Отца своего он больше никогда не звал.
Саманта почти все время сидела рядом с ним. Казалось, что ее присутствие действует на него благотворно, и ей было приятно осознавать, что она кому-то нужна.
Ближе к ночи она поняла, что победила. Ее переполняла такая радость, что она, больше не сдерживая себя, откинулась на спинку стула и улыбнулась несколько глуповатой, но счастливой улыбкой. Она победила болезнь. Теперь он будет жить. И хотя его дыхание стало более спокойным, он все еще был бледен как полотно. Однако его больше не бросало ни в жар, ни в холод.
– Благодарю тебя, Господи, – сказала Саманта, и ее глаза снова увлажнились от слез. Сейчас это были слезы облегчения и благодарности.
Она не спала ни минуты с тех пор, как его принесли в ее дом, и теперь ощущала огромную, прямо-таки смертельную усталость. Остатки горохового супа давно остыли. Огонь в кухонном очаге почти погас. Впрочем, в спальне было довольно жарко, потому что в меднике все еще пылал уголь.
Ей было просто необходимо прилечь. Хотя бы на несколько минут.
Она легла на край кровати рядом с мистером Брауном. Закрыв глаза, она ощутила невыразимое блаженство. Постельное белье было влажным, но она не обращала на это никакого внимания, потому что от его тела исходило приятное тепло.
Свеча, стоявшая на ночном столике, вскоре погасла. После того как утих ветер, во всем мире воцарилась такая тишина, что она слышала, как ровно и сильно бьется его сердце.
Саманта блаженно улыбнулась, радуясь своей победе, и заснула крепким сном.
Ее разбудил громкий стук в дверь. Проснувшись, она начала беспокойно оглядываться по сторонам, пытаясь понять, где она и что с ней. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что лежит в кровати. И не в ночной рубашке, а полностью одетая.
Ее черное платье было сильно измято; ей придется долго его отглаживать.
Что же случилось? Неужели у ее матери ночью снова был сильный приступ…
В этот момент она окончательно пришла в себя. Ее мать давно умерла.
Повернув голову, Саманта увидела рядом чье-то лицо. Да ведь это же мужчина!.. И тут она поняла, где находится.
Изумленная Саманта тут же вскочила с кровати. Мистер Браун крепко спал. И хотя он был укрыт одеялом до подбородка, она понимала, что лежащий рядом с ней мужчина совершенно обнажен.
Как же это ее угораздило…
В дверь снова настойчиво постучали.
– Мисс Нортрап! Мисс Нортрап, с вами все в порядке?
Это же голос Берди Седлер! Что ей здесь нужно?
Саманта быстро побежала в кухню, на ходу потирая заспанные глаза. Огонь в очаге давно погас, и в доме было очень холодно.
«И все-таки мистер Браун будет жить», – подумала она, и мир вокруг нее снова стал прекрасным.
Посмотрев на себя в зеркало, она поправила волосы и, переплетая косу, закричала:
– Да, миссис Седлер, со мной все в порядке. Чем могу быть вам полезна?
– Мы пришли навестить вас, но сначала хотим узнать, не опасно ли это.
Саманта осторожно посмотрела в окно и замерла от ужаса. Возле кладбища стояли сани, в них восседала весьма внушительная дама. Это была жена сквайра – миссис Биггерс. Рядом с ней сидели миссис Портер и сестры Дойл. Миссис Биггерс подняла вверх корзину, показывая, что они пришли не с пустыми руками. Дело в том, что в Спрауле было так заведено, – все соседи приносили продукты в дом, в котором находился больной или покойник.
Однако мистер Браун не умер.
Перевязав косу лентой, Саманта открыла дверь.
– Нет, миссис Седлер, это не опасно. Мне удалось победить грипп. Теперь мистер Браун будет жить.
Миссис Седлер от удивления широко раскрыла глаза.
– А я предполагала худшее.
– Этого не случилось, – сказала Саманта. – Хвала Господу нашему.
– О да, хвала Господу, – эхом повторила за ней миссис Седлер и повернулась к миссис Биггерс. – Все в порядке. Идите сюда. Наш незнакомец жив.
– И он уже не болен, – радостно воскликнула Саманта.
– О-о, это прекрасно, – сказала миссис Биггерс, медленно выбираясь из саней. Потом она осторожно двинулась через сугробы к дому.
Открыв пошире дверь, Саманта пригласила в дом миссис Седлер, а сама кинулась к очагу, чтобы развести огонь.
– Мисс Нортрап! – торжественно произнесла миссис Биггерс, и перья фазана, украшавшие ее бархатную шляпу, слегка качнулись. Она вошла в кухню и передала миссис Седлер свою корзину, а потом сняла плащ и отряхнула снег с ботинок. – Мы так беспокоились о вас, дорогая моя! Вы так долго не открывали дверь, что мы уже не знали, что и подумать.
Вряд ли это возможно, подумала Саманта, ведь миссис Биггерс никогда и ни в чем не сомневалась. Обо всем на свете у нее имелось собственное мнение. Устыдившись, Саманта прогнала прочь эти мысли.
Женщины начали раздеваться, снимая плащи и шляпы. В кухне запахло влажной одеждой и знаменитым пирогом с телятиной, фирменным блюдом миссис Биггерс.
– В корзине есть еще сыр и колбаса, – пробормотала миссис Биггерс.
Саманта улыбнулась.
– Благодарю вас. Не соблаговолите ли присесть? – сказала она, понимая, что на всех не хватит стульев и придется принести еще один стул из спальни. Она побежала в спальню и принесла его, после того как растопила очаг. Мистер Браун по-прежнему крепко спал. Выйдя из спальни, она плотно закрыла за собой дверь. А деревенские дамы тем временем рассаживались вокруг стола в кухне.
– Вот, мисс Хетти, – сказала Саманта, заставив себя приветливо улыбнуться, – еще один стул для вас.
– Помочь вам? – спросила Элис Портер.
– Вы можете пока поставить чайник, – ответила Саманта. – В том мешочке хватит чая на всех, – сказала она, указав на один из мешков, в которых миссис Седлер принесла ей продукты.
– Мисс Нортрап неважно выглядит, не так ли? – усевшись поудобнее, сказала мисс Хетти.
Она обращалась непосредственно к миссис Седлер, и та кивнула в ответ.
– Я говорила им, что нам не следует приходить к вам, – сказала она Саманте, – но миссис Биггерс очень настаивала.
– Конечно, настаивала, – сказала миссис Биггерс. – Бедная мисс Нортрап осталась здесь одна в такую ужасную метель, а жители Спраула принесли ей только корзину с провизией и больше ничем не помогают. Вы ужасно выглядите, моя дорогая. От вас остались только кожа да кости! Неужели было так тяжело ухаживать за этим несчастным?
– Я вполне здорова, – заверила ее Саманта. В кухне стало гораздо теплее, потому что в очаге пылал огонь и собралась большая компания.
Но миссис Биггерс все равно ежилась от холода.
– Надеюсь, в приходе найдутся средства для того, чтобы обустроить дом викария на современный манер. Надеюсь также, что сделают это до того, как сюда переедет мой племянник, – довольно бесцеремонно заявила она. – После перестройки гостиную можно будет использовать как кухню, например, зимой.
