслушивал ли Кевин у задней двери салона? Впрочем, если бы он подслушивал, то у них сейчас не было бы этого разговора. Джо изогнул уголки губ в ленивой усмешке.
— А кто сказал, что мы с ней разговаривали? — Кевин улыбнулся в ответ, как бы говоря: «Я тоже мужчина и прекрасно тебя понимаю».
Джо вышел из кабинета.
Первое, что он заметил, направляясь к передней части салона, это запах. Странные ароматы заставили Джо задуматься, не балуется ли его тайная осведомительница марихуаной. Это многое бы объясняло.
Он обвел взглядом зал, являвший собой странную смесь старого и нового. В одном углу стоял письменный стол, заваленный модными ручками, ножами для бумаги и коробками с канцелярскими принадлежностями. Джо мысленно отмечал все, что видел: большой прилавок, витрину с антикварными ювелирными украшениями в стеклянном футляре рядом с кассовым аппаратом. Наконец его внимание привлекла лестница-стремянка у переднего окна и стоявшая на ней женщина.
Яркое солнце подсвечивало ее профиль, струилось сквозь длинные каштановые волосы и делало прозрачными легкую желтую блузку и юбку. Взгляд Джо скользнул по ее лицу и подбородку, спустился к хрупким плечам и полной груди. Вчера он был зол как черт и у него болела нога, но это еще не значило, что у него отсутствовали здоровые мужские инстинкты. Он прекрасно помнил ее мягкие формы, прижимавшиеся к его телу. Чувствовал ее грудь, когда искал спрятанное оружие. А несколько минут спустя, когда они шли к его машине, холодный дождь намочил ее футболку, и он увидел, как напряглись от холода ее соски.
Он опустил глаза ниже — к талии и бедрам Габриэль. Похоже, у нее под юбкой не было ничего, кроме маленьких трусиков, скорее всего белого или телесного цвета. За последнюю неделю, следя за этой дамой, он привык любоваться ее изящными округлыми ягодицами и длинными ногами. Что бы там ни значилось в ее водительских правах, рост этой девушки приближался к шести футам, и ноги служили тому доказательством. Такие ноги словно созданы для того, чтобы обхватывать мужскую талию.
— Тебе помочь? — спросил он, подходя ближе и поднимая взгляд от ее роскошных женских форм к лицу.
— Было бы хорошо, — сказала девушка, откидывая копну волос назад и глядя на него через плечо. Она взяла с витрины большое сине-белое блюдо. — Сегодня утром за этой вещью зайдет покупатель.
Джо взял у нее блюдо и отступил назад, давая ей возможность спуститься со стремянки.
— Кевин поверил, что ты мой приятель? — спросила она, понизив голос.
— И не только приятель. Он думает, что я тебя интересую только как мужчина.
Она провела пальцами по волосам, поправляя мягкие кудряшки, немного растрепанные, как будто она только что встала с постели. Джо видел тот же жест в полицейском участке и почему-то находил его чертовски сексуальным.
— Ты шутишь?
Он сделал несколько шагов вперед и шепнул ей на ухо:
— Он думает, что я твоя игрушка.
От ее шелковистых волос пахло розами.
— Надеюсь, ты его разубедил?
— Зачем мне его разубеждать? — Он опять нагнулся и улыбнулся, глядя в ее испуганное лицо.
— Не знаю, чем я так провинилась, — пробормотала Габриэль, беря блюдо и обходя Джо. — Я не совершала слишком плохих поступков и не заслужила такую ужасную карму.
Улыбка Джо погасла, а по спине его пробежал холодок. Пока она стояла на стремянке, он залюбовался мягкими изгибами ее стройной фигуры, подсвеченной солнечными лучами, и на несколько минут забыл, что она чокнутая.
С виду Габриэль Бридлав казалась нормальной, но внешнее впечатление было обманчивым. Она верила в карму, ауру и судила о характере человека по звездам. Возможно, она также верила, что может общаться с духом Элвиса Пресли. Эта женщина сумасшедшая. Наверное, ему стоило сказать ей спасибо: она напомнила ему, что он пришел в ее салон не затем, чтобы пялиться на ее задницу: Благодаря ей его карьера детектива висела на волоске и ему следовало хорошенько потрудиться, чтобы удержаться на прежней должности. Он огляделся по сторонам.
— Где полки, которые надо передвинуть?
Габриэль поставила блюдо на прилавок рядом с кассой.
