Дело в том, что, если попытаться конкретно вникнуть, это окажется невозможным, и тогда отсутствие смысла очевиднейшим образом проявляется себя. Поэтому я утверждаю, что вся философия – это не более чем подобие шахматной игры, некой арены для соревнований в софистике с помощью наиболее обобщенных понятий, этим обобщением оторвавшихся от практики. Философия – это парадокс пустых понятий «курицы» и «яйца», хотя абсолютно все прекрасно знают, что они обозначают, но для логического рассуждения при ответе на вопрос этой загадки не хватает обычного, бытового понимания данных слов, то есть реальной практики, основанной эмпирическим путём, от которой так и открещиваются в философии. Раз бог всё может, то может ли он создать камень, который не сможет поднять? Вот истинные философские вопросы: Мир имеет начало во времени? Ограничен в пространстве? Всякая сложная субстанция в мире состоит из простых частей? Ни одна сложная вещь в мире не состоит из простых частей, и вообще в мире нет ничего простого? Причинность по законам природы есть не единственная причинность, из которой можно вывести все явления в мире? Для объяснения явлений необходимо еще допустить свободную причинность? Нет никакой свободы, все совершается в мире только по законам природы? 4 К миру принадлежит или как часть его, или как его причина безусловно необходимая сущность? Вот вопросы, на которых основываются все философские рассуждения. Они не утверждают ни о чём конкретном, а значит являются пустыми понятиями, оторванными от практики, хотя и порожденные в практическом применении как «курица» и «яйцо», это дилеммы, которые все прочие люди могут разрешить, все, помимо софистов философов.
Наука – это особый вид познавательной деятельности, направленной на получение, и производство объективных, системно-организованных и обоснованных знаний о природе, обществе и мышлении – вот четкое определение науки. А вот определение философии: философия – любовь к мудрости, форма общественного сознания, учение о общих принципах бытия и познания, об отношении человека и мира, наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления. Мало того, что в этом определении не содержится ничего конкретного, так там еще и содержится наглая ложь, что философия – это наука. Философия не учит ничему кроме бреда софистики, и тем более она не учит нас никакой морали и нравственности, так как бредить безнравственно.
Неужели кто-то действительно думал, что реальную проблему сознание-тело может решить какой-то нелогичный бред, называемый философией? Может быть от того что там понаписали много раз слово «субъект» и «объект» стало казаться что там заложено и решение? Это как поверить в надпись на зеленом квадрате слову «красный», ну ясно же что философия – не наука, и состоятельно, то есть по-научному разрешить реальную проблему она не может. А вот что по-настоящему может разрешить эту проблему, так это эмпирическая психология и логика, которые неразрывно связаны друг с другом.
Философия – это псевдонаука – деятельность, имитирующая науку, но на деле таковой не являющаяся. Философия – не наука, потому что наука – не философия, это разные понятия. Философия – это псевдонаука о всеобщих, не эмпирически произведенных, оторванных от опыта и практического применения софистических понятий.
7 Диалектика – ложь
Всякое сложное состоит из простого, и понять сложное, значит понять связь простых частей.
Если что-то использовалось, но был найден инструмент лучше, это не значит, что старый инструмент ложен, просто он более прост, и если присмотреться, то сложный инструмент содержит в себе простые части. Когда «инструмент» можно отвергнуть навсегда, значит на самом деле «он» никогда и не был инструментом. Когда знание по-настоящему соответствует логике, то оно неопровержимо нигде и никогда, а опровержима может быть только актуальность.
Почка не опровергается цветком, а существует в другое время развития цветка, и не был бы возможен цветок без прежде существующей почки, потому она суть часть развития цветка, а не его противоречие, и уж тем более не ложь, которую можно навсегда отбросить. Знания не опровергаются, это невозможно. Развитие суть сложение простых знаний в систему, а вовсе не опровержение отрицанием прошлого. Когда использовали лук, он был истинным, но, когда появился автомат, он не сделал лук более ложным, поскольку автомат содержит в своем устройстве концепцию метания, взятую из лука, ложь здесь заключается не в луке, а способе; ложен не лук, а актуальность использования. Неактуальность в данное время не делает вещь ложной, а делает ложным способ. Если цветок актуален, то почка нет, и если кто-то думает, что из-за того, что он видит цветок, почка стала ложью, то совершает ошибку, поскольку думает, что раз не видит почку, то она теперь всегда не актуальна, а значит ложна; почка предшествовала цветку как его простая часть, без которой цветок никогда не стал бы возможным.
Брать бур для льда на рыбалку летом неактуально, но от этого бур не становится ложным во всякое время и месте – абсурден поступок «брать бур летом на рыбалку», а не сам бур. То, что ложно никогда и нигде не истинно, его актуальность равна нулю в любой ситуации. Итак, развитие – это усложнение из простых частей, и если бы составляющие части нового устройства стали бы ложными от того, что использовать устройство разумнее, чем части по отдельности, то и устройство стало бы ложно. Транзисторные схемы к примеру, являются элементами процессора компьютера, использование их по отдельности просто неактуально сейчас, но такая неактуальность вовсе не делает ложными схемы или транзисторы, так как ложным стал бы и процессор, ведь процессор – это вещь, объединяющая в себе по некому принципу связанные транзисторы – ложна актуальность. Этим я опровергаю релятивность диалектической философии, которая всесторонне противоречит логическим законам. Когда логика не работает господствует релятивизм, договориться невозможно и человечество обречено на погибель. Когда мы что-то узнали, оно истинно раз и навсегда: важна актуальность предмета вообще самого по себе безотносительно ко всякой ситуации – существует он как материя или нет. Если я утверждаю вещи относительными к ситуации, то не могу сказать, что транзистор ложен потому, что истинен процессор, ведь транзисторы его составляют. Если у меня есть процессор, пользоваться ламповыми компьютерами ложно. Само использование ложно, но использование и транзисторы – разные вещи. Если мы говорим о применении вещи и о самой вещи, то следует говорить определенно о конкретном, ибо не становится ложной вещь из-за ложности применения её в определённой ситуации, которая могла бы быть ложна относительно других.
Все что делает человек он делает потому, что на него действует реальность, а это значит, что мы знаем реальность только такой, как
