— Уже проснулся! — вяло сообщил Мартин. — Ну, читай! Что там — команда Тины выиграла очередной матч?
— При чем здесь Тина! Тут совсем другая история! — ответил Роланд. — Вот слушай! Нашел. «В этом году традиционный майский базар на площади Валленштейна прошел с огромным успехом. Главным героем базара стал…»
— Фантастическая новость! — перебил его Мартин. — Майский базар прошел с оглушительным успехом! Какое мне дело до этого дурацкого базара? Туда одни бабушки с дедушками ходят.
Мартин в каком-то смысле был прав. Майский базар устраивался ежегодно где-то на окраине. Для этого мероприятия город на две недели предоставлял огромную парковку, на которой устанавливались временные прилавки, чтобы люди могли выложить свой товар. Чего тут только не было! И старая одежда, и какие-то сковородки с кастрюлями, и разные деревянные штучки — досочки, полочки, мисочки, а еще много всякой керамики: кружки, чашки, вазочки и даже декоративные фигуры — от зайца до слона. В основном сюда ходили, конечно, люди в возрасте — кто просто посмотреть и вспомнить уже исчезнувшие из обихода предметы, а кто купить себе какую-нибудь оригинальную вещицу — здесь попадалось много чего интересного.
— Спорим, что сегодня или самое позднее завтра туда примчится кое-кто и помоложе! — уверенным голосом заявил Роланд.
— Уж я-то точно туда не собираюсь, если ты имеешь в виду меня, — сказал Мартин.
— Посмотрим, — не стал с ним спорить Роланд. — Я только прочитаю тебе еще один кусочек, всякие детали опустим… «Самым оригинальным участником нынешнего базара стал продавец керамических изделий, специализирующийся на знаменитой посуде из нижнесаксонского города Бунцлау, которая многим полюбилась за ее традиционный узор: кто не знает эти чашки, блюдца, тарелки с темно-синим фоном, по которому разбросаны мелкие белые крапинки! Недавно была представлена и новая серия — с синими крапинками по белому фону. Чтобы привлечь внимание к этому новому товару, продавец нашел гениальный рекламный ход: он разукрасил свое лицо точно такими же синими крапинками! Этому находчивому умельцу можно только пожелать дальнейших творческих успехов и щедрых покупателей!» Ну, что скажешь? — спросил Роланд, закончив чтение.
— Ты думаешь, это… — заговорил Мартин и сел.
— Именно! — торжествующе воскликнул Роланд.
— Ты думаешь, что это наш Дауме? — закончил начатую фразу Мартин.
— Думаю, что да, — уверенным голосом сказал Роланд. — Давай рассуждать логически. У человека на лице синие крапинки-веснушки. Что ему делать? Он начинает продавать крапчатую посуду, и все думают, что это такой рекламный ход. Ему только того и надо. Никто ему в этом случае лишних вопросов задавать не станет.
— Но с чего это он вдруг продает эту… как ее… — Мартин не мог вспомнить названия города.
— Бунцлаускую посуду, — подсказал Роланд.
— Ну да, с чего он вдруг взялся продавать эту посуду? — спросил Мартин. — Он же учитель физкультуры!
— Он был учителем физкультуры, — поправил его Роланд. — После головокружительных приключений на крыше и похищения ребенка его ни одна школа не возьмет! Вот ему и пришлось найти себе новое занятие, чтобы зарабатывать на жизнь.
— Значит, ты думаешь, он специально продает эту крапчатую посуду, чтобы отвлечь внимание от ворованных веснушек? — переспросил Мартин.
— Может, так, а может, и не так, — сказал Роланд. — Чтобы разобраться, нам нужно самим сходить туда и посмотреть на этого крапчатого типа.
Мартин бросил взгляд на часы.
— Нет, сейчас уже поздно, — сказал он. — Пока соберемся, пока доедем, они уже закроются.
— Интересно, откуда тебе это известно? — ехидно спросил Роланд. — Туда же одни бабушки с дедушками ходят! Если ты там ни разу не был, откуда ты знаешь, когда они закрываются?
— Да я там был всего-то один раз, — признался Мартин. — С мамой ездили, за какими-то приправами для пиццы.
— Значит, ты отказываешься ехать на базар, чтобы посмотреть на этого продавца посуды? — не отступал от своего Роланд.
— Почему отказываюсь? — возмутился Мартин. — Я согласен, только мы съездим туда завтра. И Субастика с собой обязательно возьмем. Если это действительно Дауме, то Субастик сможет сразу на месте разобраться с веснушками, верно? Нет, ты только представь себе! У нас будут волшебные веснушки, и мы сможем опять загадывать желания!
