захлюпал стаканом.
— Эй, дро, скучаете? Можно к вам? — смазливый типчик томной наружности, весь прикид в лампочках.
— К нему, — указываю я на Сегония.
— А ты что же, милый мальчуган? Не хочешь пообщаться?
— А разве передо мной стоит стакан газированного говна?
— Подумаешь, какой… — обижается подсвеченный и удаляется за другой столик.
— А на меня он даже не посмотрел! — обиженно шепчет Сегоний.
— Ничего, будет и на твоей улице площадь, — успокаиваю я.
Я уже начал беспокоиться, что клиент останется без оплаченного досуга, и нам придётся возвращать аванс, но, в конце концов, брутальный тип в расстёгнутой до волосатого пупа латексной куртке и хайтековой имитации строительного респиратора под жгучими чёрными глазами увёл его сначала на танцпол, а потом в нумера. Я с облегчением удалился — пока Младший пил свою чашу терпения, ко мне подкатывали раз пять, и причём пару раз настолько навязчиво, что я уже собрался им врезать.
Расположился в уличном кафе неподалёку и уселся накачиваться кофе.
Ждать пришлось долго, но клиент вышел довольный, а счёт за него крошечный. О последнем ему, разумеется, лучше не знать, потому что я-то стрясу по полной, иначе Шоня меня не простит.
— Ну, как тебе? — поинтересовался я из вежливости.
— Шикарно, дро! — сказал он, расплываясь в улыбке. — Лучший вечер в моей жизни!
— Значит, пора переводить токи.
— Не вопрос, дро! Вы точно заслужили премию! Буду с нетерпением ждать следующего выхода.
Не делает ли это меня немножко сутенёром? Да наплевать, вся сфера услуг проистекает из одной, но весьма древней профессии.
Глава 4. Проблему контроля решает контрольный
В соседней башне мы теперь желанные гости. Две недели «экскурсий» сделали нас незаменимыми посредниками между верховой молодёжью и простецкими радостями Средки. Казалось бы, всё у них есть: токов как грязи, натуральная еда, понтовая одежда, лучшие видеоигры, прекрасное образование, а главное — живые, настоящие, не пропадающие в аренде родители. И что? Они ноют и говнятся. Как им скучно. Как им не хватает свободы. Какая удушающая атмосфера в башнях. Не нюхали вы, ребятки, как на низах мусор пахнет! Вот где удушающая атмосфера… И всей свободы там — досидеть, плюя в потолок, до аренды. Но я им не судья. Я им, наоборот, сфера услуг.
Экскурсионное обслуживание вошло в колею, и я мстительно сбросил большую часть работы на корпу. Хватит мне за всех отдуваться. Постепенно сформировались предпочтения и установились пары. Забавно, что никто не выбрал клиента с близкими предпочтениями. То есть Зоник, например, не водит любителей борделей, Лендик не пасёт игроманов, а Лирания не выгуливает жаждущих посмотреть на бои. Я думал, Лирка возьмёт шефство над Тамэем, с которым у неё нечто вроде отношений, но нет, он отказался сам. Да и мало кто захочет светиться перед девушкой походами в бордели. Создаёт определённую неловкость. Так что им занялся Кери, проблем он, вроде бы, не создавал, и я выкинул неприятного парня из головы.
Оказалось, рано.
Кери вызвал меня вниз по коммуникатору, которым я, в конце концов, обзавёлся, хотя до сих пор считаю эту штуку не вполне безопасной. Мой — краймовый, прошит на какого-то левого человека, который, надо полагать, где-то в аренде, а то и утилизирован на удобрения. Токов у корпы теперь хватает, можем себе позволить. Доить молодёжь верхов на карманные деньги оказалось чертовски прибыльно. К нам уже начали подтягиваться из других башен. «Сарафанное радио» работает, хотя тут ни радио, ни сарафанов.
— Прем, Тамэй пропал.
Ругаться и орать я не стал, успею ещё.
— Кинь координаты, оставайся на месте, я сейчас буду.
Кери растерянно топчется у дверей затрапезного заведения, над входом которого крутит огромной неоновой жопой лиловая голографическая бабища. Называется «Между булочек», но специализируется явно не на бутербродах.
— Какого чёрта ты поволок его в этот шалман? Его нет в списках!
— Он сам захотел! Велел заплатить вперёд и ждать. Его долго не было, я зашёл, а там говорят, что его не видели…
— Покажи историю платежей.
Кери послушно достал коммуникатор и раскрыл окно платёжного терминала.
— Слишком много, — сразу заметил я. — За такие деньги он мог оттрахать весь бордель четыре раза. Особенно такой тухлый, как этот.
— Я даже не посмотрел…
— Ну, ты даёшь. Ладно, пошли разбираться, какой мандой нашего клиента зажевало.
На ресепшне у них не арендная кибердавалка, а неприятного вида ушлый мужичок.
— Желаете развеяться, молодые люди? — ухмыляется он. — Правильный выбор, у нас самые качественные киберсамки на Средке! Сосут так, что яйца втягиваются!
— Сюда зашёл наш клиент. И не вышел. Он нам нужен. А тебе не нужны неприятности.
— Так, шпана, валите отсюда!
— Мы не шпана, а корпа. И если я спрашиваю, то мне отвечают.
— Смешной мальчуган, — щерится неровными кривыми резцами мужичок. — Не хочешь подработать? На таких симпатичных есть спрос…
— Хочу разбить тебе харю. И сделаю это, если ты не приведёшь сюда нашего клиента. Прямо сейчас, мудила.
Он совершает глупость — хватает меня за плечо. Я делаю ему очень больно, он валится в корчах на пол и вызывает охрану с карманного пульта. Бодаться с киберами нам не с руки, отступаем на запасные позиции, то есть драпаем со всех ног.
— И что теперь? — уныло спрашивает Кери.
— Придётся вызывать кавалерию, — вздыхаю я. — Её услуги я оплачу из твоих процентов, потому что это ты проебал клиента. Вопросы? Предложения?
— Нет, прем. Всё понятно, прем… — вздыхает Кери.
Кавалерия прибывает быстро: пять мотоциклов с синей, в клановый цвет, подсветкой.
— Что стряслось, мелкий прем? — надо же, сама Костлявая удостоила.
— Обижают, тётенька! Злые дядьки! — отвечаю я нарочито тонким голосом, и она заливисто ржёт.
Договор с Кланом Синей улицы мы заключили на прошлой неделе, и это была идея Костлявой. Клану нужны токи, нам иногда не помешает силовая подстраховка. Кто-то из клановых почти всегда болтается на Средке, а остальные могут быстро примчать. Я решил, что репутация «корпы, за которую впрягутся клановые» нам нужна больше, чем сама поддержка, и вызываю помощь даже тогда, когда мы можем справиться сами. Как сейчас, например. У меня
