микрофон.
— Как стало известно сегодня утром, за последние четверо суток пропало более десяти человек. Случаи исчезновения произошли в окружном центре, а также в двух близлежащих поселках. Полиция пока заявляет об одиннадцати инцидентах, но наш источник подтверждает, что пару часов назад к ним обратилась женщина, у которой тоже пропал муж. То есть, можно с уверенностью говорить, что количество пропавших продолжает расти, однако власти не спешат делать заявлений. Каких-либо объяснений о сложившейся ситуации от них к этому часу так и не поступило. Четыре дня они скрывали от всех эту информацию и пока никто не может объяснить для чего…
Сзади нее камера фиксировала толпу журналистов и зевак у здания полиции округа. Людей там собралось уже довольно много. На лицах всех присутствующих читалось недовольство происходящими событиями и загадочное молчание властей его лишь подогревало.
Картинка чуть сместилась, взяв лицо журналистки крупным планом, после чего она продолжила быстро говорить:
— К другим новостям. Ранее уже появлялась информация, что на территории военной базы, находящейся по-соседству с исследовательской лабораторией NLVID-4, происходит нечто чрезвычайное. К ней уже несколько недель стягиваются подразделения вооруженных сил, а вчера вечером местные жители стали свидетелями небывало масштабной операции по переброске войск. Нам удалось получить кадры, сделанные одним из них на мобильный телефон.
Журналистка пропала с экрана, а вместо нее появилась съемка плохого качества. На ней тем не менее разборчиво виднелась внушительная вереница военных автомобилей до отказа забитых людьми в форме. Слегка хриплый, будто немного простуженный, но в то же время приятный и мелодичный голос за кадром продолжал:
— На съемке хорошо видно, что в сторону военной базы направляются вертолеты и целые колонны боевой техники. Сегодня утром наш специальный корреспондент в очередной раз попытался туда проехать, но его остановили сотрудники особого отдела полиции. Молчание официальных лиц вызывает немалое беспокойство и все мы надеемся, что вскоре с комментариями по обеим ситуациям выступит хоть кто-то из представителей военного ведомства или полиции. На этом пока все. С вами была Марта Дилл. Следите за дальнейшими новостями.
Выпуск новостей переключился на студию. Ведущий в темно-сером деловом костюме рассказывал что-то еще, но забрав пульт из рук Терри, я выключил телевизор.
— Одевайся, детка. Нужно ехать в участок.
— Опять? — смешно наморщив нос, протянула она. — Зачем в этот раз?
— Билл звонил. Сказал, едет какой-то инспектор из округа. Нужно будет дать ему показания. — Я уже допил кофе и натягивал на себя футболку. — Поторопись, хорошо? Я подожду на улице.
Терри промолчала, но когда я почти подошел ко входной двери, вдруг окликнула:
— Папа?
Интонация, с какой она произнесла это слово, заставила меня резко остановиться. В ней звучала затаенная тревога и настороженность. Не поворачиваясь, я ждал ее дальнейших слов, но еще до того, как она задала вопрос, уже знал, о чем он будет.
— Тебя же не арестуют за то, что ты их убил?
Я не привык лгать дочери. Когда-то давно мы условились, что будем говорить друг другу правду, какой бы неприглядной она не была, но, видимо, теперь я угодил в собственную ловушку. Предстояло сделать нелегкий выбор — либо сказать ей как есть, что еще больше растревожит ее и без того нервное состояние, либо солгать, но хотя бы ненадолго оградить от неприятных размышлений.
— Не думаю, Терри, — решился я. — Если бы меня собирались арестовать, то не отпустили бы домой.
Вернувшись, я крепко прижал ее к себе и потрепал по взъерошенным белокурым волосам. Ответив на этот жест слабой, больше похожей на вымученную гримасу улыбкой, она задрала голову и, словно ища подтверждения сказанным словам, заглянула мне в лицо. Приняв решение, что ни к чему раньше времени заставлять ее нервничать, я как мог сохранял невозмутимый вид.
— Мы просто расскажем, что видели, вот и все, — со спокойной уверенностью повторил я и подтолкнул ее к лестнице. — Одевайся, Терри. Хотим мы или нет, но мы должны ехать.
Едва она умчалась наверх, в дверь раздался осторожный стук. Это оказался Пол. Дирксона ни рядом с ним, ни в машине уже не было.
— Вы готовы, мистер Уилсон? — смущенно переминаясь с ноги на ногу спросил он. — Мне было приказано не задерживаться и как можно скорее доставить вас в участок.
— Я готов, Пол. Осталось подождать Терри.
Выйдя к нему, я закурил сигарету. Из головы не шло услышанное в новостях — двенадцать пропавших и толпа военных у какой-то чертовой лаборатории. Сам собой у меня сформировался вопрос: «Это как-то связано с тварями, на которых мы напоролись ночью или мне только так кажется?»
Рассудив, что необходимо побыстрее отыскать Роба, я докурил сигарету и направился к машине. Терри вышла спустя несколько минут, запрыгнула рядом со мной на сиденье и с напускной веселостью пошутила:
— Мы похожи на опасных преступников, но я всегда мечтала прокатиться в полицейской машине. Пол, а мы можем включить сирену? Вот было бы здорово!
Полу впервые доверили столь важное дело, как охрана и конвоирование подозреваемого в убийстве, но видно, пока я спал, Терри, хитрюга, уже успела к нему подластиться. На ее предложение лицо его озарилось улыбкой, а пальцы потянулись к кнопке включения сирены.
— Не надо, Пол, — остановил я. — Наверняка наши соседи и так изнывают от любопытства, не хватает лишь сирен с мигалками, чтобы был повод лишний раз почесать языками.
От моих слов его рука разочарованно опустилась вниз. Он явно испытывал желание, чтобы все вокруг видели его при исполнении такой важной миссии, мной же двигало совершенно обратное. Я хотел, чтобы этот безумно странный день поскорее закончился, после чего я смог бы вернуться к своей привычной, предсказуемо-серой повседневности. Пожалуй, сейчас я впервые сполна оценил всю ее убогую прелесть.
Глава 7
Когда мы подъехали к полицейскому участку, светло-серый пикап Роба уже стоял на парковке. При ярком свете дня он сиял, точно свежеотчеканенная серебряная монета, а капот и лобовое стекло выглядели настолько чистыми, что, казалось, стоит провести по ним пальцем и можно будет услышать безупречный металлический скрип. Представив, как Роб матерился, отдраивая засохшие следы, оставленные той мразью, я невольно скривился от отвращения.
— Ты видел новости? — едва мы вошли, спросил он.
Роб сидел в кресле возле кабинета Билла, но увидев нас, резво подскочил на ноги. Выглядел он гораздо лучше, чем утром. На нем была чистая рубашка, подбородок гладко выбрит, а волосы в привычной небрежности зачесаны на правый бок. Лишь багровые царапины, став еще более заметными, напоминали о случившемся.
Пол — мой сторожевой пес — чуть только вошел в участок, сразу