— Это все, конечно, замечательно, только я завтра не могу, — сообщил Роланд. — Завтра суббота, у мамы выходной, и мы собирались пойти купить мне спортивные тапки и еще чего-нибудь посмотреть.
— А вы на неделе не можете этим заняться? — спросил Мартин.
— Нет, ты же знаешь, моя мама приходит с работы поздно, когда все магазины уже закрыты. У них там в Управлении водоснабжения строго, раньше не уйти.
— Ну ладно, тогда мы с Субастиком сами съездим, — сказал Мартин. — Я тебе потом всё первому расскажу. По рукам?
— По рукам, — согласился Роланд.
Мартин поднялся с дивана, надел тапки и пригласил Роланда поужинать вместе с ними.
— Уже прошел живот? — поинтересовался как бы между прочим Роланд.
— Живот? — удивился Мартин. — Кто это тебе сказал, что у меня болит живот?
— Мама твоя сказала, — признался Роланд. — Это ты сам ей, наверное, приврал слегка, чтобы не мешала, а теперь забыл.
Друзья направились в гостиную.
— Слушай, а что ваш кенгуру? — вспомнил Роланд, когда они спускались по лестнице. — Нашелся?
— Нет, не нашелся, — ответил Мартин. — Всё еще в бегах.
Глава пятнадцатая
Встреча на базаре
Субботний завтрак прошел без особых неприятностей. Все было как всегда. Родители Мартина, похоже, помирились, и, глядя на них, он тоже повеселел.
— Сегодня после обеда мы с мамой поедем покупать ей новый письменный стол, о котором она уже давно мечтала, — сообщил господин Пепперминт.
— Это который в антикварном магазине продается? Дорогущий такой? — спросил Мартин.
— Да, — подтвердил господин Пепперминт. — Я уже деньги приготовил, вчера с карточки тысячу евро снял.
— Будем надеяться, что хватит, — сказала госпожа Пепперминт и рассмеялась.
— А вам не кажется, что это как-то беспечно — хранить такие деньги дома? — вмешался в разговор дядюшка Элвин, не отрываясь от дела: он был занят изготовлением бутерброда с конфитюром, который он как раз накладывал толстым слоем на булку.
Госпожа Пепперминт бросила в его сторону хмурый взгляд.
Мало того что дядюшка сегодня явился к завтраку в халате господина Пепперминта, так он еще зачем-то водрузил на лысину свою кожаную шляпу.
— Не беспокойся, дядя, — ответил господин Пепперминт, — деньги у меня в надежном месте.
— В ящике кухонного стола? — спросил Мартин со смехом.
— Угадал! — весело отозвался господин Пепперминт.
— Заветное местечко! Вы там всегда все ценное держите! — решил подтрунить над родителями Мартин.
— А ты откуда знаешь? — удивился господин Пепперминт.
— Так вы же там раньше все время от меня шоколадки прятали! — расхохотался Мартин.
— Которые оттуда всегда загадочным образом исчезали! — подхватила госпожа Пепперминт.
— Это не я! — поспешил заверить Субастик, а потом добавил: — К сожалению.
— Конечно, ведь ты не знал этого секретного местечка! Иначе все шоколадки были бы съедены до меня, — ехидно сказал Мартин. — Вот тогда бы я точно не смог взять ни одной плитки в долг!
— Ах, это у тебя называется брать в долг?! — воскликнула госпожа Пепперминт. — Вообще-то, если что-то берешь в долг, желательно это потом вернуть.
— Да мы сегодня вам хоть сто тысяч таких шоколадок вернем! — выпалил Субастик.
— И каким же это образом? — поинтересовался господин Пепперминт.
— А вот загадаем желание — и нате вам, пожалуйста! Получите вагон шоколада! — хвастливо заявил Субастик.
Мартин тихонько ткнул Субастика в бок, чтобы тот попридержал язык.
Дядюшка Элвин расхохотался.
— Ты что, всерьез думаешь, будто можно вот так вот взять и пожелать себе что угодно? — спросил он. — Нет, брат, такое только в сказках бывает.
В этот момент зазвонил телефон.
— Ну кто это звонит по субботам, да еще утром, когда порядочные люди завтракают? — проворчал господин Пепперминт, поднимаясь из-за стола.
Субастик тут же подхватил тему:
Сел за завтрак, взял колбаски,Сделал ей большие глазки,Рот раскрыл — и тут как громЗатрезвонил телефон!Кто звонит? Что за дубина?«Я, — мурлычет трубка мило. —Сообщить хочу я вам,Что опасно по утрамОбъедаться колбасой,Хоть и хочется порой!»
— Так оно обычно и бывает! — отозвалась госпожа Пепперминт. — Только сядешь есть, обязательно найдется кто-то, кому нужно сообщить тебе какую-нибудь ерунду.
