на синяки, чем на что-либо еще.
— Привет, Веснушка. Как ты себя чувствуешь? - я подвинулся , чтобы освободить ему место рядом с собой на диване. Митч пошел спать, но я все еще был слишком возбужден от своих ноющих мыслей, чтобы лечь. Я бы часами ворочался и ворочался, а я не хотел рисковать, чтобы разбудить Киана. Я работал над головоломкой, которую разложил Митч: мириады цветов складывались в некую абстрактную картину. Я не понимаю ее и не вижу в ней красоты, но как Митч захочет, так и будет. Ему нравится думать, что это его мир, а мы просто живем в нем. Что, в общем-то, так и есть.
Киан не сидит рядом со мной. Вместо этого он сидит у меня на коленях, прислонившись спиной к моей груди и положив голову мне на плечо. Его кудри щекочут мою шею, вызывая дрожь по телу. Сейчас не время для стояка, когда он не чувствует себя достаточно хорошо, чтобы позаботиться о нем. А зная Киана, он лично обидится на то, что я не могу его достать. Он - полная противоположность эгоисту.
— Я так устал, но я видел время на часах, а ты не лежал в постели рядом со мной - говорит он.
Я провожу носом по линии его челюсти, ощущая запах пота там, где ему было слишком жарко лежать под одеялом. Ему не хватает его цветочного аромата, и мне придется помочь ему принять душ позже, а пока я доволен тем, что позволил ему отдохнуть и набраться сил. Я прижимаюсь губами к его коже. Она все еще слишком теплая от жара, но он уже не такой горячий, как раньше, так что это хороший знак.
— Пойдем приляжем. Тебе нужно отдохнуть, Ки - я прижимаюсь поцелуем к его щеке, чувствуя, как на ней отрастает щетина. Я не уверен, нравится мне это или нет, так как грубые волоски колются о губы. Но мысль о том, что он может оставить след от бороды на моем теле, когда будет проводить по нему языком... Нет, даже тогда я все равно предпочту его чисто выбритое лицо. Если он отрастит бороду, она скроет ямочку на его подбородке, которую я так люблю.
— Ты останешься со мной? - шепчет он, поворачивая ко мне голову.
Его прекрасные зеленые глаза смотрят мне в душу, и я понимаю, что буду любить этого человека до конца своих дней. В хорошие и плохие времена. Навсегда.
— Да, я останусь с тобой, пойдем
Каким-то образом мне удается развернуть его на коленях и встать, прижавшись к нему, как коала. Крепко держась друг за друга, мы, спотыкаясь, проходим через дом и забираемся в кровать.
ГЛАВА 14
КИАН
— Пришли результаты анализов, и у вас обнаружена оральная гонорея
У меня отпадает челюсть, и я издаю звук, похожий на звук раненого животного, потому что что делать, черт возьми, что теперь?
Я должен поаплодировать доктору, потому что ее уровень спокойствия превосходит даже монахов, которые живут в горах и вынуждены проходить пять миллионов шагов в одну сторону, чтобы добраться до ближайшего города за предметами первой необходимости.
— Это очень распространенное заболевание, которого не нужно стыдиться. Кроме того, она легко передается, так что если у вас есть партнеры, с которыми вы недавно встречались, им тоже нужно будет пройти тест
Пройти тест? Как я объясню Тренту, что у меня ИППП? Даже в моем сознании ничего не складывается. Мой мозг придумывает все эти безумные идеи, которые не имеют никакого смысла. Оральная ИППП, ну и что? Я пил после кого-то и заразился, а потом неосознанно передал ее своему парню?
— Моему парню - пролепетал я в ужасе.
ИППП. Инфекция, передающаяся половым путем, которая сделала меня ужасно больным, а теперь еще и подверг риску моего парня. Я должен позвонить ему. Я не знаю, что скажу, но я не могу рисковать тем, что он заболеет, не то что я.
— Пусть запишется на прием, и нам останется только взять у него мазок изо рта и ждать результатов - она говорит "все", как будто это не так уж и важно.
Но, простите, мэм, вам когда-нибудь приходилось говорить своему парню, что вы подхватили инфекцию, и вы понятия не имеете, как, но теперь, возможно, она есть и у него? Нет, я так не думаю.
— Ладно…- я колеблюсь, потому что что мне теперь сказать?
— Мы начнем давать вам антибиотики и назначим контрольный прием, чтобы убедиться, что инфекция полностью исчезла - она кладет свой планшет на стойку и возвращается, чтобы встать передо мной. Когда она берет мои ладони, мне приходится еще раз вытереть их о джинсовые шорты, чтобы она не почувствовала, какие они липкие. — Не переживай из-за этого. Ты знаешь, сколько людей заражаются венерическими заболеваниями?
Я качаю головой, потому что большую часть того, что я знаю, я узнал на уроке естествознания в шестом классе, и там каждый слайд с инфекциями показывал гениталии людей в очень негативном ключе.
— Один из пяти человек. Но могу я рассказать тебе кое-что еще? - я киваю головой, ожидая, что она продолжит. — У меня герпес, который также относится к инфекциям, передающимся половым путем. Но мой герпес не лечится. Я заразилась, поцеловавшись с мальчиком в шестом классе
Вот черт. Это не то, что я ожидал услышать.
Мое молчание, должно быть, побудило ее продолжать говорить, потому что она продолжает уверять меня, что это обычное дело. Обычное дело. Более распространенное, чем я думаю, по ее словам. И она рассказывает мне о достижениях медицины, которые помогают справиться с подобными инфекциями.
Поездка обратно в квартиру - это яркий солнечный свет и цементные дороги, так противоречащие буре, бушующей внутри меня. Левая щека болит от укола, нежная мышца вздрагивает, когда я слишком сильно на нее давлю. Она рекомендовала мне продолжать пользоваться ополаскивателем для полости рта, чтобы сдержать симптомы, пока не начнет действовать антибиотик.
Дома я прошелся по квартире. Тридцать шагов влево, и я оказываюсь перед нашим холодильником. Сорок семь шагов - и я перед телевизором, смотрю на диван, где когда-то лежал головой на коленях Трента, пока он писал в своем журнале. Двадцать три - и я в коридоре перед нашей спальней. Я смотрю на неубранную постель, простыни все еще покрыты запахом Трента, потому что я отказываюсь спать в нашей кровати без него.
В голове мелькает
