ускоряю шаг, и Ксавье, должно быть, слышит мое приближение, потому что в последнюю минуту отходит в сторону, давая мне пространство поднять ногу и нанести удар, как будто я собираюсь сыграть в футбольный мяч. Я слышу треск, когда моя нога соприкасается с головой этого больного ублюдка.
Он оседает на землю, когда моя грудь тяжело вздымается. Я ловлю взгляд Ксавье, отмечая, что он выглядит примерно так же дико, как, я предполагаю, я. Звук удара плоти о плоть привлекает мое внимание к Хантеру, который все еще безжалостно избивает другого парня, поэтому я спешу к нему, обхватывая его рукой за плечи, чтобы заставить отступить.
Он напрягается, пытаясь продолжить атаку, но я не ослабляю хватку, и он постепенно успокаивается настолько, что перестает сопротивляться.
— Нам нужны эти красивые ручки, брат, — напоминаю я ему, кладу голову ему на плечо и тоже пытаюсь успокоиться.
— Где она? — наконец говорит он, его голос хриплее обычного, и я медлю с ответом. Я оставил ее с Райаном, но немного отвлекся на помощь в избиении, которого заслуживали эти ублюдки.
Оглядываясь на поврежденный внедорожник Иден, я вижу, как они осторожно укладывают ее на носилки, фиксируя шею, и я в отчаянии разеваю рот.
— Черт, — хрипит Хантер рядом со мной, пока мы смотрим, как они загружают ее в машину скорой помощи без опознавательных знаков. Подходит Райан с мрачным выражением на лице.
— Она едет домой с нами, — заявляет Ксавьер, уперев руки в кулаки, когда Райан останавливается перед ним, глядя на него сверху вниз.
— Да, потому что отвезти ее туда, где у Иланы будет легкий доступ, — лучшая идея. — Райан закатывает на нас глаза, как на идиотов, прежде чем переводит взгляд на мужчин на земле. — Твоей матери? — спрашивает он, сосредоточившись на Ксавье, который даже не огрызается в ответ на саркастическое замечание Райана, потому что мы все знаем, что он прав.
С тяжелым вздохом Ксавье проводит рукой по лицу. — Честно говоря, я не знаю, но на данном этапе это кажется весьма вероятным.
— Я позабочусь о них, — просто отвечает Райан, скрещивая руки поверх кожаной куртки, и Хантер кивает. Я понятия не имею, что это на самом деле влечет за собой, и у меня нет интереса выяснять, хотя, похоже, Хантер знаком с повадками своего шурина. Я хочу быть с Иден. Нахуй наш братский кодекс прямо сейчас. Ей нужен кто-то, нравится ей это или нет, и я хочу быть этим человеком.
— Я хочу поехать с ней, — выпаливаю я, и Райан тут же качает головой.
— Вы можете вернуться с нами в наш дом, но вы, ублюдки, объясните мне, что вы сказали сегодня днем, что заставило ее решить, что ей нужно бежать. — С этими словами он разворачивается на каблуках, и я счастлив последовать за ним. Я бы предпочел быть с Иден, но пока меня не отталкивают, я не собираюсь спорить.
— Я поеду за тобой на своей машине, — кричит Ксавье. — Мне нужно позвонить маме.
— К черту это, она все равно ни хрена не скажет, — бросаю я через плечо, обнаруживая, что Хантер тоже направляется ко мне. Если Ксавье и удивлен, что мы оба лезем к Райану, он этого не показывает, но тик на его челюсти говорит мне, что он осознает, что в нашей тесной связи сейчас определенно есть трещина. И все это ради дерзкой, красивой блондинки с блестящими голубыми глазами.
Я молча опускаюсь на заднее сиденье черного пикапа Райана, позволяя Хантеру сесть впереди рядом с ним, и пытаюсь осознать, что, черт возьми, только что произошло.
Кто-то, по-видимому, Илана, только что столкнули Иден с дороги. Столкнули. Ее. С. Дороги.
Ярость продолжает нарастать во мне, пока в моей голове прокручивается картина того, как внедорожник врезается в ее G-Wagon. Мне все равно, что за хуйня здесь происходит, мне просто нужно, чтобы с ней все было в порядке.
К счастью, Райан остается прямо за машиной без опознавательных знаков, где, я надеюсь, парамедики ухаживают за Иден, так что мне не нужно так сильно беспокоиться о ее местонахождении. Но мои глаза продолжают шарить по дорогам, убеждаясь, что за ней не гонится еще одна сумасшедшая машина. Однако сейчас, когда солнце зашло, трудно что-либо разглядеть, и я могу ориентироваться только по огням машины.
— Итак, кто хочет начать? — громыхает Райан, его глаза устремлены на дорогу, пока он ждет, что кто-нибудь из нас ответит. Я точно знаю, что он хочет знать, но на самом деле это не в наших правилах — делиться подробностями за пределами нас троих. Технически он семья Хантера, так что я оставляю это решение за ним. Когда Хантер тоже ничего не говорит, Райан вздыхает. — Вы же знаете, что я установил наблюдение вокруг бассейна, верно? Вы можете сказать мне, или я могу просто послушать это, когда вернусь. В любом случае, я узнаю, почему она улизнула сегодня вечером со страхом в ее больших голубых глазах, как будто она была совершенно потерянной душой.
Его слова сильно ударили меня в живот, но меня слегка раздражает, что эта девушка каким-то образом проникла глубоко под мою кожу. Я смеюсь, я шучу, но не впускаю никого внутрь. То, что она наконец оказалась подо мной, никак не утолило мою потребность в ней. Предполагалось, что это будет секс, просто секс, но прямо сейчас, когда на пути появилось новое препятствие Ксавье, я на самом деле не знаю, стоит ли что-то менять.
Я думаю, все зависит от того, насколько на самом деле сильна связь Ксавьера со своей матерью.
Не то чтобы все это уже имело значение. Она не захочет даже смотреть на меня снова, не после этого, потому что это определенно связано с Иланой, которая связана с Ксавьером, что ведет к Хантеру и ко мне. Я чертовски облажался.
— Мы вежливо сказали ей быть завтра в школе, прежде чем, взять дело в свои руки, — бормочу я, и оба, Хантер и Райан, поднимают брови, глядя на меня. Хантер, потому что он знает, а Райан, потому что он может точно сказать, что это было сказано невежливо, и это было не самое худшее.
Прочистив горло, Хантер, наконец, заговорил. — Она спросила, причастны ли мы к убийству ее отца, и мы не подтвердили и не опровергли это. Если уж на то пошло, Ксавье поощрял эту идею, пытаясь заставить ее подчиниться. — Ну, это кажется более точным, я просто пытался немного подсластить это.
Райан усмехается, переводя взгляд с меня на него. — Я не
