И да Винчи не просто воспользовался теми знаниями, которыми почти все пренебрегали, он как будто заново узнавал их, ставя под сомнение всё прочитанное, перепроверяя каждый постулат, потому что: «опыт никогда не ошибается, ошибочными бывают наши суждения, заставляющие нас ждать от опыта таких явлений, которые он не дает».
Пятьдесят лет да Винчи ежедневно ставил эксперименты, изучал, думал, и на фундаменте из открытий, сделанных древними учеными, создал множество нового, не изведанного ранее… Как там у гульярдов: цель – стремиться к невозможному. Он, Леонардо да Винчи, многого достиг, добиваясь этой цели.
Сидя в тёмной комнате замка, отданного в его распоряжение королём Франции, Леонардо ждал. Не зная, кто к нему должен придти, он прекрасно понимал, за чем придут эти люди. И тогда, увы, он будет вынужден отдать им то, что представляет для него очень большую ценность…
Пять лет назад войска объединенных сил Венеции, Рима, Швейцарии и Испании освободили Милан от солдат французского короля Людовика XII. Вокруг ликование, триумф победителей, веселье, но только не для Леонардо да Винчи. Казалось бы, он тоже должен радоваться вместе со всеми – именно они, эти французские солдаты, превратили в решето его глиняную модель конной статуи Сфорца, над которой он работал без малого 16 лет, но в 1512 году итальянца Леонардо уже мало заботила эта, так никогда и не оконченная им, огромная статуя. На карту было поставлено гораздо большее – его дальнейшая жизнь.
Шесть лет он провёл на службе у наместника Французского короля в Милане – Шарля Д» Амбуаза, шесть лет получал хорошее жалование и занимался в своё удовольствие наукой. Более того, именно французы помогли ему решить такие щекотливые вопросы, как наследство и выполнение обязательств перед Флорентийской республикой. (Получив задаток за картину «Битва при Ангиари», да Винчи не выполнил условий договора – краски на стене потекли и картина не была окончена. А флорентинцы обязывали великого мастера либо вернуть задаток, либо переписать картину заново). И вот в одно мгновение, вместе с уходом французских солдат, почтенная старость для великого художника и исследователя оказалась лишь призрачным видением.
А да Винчи уже шестьдесят. Он не тридцатилетний молодой человек, который, покинув Флоренцию, едет на службу в Милан. Ему не сорок семь лет, когда он, лишившись своего покровителя Лодовико Сфорца, возвращается из завоеванного французами Милана обратно на Родину. Ему шестьдесят. А за плечами не совсем безупречный для итальянца багаж прошлого: пышные приемы, устроенные французскому королю-завоевателю Людовику XII, служба у его наместника – Шарля Д» Амбуаза; служение Чезаре Борджиа – папскому сыну, а по совместительству дьяволу; так и не отлитая конная статуя, неудавшийся эксперимент с красками «Битвы при Ангиари». Но самое печальное то, что на небосводе славы о нём забыли. Уже давно прошла эйфория от его «Тайной вечери», стёрлась из памяти небывалая известность, которую принесла Леонардо его гигантская модель коня, и жители Флоренции больше не толпились перед выставленными полотнами мастера. Теперь в Италии другие кумиры: у всех на устах Микеланджело и Рафаэль.
В 1513 году уже пожилой да Винчи идёт на поклон к папе Льву X (Джованни Медичи, сыну Лоренцо Великолепного). Тот помог – Леонардо переехал в Бельведер и стал получать… целых 33 дуката в месяц, в то время как мальчишке Рафаэлю за его работы платили тысячи дукатов. И всё же Леонардо из Винчи никогда не прекращает своей деятельности. Он изучает, ставит опыты, рисует наброски и картины, и… не оставляет попыток найти более могущественного и щедрого покровителя. Задействовав все свои связи, он пообещал самый главный труд своей жизни в обмен на поддержку короля Франции.
Этот труд был для него как выпестованный, долгожданный ребёнок для матери, но поскольку Леонардо не любил маленьких детей, то для него эта работа сопоставима с великим произведением искусства. Подобно тому, как талантливый скульптор случайно натыкается на, казалось бы, совсем обыкновенный кусок мрамора, так и Леонардо когда-то давно заинтересовался старинным текстом. На этот древнегреческий манускрипт мало кто обращал внимания, потому как знания, содержащиеся в нём, не лежали на поверхности. А он интуитивно почувствовал – это то, что ему нужно. Так же как художник кропотливо, не торопясь, начинает очищать, обтачивать кусок мрамора, так и Леонардо тщательно, дотошно, постоянно возвращаясь, перечитывая и вникая заново, стал изучать этот документ. Подобно гению скульптуры, любующемуся на нежное разнообразие прожилок редкого сорта мрамора, на его оттенки и игру света, он вникал в переливающиеся грани знаний. А дальше,… дальше была чисто его работа. Он мог забросить этот манускрипт, как забрасывают мрамор, мог забыть. Но нет, день за днём он перечитывал, ставил опыты, моделировал, и когда догадался соединить то, что изложено в древнем тексте, с этрусской пластиной, которую подарила ему Катарина в далёком детстве, то понял, что её подарок и есть ключ, отпирающий многое. Леонардо сделал восхитительную цельную вещь, создал стройную, законченную систему, позволяющую видеть во времени на десятилетия, и даже столетия вперёд. И вот сейчас он должен всё это отдать?!
Конец ознакомительного фрагмента.
