кого рыльце в пушку после недавнего бунта, и кто рад будет убраться из Вила подальше вместе со своими семьями. В Сарской провинции набери людей, которые войдут в штат комендатур Нимеи. А там — Сольта. А в Сольте — Вила. Уяснил принцип? И на будущее…У Клейна возьмёшь список всех провинций всех королевств, которые станут имперскими протекторатами. Будешь действовать таким же образом.
Бор и Уля с восхищением посмотрели на Олега, придумавшего такую хитрую схему. Сам же регент нисколько не сомневался, что такая схема временная. Всё равно, со временем люди обживутся, обзаведутся связями и изыщут возможность при необходимости водить центр за нос.
Но это будет намного позже, и Олег рассчитывал, что за этот период отработает и реализует систему контроля.
Веда на Олега с восхищением не смотрела, потому что к беседе почти не прислушивалась, а, наверняка, выдумывала свою схему. В другой области.
— Спасибо, Олег, чудесный завтрак, — поблагодарил регента Бор, — Я, пожалуй, отправлюсь прямо сейчас?
— С бала на корабль? Попробуй, — улыбнулся Олег, — А за завтрак вон её, свою герцогиню благодари. Это её повар нас так вкусно накормил.
— Ничего, местные тоже скоро начнут работать как нужно, — Веда отвлеклась от своих интриганских мыслей и многообещающе покивала головой.
После ухода Бора, поняв, что регенту с герцогиней необходимо обсудить текущие дела, Веда откланялась и направилась в апартаменты, выделенные барону и баронессе Ленер на втором этаже правого дворцового крыла.
— Поедешь со мной на стройку? — спросил Олег у сестры, — По работе ты там не нужна пока. Как и я.
— Решил только семафорный телеграф строить? А когда дорогами займёмся? После войны, что ли?
Уля, наевшись, с радостным выражением на лице смотрела на своего кровного брата. Утвердительный ответ на своё предложение Олег видел и без её слов.
— Почему после войны? — Олег дал знак Моне, что они уже завершили завтрак, и встав из-за стола, пригласил Улю пересесть на диванчик, — Сейчас тоже будут строить. Только без нас.
Строить дороги здесь в принципе умели, и не хуже, чем древнеримские, прослужившие потом Европе много веков. То, что на дороги тут вечно не было денег — это уже другой вопрос, кстати, знакомый Олегу по состоянию дорог его родного города в оставленном мире.
— Ты же хотел от Фестала проложить трассы из мрамора во всех четырёх основных направлениях? — удивилась герцогиня, уютно устраиваясь в уголке дивана.
— Концепция поменялась, Уля. Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними. Когда я так планировал, я ещё не думал становиться кем-то бо́льшим, чем соправитель Винора. А сейчас я уже регент и, если ты не забыла, хочу забраться повыше. Не обижайся, но я заберу у тебя обратно Псков — он станет моим стольным градом. Да и Сфорц, весь целиком, заберу. Трассы пойдут не от Фестала, а от Пскова во всех направлениях. А в остальных местах будут строиться обычные качественные дороги. Я найду на это силы и средства.
Уля от радости даже захлопала в ладоши.
— Обижаться на то, что ты заберёшь Сфорц? Смеёшься, что ли, Олег? Да я только и мечтала скинуть с себя эту обузу.
Смотря на искренне обрадовавшуюся сестру, Олег с грустью подумал, что её веселье продлится не долго. Буквально несколько ударов сердца. Пока он не откроет рот.
— Помнишь, я тебе как-то говорил, что нужно бояться исполнения своих желаний — они имеют свойство сбываться?
— Ты это вот сейчас о чём? — оставив в сторону свою весёлость, сразу же насторожилась Уля.
Она слишком хорошо его изучила за годы их совместных путешествий и работы. И суть его интонации уловила верно.
— О том, Уля, — вздохнул Олег, — что корону герцогини я у тебя не просто забираю, а меняю не глядя. На корону королевы Саарона. И не взбрыкивай, а то сейчас по попе получишь. Не посмотрю, что уже совсем взрослая и важная аристократка, — осадил он вскинувшуюся было сестру, — Нет у меня достаточного количества людей, кому бы я мог доверить такое. Ты ведь меня не бросишь?
— Олег! Да я ведь не об этом! — застонала Уля, — Я с герцогством-то еле управлялась. При том, что вокруг меня были наши замечательные друзья. А с королевством…
— Не боги горшки обжигают. Да и не брошу ведь я тебя. И в помощь себе кого-то из наших ребят возьмёшь. Да и зря ты так наговариваешь на нашу семью. Наблюдал я за тобой, приглядывал, как ты Сфорцем управляешь. Так что, всё у тебя получится. Уверен. Читал я в одном толстом фолианте, что у монахов Роха брал, о деяниях многих коронованных женщин. И, знаешь, что я тебе скажу? У них получалось гораздо лучше порой, чем у мужчин.
Вообще-то, в иносказательной форме, во время их долгих совместных работ, он уже рассказывал ей о тех примерах земной истории, которые знал. И об Екатерине Великой, и об английской королеве Виктории, и о других, о которых что-то читал или слышал. Правда, Олег понимал, что его представления об истории весьма искажены. Не зря же сам Александр Сергеевич Пушкин призывал не верить историкам, потому что их труды очень хорошо оплачиваются.
Да ещё и из примеров своего бывшего мира он уяснил, сколько трактовок и лжи может быть вокруг даже одного не очень значимого события. И подкупать историков не надо, они и бесплатно соврут.
Вот что через триста лет могут сказать историки по поводу сбежавшего от английских упырей-живодёров, как раз в последние дни пребывания Олега в родном мире, кота Скрипалей? Да ничего толком не скажут. Кто-то будет опираться на одни источники, кто-то — на другие. Но никто ничего доказать друг другу не сможет, потому что все источники твердят прямо противоположное. Поэтому, каждый будет трактовать так, как ему подсказывает его текущая политическая позиция и воспитание.
Впрочем, Олег, уже в этом мире, выработал для себя определённые критерии доверия-недоверия к событиям и фактам, и им следовал.
— Если честно, Олег, когда ты рассказывал о тех великих женщинах то тебя было очень-очень интересно слушать. Правда. Но как-то, знаешь, это очень похоже на рассказы сподвижника Лойа. Интересно, но неправда.
Олег с интересом посмотрел на сестру. Он впервые столкнулся с таким скептическим подходом с её стороны.
— Ну, хорошо, — кивнул он, — Допустим, те рассказы — чья-то выдумка. Но бирманскую королеву Иргонию ты ведь лично знаешь? И что, она хуже управляет королевством, чем её сосед Толер, король Геронии, или хуже, чем раньше управлял Лекс? Перестань себя изводить, Уля. Вот увидишь, всё у тебя получится. Так, — Олег хлопнул себя
