- Понимаю ваш вопрос, - сказал Сэму. - Правильно. Несколько нужно зафиксировать на месте, в условиях вашей планеты, поскольку структура нашей планеты очень отличается от вашей.
Чайник кивнул, хотя Котька был уверен, что вопрос его вызван совсем другими причинами. Судя по бабьих слов, способ пользования орудиями труда не был предметом восхищения Чайника. Так же, как и Петикантропа.
- Но сегодня мы не сможем заняться этим, - сказал Сэму. - Я действую по заранее намеченной и утвержденной программе. И нарушить ее не могу. Через четыре с половиной минуты у меня космосвязь с нашей орбитальной станцией. Вы не должны в это время быть здесь. Бу бу, ра ра... Простите... Я обо всем договорюсь о вас и завтра сам законтактирую с вами. Прошу быть дома и никуда не идти.
- С-конечно... Но... как же?.. - Чайник растерянно заморгал. - Там же баба... она...
- Вы хотели бы взять ее с собой? - Заботливо спросил Сэму.
- Нет-нет-нет! - Испуганно замахал руками Чайник. - Вы что!.. В-она... старенькая, больная... ей будет трудно...
- Тогда не беспокойтесь. Я сделаю так, что она ничего не увидит... Ли си ку ко... Простите... Мы это умеем делать. Какова ваша хата? Вы живете вместе?..
- Нет, но... он будет у меня... - за обоих ответил Чайник. - Хата третья от поля. Под жестью. Очень легко найти. У ворот колодец и тополь. Сразу видно. Слушайте, а... а можно, чтобы с нами еще один парень полетел?
Котька вздрогнул от неожиданности и похолодел. Он вовсе не собирался лететь на другую планету. Одно дело законтактировать с пришельцем, а совсем другое - лететь в какую галактику, бросая маму, папу и всех на свете. Котька не был к этому подготовлен.
Но тут же он успокоился. Ибо...
- Из Германии, - сказал Чайник. - Демократической. Вот такой парень!.. Красный следопыт. И вообще... Он вам расскажет, как живут в Германии. Вам будет интересно. Ведь на земле много стран, и каждая живет по-своему.
- Хорошо, я посоветуюсь... Это может быть полезно... А теперь идите. И предупреждаю: все, что вы здесь видели и слышали, - строгая тайна. Никому ни слова. В случае чего я вынужден буду применить аннигиляции.
- А? - Раскрыл рот Петякантроп.
- А... что это такое? - Спросил Чайник.
- Аннигиляции это... Вот видите шарик? - Он поднял вверх руку, в которой была яркая красный шарик. - Ап! - И шарик исчез. Шарик аннигилювался. То есть ее не стало.
- А? - Рота Петякантроп просто уже не закрывал. Так и стоял.
- Я-ясно, - дрожащим голосом сказал Чайник. Котька почувствовал, как у него дрожат и подгибаются ноги.
- Мы это делаем только когда нам угрожает опасность. Па ни ко мо дю ди дир... Простите... Или когда предмет или объект нам мешает.
- И это на... навсегда... насовсем? - Спросил Чайник.
- Это зависит от нашего желания. Впоследствии, если мы будем считать, что объект может приносить какую-то пользу, мы его снова материализует. Вот так! Ап! - И шарик снова появилась в руке Сэму.
- Здорово! - Восторженно воскликнул Чайник. - Вот бы нам так! Ап! И само прибралось во дворе, аннигилизувался весь мусор.
- Ап! - Перебил его Петякантроп, - Ап! - И нет двойки в дневнике. Аннигилизувалась! Ап! - И нет учительницы математики. Га-га-га!
- Мы это делаем только для блага и добра, - сказал Сэму, в голосе его прозвучало недовольство.
- А что, это не благо было бы - аннигилизувать учительницу математики? - Пробормотал Петякантроп. - Сколько ребят поблагодарили бы...
- Молчи! Ибо он тебя сейчас - ап! - И будет тебе благо... Пошли! - Шикнув на него Чайник и сказал вслух: - До свидания! Так мы вас ждем.
- До свидания! - Сказал Петякантроп, и ребята двинулись к кустам.
Котька попятился.
Теперь, когда разговор с пришельцем закончилась, Котька почувствовал некоторую обиду на Чайника, что он совсем о нем забыл. Но выразить ее, конечно, не решился, понимая, что сам виноват, поскольку прятался в кустах. И сделал вид, что все произошло так, как положено: ребята на правах первооткрывателей контактировали с пришельцем, а он, так сказать, прикрывал тылы...
Теперь ребята плыли не скрываясь.
Когда отплыли немного от острова, Петякантроп повернулся к Чайника и, фыркая, сказал:
- Зачем ты вот выскочил - как Пилип из конопли: «Возьмите нас на свою планету! Возьмите! Пожалуйста!..» Тьфу!
- Да ты что! Да это же!.. Это же... - Чайник не находил слов. - Первые советские люди Василий Чайка и Петр Олефиренко на планете Укриц Анер! Ли си ку ко!.. Событие на весь мир... О нас научные статьи писать. Такие портреты напечатают! И вообще... Это же... - Чайник, забыл, что он плывет, в восторге поднял руки и сразу окунулся с головой.
