—Да, здорово, — согласился он. — Я рад, что у тебя нашлось время приехать.
—И это все? — Резкие слова вырвались прежде, чем ее гордость смогла остановить их. Но раз уж так случилось... Отступать Тамми не собиралась. Она должна была узнать. Ее сердце замерло в ожидании. Глаза изучали его лицо будто в поиске тайных знаков. — Это все, Флетчер? — повторила она с непоколебимой решимостью.
На мгновение в его взоре промелькнуло странное триумфальное удовлетворение, и ее сердце забилось быстрее — она не понимала его смысла и испугалась.
—Нет, если ты не захочешь, чтобы все закончилось, — с вызовом бросил он.
Она растеряно покачала головой.
—По-моему, вполне ясно — я не хочу, чтобы все, что мы пережили здесь, прекратилось.
—Так пусть и не прекращается, — он нежно погладил ее по щеке. — Ты можешь быть со мной, Тамалин. Да, работа требует, чтобы я оставался в другой стране, а отношения на расстоянии, как оказалось, приносят неудобство и разочарование. Я хотел бы, чтобы ты была со мной каждый день, каждую ночь. Тебе нужно только сказать «да», и я все устрою.
Сердце Тамми заныло. Она поняла, что попала в ловушку: он вынудил ее раскрыться, стать уязвимой, и теперь, заполучив козыри, он мог использовать свое преимущество. Она была так ошарашена, что едва нашла силы ответить:
—Ты предлагаешь мне бросить мою жизнь в Сиднее и отправиться за тобой непонятно куда?
—А что ты теряешь? — удивился он с высокомерной уверенностью. — Ты квалифицированная акушерка. Ты можешь найти работу где угодно, а можешь вернуться к этому занятию позже. Ты не расстроишь семью своим отъездом. Если ты решишь слетать к друзьям на ланч или пригласить их к себе на ужин, я с удовольствием оплачу любые расходы. Я могу купить тебе все, что захочешь, Тамалин.
—Нет... нет, не сможешь, — она дернулась, как от пощечины. — Ты не в состоянии купить мое самоуважение, Флетчер.
—И какого дьявола это значит?
—Это значит, я не стану любовницей богача, пожертвовав своей жизнью в угоду его интересам.
Он с силой сжал ее руки, притянув к себе:
—Я прошу тебя стать моим партнером, а не любовницей.
—Нет. Партнерство подразумевает равенство, а в твоем предложении нет ничего от равноправия. В твоем плане все о тебе и для тебя, Флетчер. Ты просто хочешь, чтобы я была под рукой, пока ты меня желаешь, — она видела достаточно примеров из жизни своей матери, чтобы знать, как это работает и как заканчивается. — Это не предложение о партнерстве, а сделка, на которую я не пойду.
—Ты не возражала, когда я все оплачивал здесь, - процедил он воинственно.
—Я не думала, что ты покупаешь меня, — презрительно усмехнулась она, пораженная тем, как цинично он расценил ее согласие приехать. — Я считала себя твоей гостьей. Но если теперь тебе кажется, что ты понес финансовые убытки, то, будь любезен, пришли мне счет за половину расходов, я оплачу.
—Это неважно! — фыркнул он.
—Это важно для меня!
Они прожигали друг друга злыми, напряженными взглядами, ее гордость боролась с его желанием добиться своего.
—Ты не хочешь, чтобы все здесь и сейчас прекратилось. Так же сильно не хочешь, как и я, — в конце концов заключил он.
—Я не понимала, что для тебя значит это «все».
—А ты надеялась на предложение руки и сердца? — Флетчер насмешливо взглянул на Тамми.
Я надеялась, ты полюбишь меня, так сильно, что не захочешь со мной расставаться.
Но разве можно произнести подобное перед лицом воплощенного презрения?..
Ее молчание спровоцировало его на еще более сильный удар по ее бедному сердцу.
—Ты ожидала, что, подарив мне свою девственность, станешь моей невестой?
—Я всего лишь объяснила тебе, что я не заключаю сделки, Флетчер, — прошипела Тамми сквозь зубы. — Убери руки! Отпусти меня. Мне нужно собрать вещи, — устало вымолвила она.
Он медленно повиновался:
—Что ж...
Они прошли к дому, вместе, но каждый погруженный в свои мысли.
Войдя в дом, Тамми тут же проследовала в ванную — от пережитого стресса ее мутило. Умывшись, она упаковала вещи, осмотрела комнату — не забыла ли чего. О запланированном ланче уже не могло идти и речи, при одной мысли о еде ее снова начинало тошнить. Она вышла со своими вещами на веранду и уселась ждать, когда Флетчер отвезет ее в аэропорт.
С момента ссоры они не перекинулись ни словом. По дороге в аэропорт Флетчер сел на переднее сиденье и всю дорогу болтал с водителем. Все формальности в аэропорту они прошли тоже молча. В зоне ожидания он наконец обратился к ней:
—Если ты думаешь таким образом добиться своего, ты делаешь ошибку, Тамалин, — проинформировал он ее с иронией.
Она постаралась взглянуть на него равнодушно:
—Такая жизнь не для меня. Конец дискуссии.
Его глаза наполнились гневом. Тамми отвернулась. Он не любит ее, это очевидно, но ненавидит проигрывать, не привык к отказам женщин.
Объявили посадку. Они сидели на соседних сиденьях, но казалось, их разделяет океан. Тамми закрыла глаза и сосредоточилась на попытке сдержать тошноту. По дороге на остров ее так не укачивало. Когда самолет приземлился, она почувствовала облегчение. У Флетчера была пересадка, и девушка ожидала, что он уйдет, не промолвив больше ни слова, но перед тем, как их пути разошлись, он обернулся к ней:
—Подумай! — скомандовал он. В его глазах светилось разочарование от ее упрямства, не позволившего ему получить желаемое. — У тебя есть мой электронный адрес. Если передумаешь, достаточно просто отправить мне «да».
Честно говоря, Тамми сейчас могла думать только о визите в дамскую комнату, обратный перелет дался ей тяжело, но она нашла в себе силы твердо посмотреть на него:
—Мой ответ «нет». Прощай, Флетчер. — Она развернулась и быстрым шагом направилась в туалет.
Когда она вышла, его уже не было. Вот и все.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Третья свадьба Между собой подруги называли предстоящее мероприятие свадьбой младенцев. Селин ожидала первенца, Люси тоже была беременна, что, впрочем, и явилось причиной спешки.
— Мы не из-за этого женимся, — настойчиво объясняла Люси. — Тони и я, мы просто обожаем друг друга. Тони весь в радостном возбуждении от перспективы стать отцом. Его семья хочет, чтобы мы поженились на их виноградниках в Долине Ханта. Это очень удачно, не нужно беспокоиться, где найти помещение в короткий срок.
Тамми радовалась за Люси и не собиралась отнимать у той внимание, объявив о собственной беременности. Она сама никак не могла привыкнуть к этой мысли. Она ни разу не нарушила указания по приему таблеток, пила точно в указанное время даже по возвращении с острова. Сначала она подумала, что прием, медикаментов в течение двух месяцев сбил ее цикл. Но набухшая грудь, утренняя тошнота... ей пришлось признать правду.
