—Еще, еще! — это кричал Анжело, хлопая изо всех сил и улыбаясь во весь рот.
—Нет, довольно, — решительно покачала головой Тамми. Повернувшись к Флетчеру, она добавила: — Вынуждена признаться, ты действительно превосходно танцуешь. Спасибо.
—И далее... «Ча-ча-ча»! — объявил ди-джей.
—Тамалин, — всего лишь одно слово, но прозвучало как просьба остаться.
—Ты приехал сюда с партнершей, — бросила она.
—А если бы был без нее?
Тамми напряглась: неужели он действительно готов бросить Хайди ради нее?
—Ты сделал выбор. Отвечай за него, — бросила она.
Танцпол постепенно заполнялся. Она попыталась высвободить руку, но Флетчер не отпустил. Он притянул Тамми к себе, обнял за талию и потащил на веранду. Здесь он выбрал самый дальний уголок, куда не попадал свет из ресторана и где гости не могли их заметить.
—Что ты делаешь? — Протест звучал жалко. Ее голос дрожал от сжигающих ее эмоций: возбуждение, страх, гнев и где-то в глубине страстное желание, потребность услышать слова, которые помогут ей признаться Флетчеру о ребенке и дадут надежду, что у них все еще может сложиться.
—Беру то, что хочу.
Он схватил ее в объятия, прижал к себе так, что у Тамми даже не было возможности оттолкнуть его. Его губы обрушились на ее рот — страстно, жадно, дико, и все мысли о сопротивлении покинули Тамми.
Хайди Бергман была полностью забыта. Это был ее мужчина, и собственническое чувство охватило ее. Тамми обвила руками его шею, губы с готовностью отвечали, пока его язык исследовал каждый уголок ее рта. Месяцы голода изливались теперь, и поцелуй следовал за поцелуем. Его руки опустились на ее попку, приподняли и прижали к столь приятному для нее доказательству его желания.
С трудом оторвавшись от нее, едва переводя дух, Флетчер прошептал:
—У тебя наверняка есть здесь комната.
Ее голова кружилась.
Комната... да... но туда могут заглянуть Дженнифвр и Ханна. Хотя разве они уйдут, пока веселье в самом разгаре? Здесь как раз есть рядом лестница, мы сможем скрыться незамеченными.
—Сюда, — махнула она рукой.
А потом, когда нам будет хорошо — а нам будет хорошо! — я признаюсь ему. Расскажу о ребенке.
Нашем ребенке.
Он быстро шагнул за ней, дрожа от нетерпения, но внезапно остановился и приподнял ее подбородок, чтобы взглянуть в глаза:
—Тамалин, ты еще принимаешь таблетки?
Таблетки... таблетки, которые не сработали.
—Нет. Нет, не принимаю, — она еще не была готова сказать ему, что невозможно предупредить беременность, которая уже наступила.
—Черт! Черт! Черт! — восклицал Флетчер. — И я с собой ничего не привез. Я же ничего не планировал. Нельзя рисковать.
Ну разумеется, с обидой подумала Тамми, приняв горькую правду. Беременность заставит его вступить в отношения не на его правилах, вынудит его принять обязательства, к которым он не готов и которых не желает. Она была форменной идиоткой, если подумала хоть на минуту, что секс с ним что-то изменит.
—Лучше возвращайся к Хайди, — сквозь зубы процедила она. — Уверена, она подготовлена, — она вырвалась из его объятий.
—Подожди! Хайди... Она ничего для меня не значит, так же как и я для нее. Она лишь сестра моего коллеги из Германии. Приехала в Сидней по какой-то модельной работе. Первый раз в Австралии. Ганс попросил меня позвонить ей при случае, вдруг ей нужен совет или помощь. Я пригласил ее на свадьбу, чтобы... вызвать у тебя какую-нибудь реакцию, Тамалин.
—Что? Реакцию? Показав, что я ничего для тебя не значу?
—А разве не это ты делала со мной? — парировал он. — А ведь это ложь. И мы оба теперь знаем, что это ложь, не так ли? Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.
Она покачала головой. Они снова вернулись в точку, на которой расстались на острове Лорд-Хау.
—Я никогда не утверждала, что не хочу тебя, Флетчер. Мне не нравились твои планы!
—Ладно. Давай их обсудим, — быстро ответил он. — Что я могу предложить, чтобы ты согласилась переехать и жить со мной?
Ей не понравилось, что он продолжает смотреть на их отношения как на сделку, но она не оттолкнула его. Ситуация уже не та; она ждет его ребенка. Ничего не сможет изменить этого факта. Теперь ее жизнь не будет прежней, ни при каком раскладе. Но если он не хочет ребенка, не хочет брать на себя ответственность как отец, то ни о каком его участии в ее жизни и речи не идет.
—Не думаю, что стоит принимать какие-то решения сегодня вечером, — наконец вымолвила она. — Есть некоторые... обстоятельства.
Он нахмурился:
—Если ты имеешь в виду Хайди...
—Да, — ухватилась она за эту причину. — Ты же должен сопровождать ее обратно в Сидней.
Он довольно ухмыльнулся:
—В полночь прибудет лимузин.
—Вся наша банда остается здесь до утра, — продолжила Тамми. — Точнее, до обеда. Потом дорога до дома...
—Значит, завтра вечером, — оборвал он, и его глаза загорелись от предвкушения их встречи.
—Ты можешь приехать ко мне домой, если хочешь, — предложила она, решив, что на своей территории будет чувствовать себя более уверенно.
—Хочу, — озорно подмигнул ей он и снова попытался обнять.
Тамми остановила его, хмуро взглянув ему в глаза. Что ж, вечно тянуть нельзя:
—Подожди. Ты, возможно, не захочешь, Флетчер, и я пойму, если ты завтра не появишься.
—Ничто не сможет удержать меня, — с надменной уверенностью усмехнулся он.
Без сомнений, он прихватит с собой тонну презервативов.
—Я должна тебе кое-что сказать и надеюсь, ты подумаешь об этом до завтрашней встречи... если она состоится.
—Выкладывай, — легко и безмятежно кивнул он.
Сердце у нее застонало от вопроса, что стоит за его настойчивостью — хоть капелька любви или лишь неудовлетворенное желание и раненое эго. Глубоко вздохнув, Тамми с мольбой произнесла:
—Я не хочу сейчас сцен, Флетчер. Это свадьба Люси. К тому же ты не сможешь сказать ничего, что изменит факты. Я сейчас кое-что скажу, а потом вернусь к гостям и оставлю тебя подумать. После ты, возможно, захочешь увидеться, а возможно, нет. Я приму любое твое решение. Хорошо?
Он нахмурился, проникнувшись серьезностью ее тона:
—Тамалин.... ты не в состоянии сказать ничего такого, чему я не найду решения.
Она остановила его, прикоснувшись пальцами к его рту.
—Я не планировала этого, Флетчер. Я действительно принимала таблетки, и точно следовала инструкциям, не пропустив ни одной. Я просто оказалась тем невезучим одним процентом в статистике неудач.
—Что? — шок в голосе, шок на лице, изумленные глаза.
—Я на четвертом месяце беременности, — тихо подтвердила Тамми. — Я буду рожать ребенка, поэтому даже не приходи ко мне с предложением аборта. И вообще не приходи, если ты не хочешь становиться ему отцом, потому что ребенок и я... мы единое целое. Я ни о чем тебя не прошу, и никогда не обращусь к тебе за помощью, Флетчер. Ты свободен. Надеюсь, завтра я тебя увижу. А если нет... тогда прощай.