- Вот именно! - Сказал Петякантроп, когда он вынырнул. - А что там делать, на той планете? Ты подумал? Кругом чужие люди, даже не люди, а черт знает кто... Все чужое, незнакомое. Да и неизвестно, обратно тебя вернуть. Может, и нет. Может, оставят для научных экспериментов, для анатомических вскрытий и исследований...
- Эх, ты! - Петякантроп! Неандерталец! Дикий человек! - С презрением бросил Чайник. - Да это же! И работать никто не заставит... Никакого трудового воспитания... И вообще... Эх, ты! Скажи, что ты просто боишься. Как тот заяц под кустом. Сидишь и дрожишь - ды-ды-ды-ды. Все трясется.
- Что! Я - заяц!! Вот я тебе сейчас. Будет тебе - ды-ды-ды-ды! - Петякантроп рванулся к Чайника и заколотил ему своим кулачищем по спине. Чайник сразу с головой погрузился в воду.
- Да вы что, ребята! - Бросился к ним Котька. - Утонуть хотите? Вы что?..
- Тьфу! Тьфу! - Отплёвываясь, вынырнул, Чайник. - Дурак! Мордобоец! Аппарат же ж...
- А чего же ты?..
Котька почувствовал, что настало время, когда можно ему ликвидировать неудобство, вызванное тем, что он прятался в кустах. Для этого он набросился на них:
- Вы что, ребята, хотите, чтобы Сэму заметил с острова и подумал, что на нашей планете живут сами агрессоры, и прекратил контакты? На вас же теперь такая миссия лежит... Вы же будете представлять все человечество!..
- Вот именно!.. И вообще... - подхватил Чайник. Петякантроп виновато фыркнул, а потом сказал:
- Кстати... «Никакого трудового воспитания!..» А о «ку ко ибо так» по-бо-был? «Личные орудия труда...» Чтобы взять с собой...
- Так это же только для демонстрации, показывать! - Воскликнул Чайник. - Показал себя и все. Гуляешь. Планету смотришь. Инопланетное мороженое ешь...
Петякантроп только носом шмыгнул.
После того плыли уже спокойно, без инцидентов. И молчали. Котька был собой доволен. Во-первых, помирил ребят, подчеркнул их исключительную миссию. Во-вторых, подчеркнул свою пассивную роль стороннего захваченного наблюдателя, намекнув, что его скромное пребывания в кустах было запрограммированным проявлением тактичности и нежелание лезть в глаза.
Одевались тоже молча. И только уже, как оделись, Чайник сделал очень серьезное лицо и сказал, то искоса взглянув на Котька:
- Ты смотри. Ни слова! Ибо...
- Да вы что! Могила! Что я, дурак, не понимаю? Такое дело. Ап! - И Котька запнулся и добавил: - А... а завтра мне можно к вам? Посмотреть...
Чайник переглянулся с Петякантропом, подумал и сказал:
- А чего? Приходи... Это, пожалуй, даже нужно, чтобы кто знал. Как нас анигилизують что ли...
Петякантроп тяжело вздохнул. Ребята попрощались, и Котька торопливо побежал на «Бережок».
Глава XI
«Все по местам!.. Запереть ворота! » Гравитационные лестницы. На «летающей тарелке». Экспериментальное поселок пришельцев.
- Где ты был? - Мама воскликнула это так, что Котька вздрогнул. Так мама не выкрикивала даже на сцене народного театра, когда играла Марию Стюарт (папа с мамой еще со студенческих лет увлекались драматическим искусством).
- Ну, старик, ты даешь!.. - Тоже на высокой ноте произнес папа (трагически у него не получилось, потому что его амплуа было комедийное).
- А что такое? - Невинно улыбнулся Котька, только теперь поняв, что уже вечер, а он покинул «Бережок» утром.
- Смотрите, он еще смеется! - Воскликнула мама, откинув руку в сторону сына (сколько она мучилась когда-то над этим жестом). «Браво! Браво!» - Зааплодировал в душе Котька.
- Тебя уже на дне искали, артист! - Воскликнул отец. - Спиридон Спиридонович даже с аквалангом нырял, - и, повернувшись к маме, уже спокойно добавил: - Я же тебе говорил, что это глупости. Он прекрасно плавает. Спортсмен-разрядник.
- Ну да!.. Топятся раз те, что прекрасно плавают. Те, что не умеют, держатся под берегом, а те... Ох! Он сведет меня в могилу... - мама опять-таки красивым жестом взялась рукой за лоб.
- Да где это тебя носило, а? - Уже своим обычным легкомысленным тоном спросил папа.
- Я познакомился здесь... - начал и замялся Котька.
- С кем это надо познакомиться, чтобы забыть обо всем на свете! - Воскликнула мама и, резко изменив тембр, почти шепотом продолжала: - Эх, дети-дети... Все для них делаешь, жизнь отдаешь, а они встречают первого попавшегося носатого сорвиголову и забывают о родной матери...
